Реклама

«Как страшно вы живете в городах»

5.03.2018 12:16
«Не можно», — сказала бы Агафья, если бы услышала о наших планах добраться до нее в конце февраля по тайге. Лыкова произносит «не можно» в тех случаях, когда происходящее не соотносится с ее представлениями о мире и рациональности. Не можно принимать в подарок вещи со штрих-кодом, не можно фотографировать без разрешения, да и многое другое тоже. Как живет сегодня самая известная в России отшельница — в репортаже РИА Новости.

Фото: РИА Новости

Лишнее

Агафья родилась в семье староверов, ушедших от людей и властей в тайгу в 1938 году. В начале 1980-х, благодаря журналисту Василию Пескову, про Лыковых узнал весь Союз. Сейчас если и вспоминают, то редко. А Агафья жива.

За последние годы мало что изменилось: живет там, где встречаются вздорные реки Еринат и Абакан, держит коз, выращивает овощи, по осени собирает шишки "кедры", так здесь называют сибирскую сосну. Молится. За себя и за весь мир. От ближайшего населенного пункта, поселка Матур, до Агафьи больше двух сотен километров тайги, снега и не вставшей полностью под лед реки.

Изба по пути к заимке Лыковых. © РИА Новости / Илья Питалев

Мы долго готовились к совместной экспедиции с заповедником "Хакасский". Тайга не пускала. Дойти до Агафьи не получалось. Летом до заимки Лыковых можно доехать на лодке за пару дней. Зимой это долгий переход на снегоходах и охотничьих лыжах.

Падает редкий снег — плохо. Им заносит набитую снегоходами по руслу реки дорогу — "буранку" — единственный признак того, что здесь есть люди. Все городское: деньги, телефоны, документы оставили в гостинице. Здесь эти вещи не нужны. Чем дальше мы будем уходить в тайгу, тем больше лишнего придется оставлять в избах.

Те, кто живет и работает в тайге, Агафью знают.

— Вы к Карповне? А мы до нее не добрались, дорога "гнилая", наледи много, — сторож одной из частных туристических баз ехать вверх по Абакану не советует.

Река ощетинилась торосами — это снесенный ветром ниже по течению и замерзший лед. Снегоход объезжает их по невидимой кривой. Местами сквозь прозрачную воду видны камни. То тут, то там шумит река, пар поднимается над широкими промоинами.

Упираемся в поток по-весеннему бегущей воды. Объезда нет, кто-то проскочивший здесь до нас проломил лед тяжелым снегоходом с гружеными нартами. Сергей и Леонид, участковые инспекторы заповедника, наши проводники, решают "биться" через тайгу.

Пробиваться — здесь так и говорят. Дороги нет, есть возможность проехать между широкоствольными пихтами, кедрой, березами и кустарником. Тропа заканчивается крутым обрывом, и снегоходы прыгают.

— Под старость лет с таких высот сиганул, — Леонид Алексеевич возмущается, пока поправляет оборванные после прыжка крепления нарт.

Вдоль берега снегоход тяжело идет по камням.

— Память у Агафьи хорошая, через восемь лет она меня вспомнила. Обрадовалась, что я с Алтая, все родственники у нее оттуда, — рассказывает Леонид. — Мы приезжали — как раз время было картошку копать. Место под овощи еще ее тятенька с братовьями расчищали. Своеобразный климат там и условия.

Снег вьется за "Ямахой" мелкой колкой пылью. Тут, в тайге, бывает он совершенно разным. Плотным, как шапка на ромовой бабе, летящим как сахарная пудра, в ясный солнечный день — полосатым от иссиня-черных теней.

Много следов на нем, из-за этого создается впечатление, что есть где-то рядом люди. Круглые, с длинной полоской сзади — следы марала. Крупные, похожие на собачьи, — волчьи. Помельче — прошел сибирский кот — соболь.

Страшно

— Ну что, смертнички, поехали, — Леонид Алексеевич ведет снегоход по широкой дуге, чтобы набрать нужную скорость и проскочить несколько десятков метров наледи. Мы идем вторыми и видим, как проседает под предыдущей машиной лед. Проскочили, спешим и гонимся за пока не осевшей дорогой. Температура не может определиться и гуляет от минус тридцати до плюс двух.

