Реклама

Сперма на исходе: с чем связана эпидемия мужского бесплодия

8.09.2018 23:46
За последние сорок лет число сперматозоидов в семени мужчин упало более чем на 50%. Мы производим вполовину меньше спермы, чем наши деды, и мы становимся более женственными. Чем вызваны эти таинственные глобальные перемены и можно ли остановить их - пока не стало слишком поздно?

Мужчины обречены, это знают все. Мальчики-младенцы умирают чаще, чем девочки. Маленькие мальчики умирают чаще, чем маленькие девочки. То же самое с подростками, молодыми людьми, мужчинами среднего возраста. К 85 годам на каждого живого мужчину остается две женщины. Но кажется, ранней смерти недостаточно для нас – теперь мы на пути к полному исчезновению.

Прошлым летом группа исследователей из Еврейского университета и Медицинской школы горы Синай опубликовала исследование, показавшее, что за последние четыре десятилетия количество сперматозоидов в семени мужчин из США, Европы, Австралии и Новой Зеландии упало более чем на 50%. Данных по остальному миру пока недостаточно, но есть основания полагать, что тенденция глобальна. Иначе говоря, мы производим половину спермы, которую давали наши деды. Мы наполовину менее плодовиты.

Госпиталь Горы Синай

Ученые обнародовали мета-анализ группы эпидемиологов, клиницистов и исследователей, собравших данные 185 исследований спермы почти 43 000 мужчин. Данные показали, что человеческая раса, по-видимому, находится на пути к невозможности самовоспроизводства.

Количество сперматозоидов снизилось с 99 млн на миллилитр спермы в 1973 году - до 47 млн/мл в 2011 году, и падение ускоряется. Такими темпами еще 40 лет – и нас просто не останется.

Я позвонил Шанне Сван, репродуктивному эпидемиологу из Медшколы Горы Синай и одному из ведущих авторов исследования, чтобы спросить: скрываются ли за этими жестокими цифрами хоть какие-то хорошие новости? Но она не успокоила меня.

«Есть ли угроза существованию человеческого вида? - переспросила доктор Сван. - Мы точно на этом пути. Он может завести нас туда, где больше не будет естественно зачатых детей. И возможно, не будет детей вообще».

Ни спермы, ни сперматозоидов

Если мы, в отличие от дедов, плодовиты лишь наполовину, почему мы не заметили этого?

Один из ответов заключается в том, что нам не нужно 200 миллионов сперматозоидов для оплодотворения яйцеклетки. Большинство мужчин со сниженным количеством сперматозоидов вполне могут зачать ребенка естественным путем. И хотя снижение количества сперматозоидов, вероятно, привело к небольшому уменьшению числа зачатых детей, это было замаскировано социальными причинами снижения рождаемости: люди в более развитых странах предпочитают иметь меньше детей, и заводят их в более позднем возрасте.

Доктор Шанна Сван

Свидетельства о снижении числа сперматозоидов появились еще в мета-анализе 70-х годов, но до начала исследования Сван и ее коллег эти результаты всегда оценивались как неполные или предварительные.

Сван лично проводила небольшие исследования по сокращению количества сперматозоидов, но в 2015 году она решила, что настало время дать окончательный ответ. Вместе с израильским эпидемиологом Хагаем Левином, датским эндокринологом Нильсом Йоргенсеном и еще пятью учеными они приступили к систематическому анализу и мета-регрессионному анализу - то есть своего рода статистическому синтезу данных.

«Хагай очень хороший ученый, - говорит Сван. - Он был главным эпидемиологом израильских вооруженных сил, поэтому он очень хорош в организации».

Они провели год, работая с данными. Результаты, к которым они пришли, были очевидными.

С 1973 года не только снизилось более чем на 50% количество сперматозоидов на миллилитр спермы. Снизилось почти на 60% и общее количество сперматозоидов. Мы производим меньше спермы, и эта сперма содержит меньше сперматозоидов.

На этот раз даже ученые, скептически относившиеся к прошлым анализам, должны были признать, что опровергнуть исследование практически невозможно.

