Реклама

Русские утопающие

11.10.2016 17:45
Украинские русские сегодня — это огромные аморфные массы с расщепленным самосознанием. Создать эффективные политические организации они не могут, денег у них нет, быть на содержании у Москвы — значит оказаться мишенью бандеровцев и заложником геополитических игр. Кто они: ирредента, диаспора или креолы? Что ждет их и что им делать?

Интересная и остающаяся вне поля зрения аналитиков тема — этнополитическое самоопределение русского населения в бывшем СССР. Эту тему если и затрагивают, то обычно в контексте провалов работы с «соотечественниками» в РФ. Я же предлагаю посмотреть на этот вопрос под совершенно иным углом зрения. Глазами и через призму интересов самих русских, оказавшихся в новых национальных государствах.

На фоне нового всплеска дерусификации и русофобии, вызванного Крымом, в русском зарубежье заговорили о том, что спасение утопающих должно быть делом рук самих утопающих. И что русским на окраинах бывшего СССР надо выстраивать свои независимые культурные и политико-экономические структуры — независимые в первую очередь от Москвы.

Многие считают, что чем меньше «российского фактора» будет в их работе, тем лучше для самих русских, защитить которых безоговорочно, как показал Донбасс, Москва не может или не хочет. А если не может — какой смысл русским ставить себя под удар официальной русофобии по месту проживания? Надо выстраивать отношения с государствами проживания и иноэтнической средой.

Такие настроения среди зарубежных русских резонируют с аналогичными настроениями в самой РФ, нашедшими выражение в известном сетевом меме «сами-сами», обращенном в адрес русских диаспорных.

Но, как мне кажется, проблема эта намного шире стандартного шаблона «государство РФ — русская диаспора». И вот почему.

Любые советы со стороны так и останутся ни к чему не обязывающими благопожеланиями, если нет массового ответа на ключевой вопрос: «Кто мы такие?». И ответить на него должны сами русские. В предельном полемическом заострении это выбор между ирредентистской, диаспорной или «креольской» самоидентификациями.

Выбор modus vivendi влечет за собой вполне конкретный дальнейший modus operandi.

Дело в том, что ирредента живет на своей земле и борется за воссоединение с «материком». Самый близкий и классический пример ирреденты — это Крым и крымчане. Уже с Донбассом все куда сложнее. А в Харькове или Одессе, не говоря уже о Чернигове или Киеве, сложнее на порядок.

В отличие от ирреденты, диаспора живет на земле чужой. И вполне отдает себе в этом отчет, идентифицируя окружение, в котором живет, как иных. Признавая за ними «титульность» и вытекающее из нее право устраивать жизнь и порядки на собственной земле в соответствии со своими представлениями о должном. А также признавая за собой подчиненное положение в этом чужом порядке. Диаспора, таким образом, борется всего лишь за самосохранение и против ассимиляции. Претендуя не на политическую власть или гегемонию в стране проживания, а лишь на свою маленькую экологическую нишу в ней.

В отличие и от ирреденты и от диаспоры, креольское самосознание предполагает наличие у его носителей претензий на титульность — либо равную с автохтонами, либо эксклюзивную. Политическое креольство построено не на борьбе за воссоединение с каким либо «материком», и не на борьбе за выживание замкнутой этнической общины в иноэтнической «титульной» среде. Креолы потому и креолы, что считают «своим» государственный проект, в рамках которого они живут, и борются за гегемонию в этом проекте. Политическую, экономическую, культурную.

А теперь вернемся к русским. Проще всего с самоидентификацией и значит, с ответом на поставленный выше вопрос, у русских где-нибудь в Эстонии, Грузии или Узбекистане. Они там — диаспора великороссов. Целиком и полностью соотносящая себя с государством РФ и при этом демонстрирующая политическую лояльность стране проживания. Соответственно, modus operandi в случае несогласия с подчиненным положением у диаспоры на чужой земле — это классическое «Чемодан, вокзал, Россия». Причем, без вариантов.

С одной стороны, для тех, кого устраивает диаспорный статус, жизнь становится намного проще. Придется всего лишь отказаться от претензий на государствообразующую роль и свыкнуться с мыслью, что в Грузии вы — такая же община, как, например, армяне или азербайджанцы. Или евреи. А если станет совсем невмоготу, остается вариант русской алии — массового возвращения на родину.

Но уже в Белоруссии и, тем более, на Украине, такая схема либо не работает, либо работает с существенными сбоями. И тому есть ряд причин.

Во-первых, это земли ядра исторической России. А значит, живущие там русские — не гости. Они живут у себя дома, где их предки жили сотнями лет. Тем не менее специфика ситуации в том, что для многих из этих людей украинский государственный проект не является чужим.