Когда-то по этому же маршруту уходила в тайгу семья Лыковых: Карп, его жена Акулина, сын Савин и дочь Наталья. Позже родятся Дмитрий и Агафья. Чем ближе подходили люди к их заимкам, тем дальше углублялась семья в тайгу. Почти сгнившие венцы брошенных ими изб все еще стоят по берегам реки Абакан.

В 1961-м от голода умирает Акулина. Про нее Агафья скажет: "Мама истинна христианка, крепко веруюсяя была".

Младшей Лыковой было 17 лет, когда наступил голодный год в тайге: "На постном мама не вынесла. К рыбалке нельзя стало — вода большая. Не позаботились, чтобы скотина была, охотиться не смогли. Баданный корень толкли, на рябиновом листу жили".

Крест на могиле отца Агафьи Лыковой – Карпа Осиповича Лыкова. © РИА Новости / Илья Питалев

В 1981-м по очереди умирают все дети, кроме Агафьи. В 1988 году "убирается тятенька" Карп Осипович. Агафья остается одна.

Много раз Агафье Карповне предложат переселиться ближе к людям. На что она ответит свое неизменное "не можно". А нам скажет: "Как страшно вы живете в городах". И отсюда, из сибирских лесов с их простыми правилами, действительно кажется: страшно.

 
Другой мир

В кармане куртки лежит письмо для Агафьи из Боливии, в одном месте конверт промок и просвечивает слово "Аминь". Марки с яркими картинками смотрятся на фоне гор, деревьев, подпирающих застиранное небо, и льда — как из другого мира.

У этого же монохромного мира своя интонация. Свой ритм. Поросшие лесом спины гор, за ними — голец — вершины без растительности. Сползающая вниз, ближе к реке, россыпь камней — курума. Все звучит по-своему.

За два дня мы проезжаем чуть больше 170 километров и упираемся в открытую воду. Дальше путь можно продолжить только на лыжах. Вещи, рюкзаки, теплую экипировку оставляем в одной из охотничьих изб, рядом и снегоходы.

Езда на лыжах, подбитых лошадиным камусом (шкура с голени животного. — Прим. ред.), — занятие медитативное. "Хрум-хрум" — хрустит снег, правая-левая — передвигаются ноги. И тишина. Лишь изредка свистит рябчик, шумит на перекатах вода, трещит лес. 

Агафья

Агафью мы замечаем сразу, она идет по замерзшей реке с вязанкой дров, потом поднимается по 70 ступенькам самодельной лестницы вверх до своего дома. После 40 километров на лыжах, безлюдья эта невысокая женщина, занимающаяся своими делами, кажется нереальной. Сложно угадать, сколько Агафье лет. Сама она говорит, что в апреле будет 73. Еще в пути Сергей скажет, что она, как ребенок, верит всему. Люди для нее изначально добры.

Но с кем общаться, Агафья решает сама: были случаи, когда женщина просто уходила в тайгу, пока неприятные гости не уедут. Да и характер у нее непростой.

— Карповна, здравствуй! — Сергей у Агафьи бывает часто, последний раз в январе шел десять часов на лыжах, чтобы ее проведать.

Агафья улыбается и рассматривает нас по очереди. Для нее появление людей в это время года — неожиданность. Зимой на заимку прилетают только вертолеты.

Единственная оставшаяся в живых представительница семьи староверов, найденных геологами в 1978 году в Западных Саянах, Агафья Лыкова показала свой быт корреспондентам МИА "Россия сегодня". Ее близкие жили в изоляции с 1937 года. Долгие годы отшельники старались уберечь семью от влияния внешней среды, особенно в отношении веры. Сейчас Агафья Лыкова живет в тайге одна. 


Самое острое на канале Примечаний в Telegram










Copyright © 2014-2018

Все публикации защищены авторским правом.
В сети интернет разрешается копирование, в т.ч. отдельных частей текстов или изображений, видео, публикация и републикация, перепечатка или любое другое распространение информации только с обязательной активной, прямой, открытой для поисковых систем гиперссылкой на адрес страниц сайта http://primechaniya.ru/.

Связаться с редакцией вы можете по адресу: primechaniya.ru@gmail.com или по телефону: + 7 978 739 0123
Все вопросы касательно размещения рекламы: primesevreklama@mail.ru и по телефону, указанному выше

Новости Севастополя. Примечания

Яндекс.Метрика