Датский эндокринолог Нильс Йоргенсен

Когда доктор Йоргенсен у себя в Копенгагене увидел результаты, он громко сказал: «Нет, это неправда». Он ожидал увидеть снижение статистики в прошлом, а затем ее выравнивание. Но он не мог спорить, когда команда повторяла цифры снова и снова. Снижение было и остается устойчивым.

«Половые различия уменьшаются»

Почти все ученые, с которыми я беседовал, подчеркивали: низкий уровень сперматозоидов не только вызывает тревогу за репродуктивное будущее человечества, он также сигнализирует о большом наборе других проблем со здоровьем.

мы знаем, например, что у мужчин с плохим качеством спермы более высокий уровень смертности. Они страдают диабетом, раком и сердечно-сосудистыми заболеваниями гораздо чаще, чем фертильные мужчины.

Уровень тестостерона у мужчин также резко снижается. Все эти эффекты начинаются в утробе и распространяются на взрослую жизнь.

Одним из наиболее значимых признаков пола у людей является так называемое аногенитальное расстояние (AGD) - измерение между анусом и половыми органами. Мужское AGD обычно вдвое превышает длину женского - это более резкая разница, чем рост, вес или мускулатура. Сниженный тестостерон приводит к формированию более короткого AGD.  «Половые различия уменьшаются», - констатирует доктор Сван.

Мужчины не только производят меньше сперматозиодов. Они также становятся все менее похожими на типичных мужчин.

Я предполагал, что Шана Сван назовет причину этих изменений загадкой. Мне казалось, что, если мы узнаем, чем вызвало падение количества сперматозоидов - мы сможем сразу решить сопутствующие проблемы со здоровьем. Но, как выяснилось, это вовсе не тайна: мы знаем, что это за проблема. И она скрывается у всех на виду.

Аномалия развивается еще в утробе

На шестом этаже Национального госпиталя в Копенгагене находится Департамент роста и репродукции. Я приехал туда, чтобы встретиться с 82-летним педиатром-эндокринологом Нильсом Э. Скаккебеком, который основал департамент еще в 1990 году.

Доктор Нильс Скаккебек, Копенгаген

Мужская рождаемость и мужское репродуктивное здоровье, говорит Скаккебек, находятся в полномасштабном кризисе.

«Здесь у нас, в Дании, эпидемия бесплодия, - сказал он. Более 20% датских мужчин не могут иметь детей».

О том, что что-то пошло не так, Скаккебек подозревал с конца 70-х годов, когда лечил бесплодного пациента. Таких аномалий в клетках яичек он никогда раньше не видел. Когда через несколько лет он встретил второго пациента с той же аномалией, он начал искать связь.

То, что он обнаружил, было новой формой клеток-предшественников рака яичка, некогда редкого заболевания, частота которого удвоилась. Оказалось, эти клетки развиваются у пациента еще в материнской утробе.

Позже Скаккебек назвал совокупность этих редких симптомов «синдромом дисгенезии яичек». Он включает в себя гипоспадии (смещение уретры), крипторхизм (неопущение яичка), плохое качество спермы и рак яичек. Скаккебек предложил: эти расстройства имеют общее происхождение, и связаны с нарушением развития мужского плода в матке.

Что же происходило с этими младенцами, прежде чем они появились на свет?

Кастрирующий пластик

Сказать, что есть только один ответ, значит сильно преувеличить. Стресс, курение, ожирение - все это угнетает количество спермы. Но гораздо больше на нее повлияла промышленная революция, нефтепром и химия ХХ века. Именно тогда, в 70-х, люди начали глотать целый ряд соединений, которые повлияли на наши гормоны, включая самые главные - эстроген и тестостерон. 

В коридоре у кабинета Скаккебека я познакомился с Анной-Марией Андерссон, биологом. Она изучает проблему снижения уровня тестостерона у мужчин.

«Химическая революция стартовала с начала XIX века, если не раньше, - говорит она. - Но именно после Второй мировой войны сотни новых химических веществ вышли на рынок в течение очень короткого периода времени».

Химическая революция дала нам замечательные вещи: новые лекарства, новые источники пищи, более быстрое и дешевое массовое производство продуктов. Но она же провела эксперимент на живом человеческом теле.

Внезапно в нашу кровь попало огромное количество химических веществ, которые никогда раньше не контактировали с человеческим телом.

