Андрей Ваганов и Евгений Ерофеев решили не возвращаться в Россию, чтобы обеспечить безопасность детей, сообщили правозащитники инициативных групп ЛГБТ. Эта история длится уже четыре месяца. Все началось в середине июня, когда младший сын теперь уже самой известной гей-пары России попал в больницу с подозрением на аппендицит. Там в разговоре с врачом 12-летний мальчик упомянул, что у него два папы. После этого события разворачивались на космических скоростях. Следственный комитет возбуждает дело против сотрудника московской соцзащиты, который «допустил» воспитание двух усыновленных мальчиков однополой парой. СК делает заявление: приемные родители пропагандировали «нетрадиционные отношения», что «причиняло вред здоровью» усыновленных детей. В срочном порядке семья покидает Россию, их московскую квартиру обыскивают, взламывают двери. Обыски проходят у дедушек и бабушек мальчиков.
Кто они?
Андрей Ваганов — индивидуальный предприниматель, занимается консалтингом, преподает. Евгений Ерофеев — менеджер высшего звена. Пара официально зарегистрировала свой брак в Дании. Семья проживала в Москве, в двухкомнатной квартире, собиралась переехать в другую — большей площади (93 кв. метра). Это вполне обеспеченная семья, с двумя машинами Porsche Macan и Smart. Два-три раза в год пара вместе с детьми выезжала на отдых заграницу.
Как появились дети?
Один из «пап» Андрей давно мечтал о сыне. Он подробно говорит об этом в интервью корреспонденту «Медузы» Ивану Голунову. Аргументы — «маскулинная позиция по жизни». Мужчина не представлял, как сможет научить дочь заплетать косички и завязывать бантики. В 2009 году Андрей находит анкету Дениса и затем усыновляет его. Денис панически боится воды, боится практически всего и всех. С ним занимается психолог. Через два с половиной года появляется второй сын Юра. У мальчика большие проблемы со здоровьем: плоскостопие, косоглазие, пупочная грыжа, задержки в развитии. В пять с половиной лет он не выговаривает треть букв и весит всего 14 килограммов.
Как складывалась семейная жизнь?
Воспитывать детей активно помогали родители гей-пары. Также в семье работала няня, которая забирала детей из садика, школы, готовила еду и занималась уроками. Опека, по словам однополых «пап», была в курсе всех поездок на дачу и заграницу. Все, что касалось детей, обсуждалось с сотрудниками опеки.
Почему именно они?
Ни для кого не секрет, что в России проживает множество однополых семей, которые заводят своих или усыновляют детей. После обсуждения истории Ваганова и Ерофеева в прессе другие однополые семьи рассказали о своей сложной жизни в российских реалиях. Триггером для конфликта стало попадание 12-летнего усыновленного ребенка в больницу с жалобой на боли в животе. Настороженные врачи пустили эту информацию по цепочке. В итоге мальчик прошел психологически сложную для него судмедэкспертизу, которая не выявила никаких актов насилия по отношению к ребенку.
Что происходит сейчас?
Однополая семья с двумя детьми одиннадцати и двенадцати лет находится за границей. В отношении сотрудника соцопеки, который «допустил» усыновление детей, возбуждено уголовное дело. «Папы» по этому делу проходят как свидетели. Возвращаться в Россию однополая семья не собирается. Мужчины боятся, что у них отберут сыновей, и те снова попадут в детдом. Андрей Ваганов и Евгений Ерофеев запросили политическое убежище в США.
Есть ли шансы?
«Примечания» обратились за комментарием к швейцарскому адвокату, имеющему обширную практику по международному семейному праву. Рихард Хлуп рассказал, что шансы у однополой семьи получить политическое убежище в США минимальны.
«В Европе получить политическое убежище однополой семье из России было бы намного проще, если мы смотрим на проценты. США не приветствует подобное. Если бы в США можно было так просто получить политическое убежище, то геи всех стран немедленно рванули бы туда. Но мы такой картины не наблюдаем. Чтобы США предоставило убежище, обязательно нужен конфликт человека с действующей властью, политический конфликт. В этом плане получить политическое убежище больше шансов у избитых и задержанных полицией россиян во время митингов. Человек, который получает политическое убежище в США, строит на этом карьеру, а США получает с этого выгоду. Я не вижу выгоды в принятии штатами однополой российской семьи. Но, конечно, дело может получить иной поворот», — прокомментировал адвокат Рихард Хлуп.
