Я никогда не высказываюсь по поводу Крыма — чей он — наш, не наш. Он — мой. Хотя бы потому, что мой прапрапрадед Сергей Иванович Мальцов построил Симеиз, создав из задрипанного аула курорт.
И даже в советское время — половина герба города — это мой фамильный герб. Мой прапрадед Николай Сергеевич Мальцов построил Крымскую обсерваторию, моя семья основала виноградники, которые потом включили в Массандру.
В конце концов, именно по вопросу строительства железной дороги в Крым перед войной с англичанами Сергей Иванович Мальцов вступил в конфликт с тогдашней царской администрацией, которая плотно сидела на откатах с поставок английских рельсов.
Тут расстреляны красными мои другие прапрадеды и их сыновья вместе с женами — молодыми княжнами. Так что ваши споры для меня давно решены и выглядят брачными играми хомячков. Но история позволяет интересоваться, что там происходит, и наблюдать с толикой омерзения.
Я имею в виду, например, ситуацию с Херсонесом. И именно с заповедником благочинного Севастопольского округа. Он же «Херсонес Таврический».
Территория древнегреческого полиса Херсонеса, основанного в V веке до н.э., считается местом крещения киевского князя Владимира. Поэтому для православных верующих город является святыней.
Однако в первую очередь территория Херсонеса Таврического, расположенного в городской черте Севастополя, — это историко-археологический заповедник и крупный научный центр. Его музейные фонды насчитывает более 250 тыс. единиц хранения. У Херсонеса большие перспективы для дальнейших научных изысканий.
Примерно три четверти территории полиса еще не затронуты раскопками. Вот этот мировоззренческий дуализм и сыграл с заповедником плохую шутку.
Местный губернатор Сергей Меняйло, видимо, возбужденный историческими мифами и легендами, решил побежать впереди паровоза и уволил условно светского директора заповедника Андрея Кулагина и назначил условно духовного благочинного Севастопольского округа УПЦ МП протоиерея Сергия Халюту.
«Херсонес должен быть местом паломничества, а не просто туристическим. Это наш Новый Афон», — заявил Меняйло, добавив, что назначение Сергия Халюты получило благословение патриарха Кирилла и было согласовано с Министерством культуры РФ.
Прогиб наверняка был засчитан, но не принят ни светским, ни научным сообществом. Разразился скандал. Хотя бы потому, что многие знают, как изменился с приходом духовной власти, например, заповедник «Валаам». И это мало кому нравится.
Начнем с того, что Херсонес имеет статус заповедника ЮНЕСКО. Я понимаю, что сегодня отсылы к европейским структурам принято высмеивать и всячески их обесценивать, но имейте совесть — понятно же , что это место имеет не локальное конфессиональное значение, а принадлежит мировой культуре.
Причем оно уникально тем, что связывает культуры Древней Греции, Византии, России и всего Средиземноморья воедино. Более того, именно Владимир Путин, отношение которого к вере и к местам типа Афона имел в виду интриган-неудачник Меняйло, говорил, что нужно привести Херсонес в соответствие с требованиями ЮНЕСКО, предъявляемыми к памятникам культуры. Немедленно выяснилось, что и рассказы губернатора про поддержку со стороны патриархата не соответствуют действительности. Об этом сказал архимандрит Тихон.
Как едко высказалась замдиректора заповедника Лариса Седикова, «Херсонес — не городская баня, начальников которой можно менять как вздумается». Ученая дама права — не дело городского начальника встревать в дела мирового памятника культуры, масштаб и значимость которого ему могут быть неведомы. Например, в силу пробелов в образовании.
В заповеднике и так полно проблем — сам статус подчинения городу, а не федералам до сего времени был источником проблем, в том числе и в области финансирования. Есть проблемы с землеотводом — еще по украинским делам. Масса документации ждет своего приведения в соответствие с российскими нормами. И так далее.
Суетливый губернатор не понимает настроение собственного города. И если людям и так есть что сказать местной власти и все опасаются второго выхода населения на площадь (которую пропагандисты по обе стороны бруствера неловко пытаются обозвать майданом), то не надо капать на чашечки весов. Мало ли какая соломинка переломит хребет верблюду. Но в административном раже местная власть уже не замечает деталей — делить, делить, делить все, что досталось на руки, — это неумная и опасная тактика, без стратегии и мысли про завтрашний день.
На этой территории научная мысль бьется уже не одно столетие — наработан огромный пласт знаний, это реальное место силы. И, конечно, это место не может быть игрушкой в административно-конфессиональных играх.
Такое развитие событий вообще-то типично для новых или нестабильных территорий, когда новые администраторы чувствуют себя временщиками. Но с Крымом история отдельная и весьма свежая и взрывоопасная. Об этом никто почему-то думать не хочет.