Когда химическое вещество влияет на ваши гормоны, оно называется эндокринным разрушителем. Как оказалось, многие из соединений, используемых для изготовления мягких и гибких пластиков (например, фталаты), или для их усиления (например, бисфенол А или BPA), являются очень сильными эндокринными разрушителями.

Фталаты и BPA, например, имитируют эстроген в кровотоке. Если у вас в организме много фталатов, вы будете производить меньше тестостерона и меньше спермы. При воздействии фталатов в материнской утробе репродуктивная система мужского плода будет изменена: он будет расти все менее похожим на мужской.

Женщины с повышенным уровнем фталатов в моче во время беременности значительно чаще рожали сыновей с более коротким аногенитальным расстоянием, более коротким пенисом и небольшими семенниками.

«Когда яички [плода] начинают вырабатывать тестостерон, примерно с восьмой недели беременности, они производят его меньше нормы, - поясняет доктор Сван. - Вот суть всей этой истории. Таким образом, фталаты снижают уровень тестостерона. Яички не производят его в надлежащем количестве, а аногенитальное расстояние становится короче».

Химические мутации передаются по наследству

Главная проблема заключается в том, что эти химикаты повсюду. BPA можно найти в бутылках для воды, в пищевых контейнерах и т.п. Фталаты еще более распространены:

они находятся на покрытиях таблеток и в пищевых добавках; они используются в смазывающих веществах, эмульгаторах и суспендирующих веществах.

Не говоря уже о медицинских устройствах, моющих средствах и упаковке, краске и пластилине, фармацевтических препаратов и текстиля, лака для ногтей, жидкого мыла и гелях для волос.

Численность сперматозоидов в мужском семени и мировое производство пластмасс. GQ

Фталаты используются в трубах, по которым перемещаются продукты питания на фабриках, поэтому

вы можете найти их в молоке, йогурте, соусах, супах. Также, в небольших количествах, в яйцах, фруктах, овощах, макаронах, лапше, рисе и воде.

Как выяснилось, почти все женщины и мужчины в Соединенных Штатах имеют измеримые уровни фталатов – риск неизбежен.

Более того, есть доказательства, что эффект этих эндокринных разрушителей растет от поколения к поколению из-за того, что называется эпигенетическим наследованием.

Обычно приобретенные черты - такие как снижение числа сперматозоидов, вызванное ожирением - не передаются от отца к сыну. Но изменения, вызванные фталатами и BPA, наследуются.

Ваш отец передает вам свой низкий уровень сперматозоидов, а ваш уровень становится еще ниже после того, как воздействию эндокринных разрушителей подвергаетесь вы сами. Поэтому даже после 40 лет снижения количества сперматозоидов в семени мужчин их базовый уровень продолжает падать.

Проблему признают все

В мае этого года на маленьком шведском острове Лидинго состоялся 13-й Международный симпозиум по сперматологии. Сто сперматологов в одном месте – хороший повод для юмора. Но собравшимся было не до шуток.

Доктор Скаккебек предупредил: на симпозиуме будут несогласные с выводами мета-анализа доктора Сван. Но вместо этого я стал свидетелем окончательного уничтожения сомнений. 

Определяющим событием симпозиума стала панельная дискуссия после доклада соавтора мета-анализа Еврейского Университета/Горы Синай Хагая Левина «Сперматозоиды на грани вымирания?».

«Производители химических веществ должны доказать, что их химикаты безопасны, - заявил Левин. - И я не чувствую, что мне нужно больше доказательств, что именно химикаты разрушают нашу эндокринную систему».

Организатор симпозиума, шведский сперматолог Ларс Бьорндал, призвал к осторожности. «Я очень уважаю эпидемиологические исследования, но мы должны помнить, что математических корреляций недостаточно для выводов о связи между ростом производства пластмасс и падением уровня сперматозоидов», - сказал он.

Доктор Хагай Левин

Такие же реплики звучали из зала. Создатель и проектировщик лабораторий Дэвид Мортимер отметил, что методы исследования спермы в 70-х годах были очень ненадежными.

Но у Левина уже был готов ответ.

«Мы тоже усомнились в качестве старых исследований, и провели отдельный анализ проб, взятых с 1995 года, - сказал он со сцены. – Так вот, кривая падения стала еще круче».