Большинство этих русских голосовало за независимость Украины в 1991 году. Но их Украина — совсем не то же самое, что Украина бандеровцев. Для них она — часть «русского мира». Но не в понимании московских пропагандистов, а в понимании украинских или белорусских русофонов.

То есть, как часть общего культурно-исторического и экономического пространства, по принципу «один народ — несколько государств». Примерно по такому же принципу сформировано Британское Содружество Наций, в котором отличия между австралийцами, канадцами и британцами лежат в плоскости политической лояльности, а не культурно-языковой идентичности.

Нет никакого секрета или открытия в том, что все 25 лет новейшей украинской государственности внутри нее шла (и частично до сих пор идет) ожесточенная борьба за то, каким будут украинское государство и украинская политическая нация. Условно говоря, будет ли это «русская» Украина или Украина «антирусская». На данном историческом этапе победил концепт антирусской Украины. Не будем вдаваться в причины, по которым это произошло. Отметим лишь, что это факт и нет никаких внешних или внутренних обстоятельств, способных изменить заданную в 2013 году траекторию развития. О фантазиях на тему, что такая Украина «сама» развалится, говорить тоже не будем.

Так кто такие украинские русские? Ирредента, диаспора или креолы? Приходится констатировать, что здесь и сейчас на Украине — это огромные аморфные массы с расщепленным самосознанием.

Кто-то может считать себя «малороссом» («мы же все-таки один триединый народ»), но при этом и в мыслях не имеет воссоединяться с РФ. Кто-то мыслит категориями великорусской диаспоры и, наоборот, мечтает получить гражданство РФ и переехать туда на ПМЖ. Есть масса русскокультурных политических украинцев, которые продолжают вести неравный идеологический бой с шароварными националистами за гегемонию в украинском проекте. Единственное, что объединяет всех этих людей — общая невписанность в модерный антирусский украинский нацибилдинговый проект, ассоциируемый в последние годы со словом «майдан».

Какие либо эффективные политические организации этих людей по вышеописанным причинам сегодня невозможны. Потому что в реальном мире эффективность и успехи напрямую зависят от правильного целеполагания. Наконец, есть вопрос материальной базы. А здесь для украинских русских все еще грустнее.

Быть на содержании у Москвы для них — значит добровольно стать мишенью для бандеровцев и заложником не всегда понятных геополитических игр. А прекрасно работавшая в условиях польской Галичины схема самофинансирования под девизом «Свій до свого по своє» применительно к русским в независимой Украине не работает.

Крупный бизнес на Украине, будь он трижды русским по происхождению, всегда и априори будет вкладывать не в русские диаспорные, а именно в украинские националистические проекты. Просто потому, что это — не некий «русский общинный бизнес» в вакууме, не бизнес «китайского квартала», а общенациональный олигархический капитал, который интересует власть в стране.

Резюмируем. Русская ирредента на сегодняшний день закрыта как окно возможностей. И закрыло ее сама Российская Федерация своей готовностью сдать на определенных условиях обратно в Украину даже те территории на Донбассе, которые с оружием в руках отстояли свою независимость от Киева.

Русская диаспора может стать годным modus operandi, но в дальней перспективе это приведет к резкой маргинализации русских на Украине. Ведь миллионы людей, живущих на своей земле, не смогут втиснуться в узкие рамки всего лишь «одной из» этнических общин, радуя толерантных автохтонов по праздникам национальными танцами в кокошниках и косоворотках.

В рамках опоры на собственные силы остается лишь один теоретически достижимый способ реализации украинскими русскими своих стратегических интересов. Это путь отказа от ирреденты и самоизоляции, путь креолизации и институционализации своей борьбы за политическую, экономическую и культурную гегемонию в рамках государства Украина и его политико-правовых процедур.

Готова ли Российская Федерация поддерживать такое движение, если оно оформится — вопрос открытый. Как и то, отдают ли себе в Москве отчет в том, что в случае гипотетического успеха рассматриваемого modus operandi России придется в будущем иметь дело с совсем другими русскими украинцами, нежели сейчас.


Самое острое на канале Примечаний в Telegram










Copyright © 2014-2019

ЭЛ № ФС 77-76222 19.07.2019

Все публикации защищены авторским правом.
В сети интернет разрешается копирование, в т.ч. отдельных частей текстов или изображений, видео, публикация и републикация, перепечатка или любое другое распространение информации только с обязательной активной, прямой, открытой для поисковых систем гиперссылкой на адрес страниц сайта http://primechaniya.ru/.

Связаться с редакцией вы можете по адресу: primechaniya.ru@gmail.com или по телефону: + 7 978 100 54 73
Все вопросы касательно размещения рекламы: primesevreklama@mail.ru и по телефону, указанному выше

Новости Севастополя. Примечания

Яндекс.Метрика