«Я никогда не говорил, что снижения числа сперматозоидов не происходит», - смутился Мортимер.

В итоге участники симпозиума призвали мир признать, что репродуктивное здоровье мужчин имеет важное значение для выживания человечества, что его ухудшение вызывает тревогу и должно быть изучено, и что пока на исследования в этой области мир тратит меньше внимания и денег, чем следует.

Мортимер в итоге подписал заявление.

«В самцах не было нужды»

Можно ли с этим вообще что-нибудь поделать? В течение последних 20 лет периодически предпринимались попытки ограничить количество эндокринных разрушителей при производстве пластмасс, но это мало что меняло.

Один химикат заменяли другим, который в конечном итоге тоже оказывался опасным. Так было с BPA: его частично заменили на BPS, который может оказаться еще вреднее.

Химические гиганты, естественно, опровергают утверждения, что продукция, приносящая им миллиарды долларов, наносит ужасный ущерб человеческому организму. Как и табачные компании с нефтяными лоббистами, они финансируют собственные исследования, доказывающие, что их продукты безвредны.

На сайте Американского совета по химии, отраслевой торговой ассоциации, есть страница, посвященная фталатам. Почти вся она посвящена опровержениям исследования Шанны Сван. Лоббисты химических компаний утверждают, что она «использовала непроверенные методы, нетрадиционный анализ данных и ее выводы подверглись критике научным сообществом». Среди критиков – покойная Элизабет Уилан, президент американского Совета по науке и здравоохранению. Этот Совет финансируют Chevron, DuPont и другие гиганты пластмассового бизнеса.

Мар Гольдштейн, уролог и хирург из медцентра Корнелла в Нью-Йорке, не обеспокоен будущим человечества. «Да, число мужчин с бесплодием из-снижения качества спермы сильно выросло, - признает он. - Но ведь у нас есть ЭКО и другие методы лечения бесплодия».

Это правда, лечение бесплодия уже дало многим мужчинам шанс стать отцами. Их истории показывают, что решить задачу можно.

Но такое лечение очень дорого, и это явно не вариант, доступный для всех. И вряд ли в будущем оно поможет поддержать рождаемость на уровне, близком к нынешнему.

Крис Уолл, инженер-конструктор NASA Langley Research Center в Вирджинии, шесть лет пытался зачать ребенка. Количество сперматозоидов Уолла составляло менее 2 миллионов на миллилитр. Это очень мало, но если эпидемия бесплодия в мире не пойдет на спад, к 2034 году это будет средним показателем для мужчин.

Несколько лет они пытались заиметь детей обычным способом. Потом прошли через шесть попыток внутриутробного осеменения. Потом прошли несколько раундов ЭКО. Когда и это не помогло, они задумались об усыновлении. Но потом им предложили суррогатное материнство, и это сработало. Теперь у них есть здоровая, волевая 4-летняя дочка.

Пока мужчины по-прежнему нужны для выживания вида, и даже тем, кто завис где-то над нулевым уровнем сперматозоидов, медицина дает шанс. Но проблема инноваций в том, что они никогда не прекращаются. Новая технология, известная как ЭКО-гаметогенез in vitro (IVG), дает перспективы превращения эмбриональных стволовых клеток в сперму. В 2016 году японские ученые создали мышат путем оплодотворения обычных яйцеклеток мыши спермой, созданной с помощью IVG. Стволовые клетки были взяты у мышей-самок. В самцах не было нужды.


Самое острое на канале Примечаний в Telegram










Copyright © 2014-2018

Все публикации защищены авторским правом.
В сети интернет разрешается копирование, в т.ч. отдельных частей текстов или изображений, видео, публикация и републикация, перепечатка или любое другое распространение информации только с обязательной активной, прямой, открытой для поисковых систем гиперссылкой на адрес страниц сайта http://primechaniya.ru/.

Связаться с редакцией вы можете по адресу: primechaniya.ru@gmail.com или по телефону: + 7 978 739 0123
Все вопросы касательно размещения рекламы: primesevreklama@mail.ru и по телефону, указанному выше

Новости Севастополя. Примечания

Яндекс.Метрика