Точное количество коллекторских агентств в России неизвестно — государственного реестра таких организаций не существует. По сведениям тематических порталов, их более тысячи. Кроме того, Россия лидирует в Европе по числу микрофинансовых организаций, специализирующихся на коротких кредитах под высокие проценты: в государственном реестре больше 7,5 тысячи таких компаний, половина из них — действующие. Компании, выдающие кредиты и обладающие филиалами во многих регионах, не прибегают к услугам сторонних коллекторов, а самостоятельно добиваются возврата долгов. Банки, как правило, пользуются услугами агентств.
О необходимости законодательно ограничить деятельность коллекторов депутаты решили после случая в Ульяновске 24 января 2016 года — тогда коллектор бросил бутылку с горючей смесью в окно частного дома; она упала в кровать, где лежал двухлетний ребенок. Мальчик получил ожоги 40% тела. Пострадал и его дед, 55-летний предприниматель Исмаил Гуссейнов, пытавшийся потушить огонь. Именно он и был тем должником, которого преследовал коллектор; долг составлял 50 тысяч рублей. Подозреваемый в преступлении коллектор Дмитрий Ермилов в прошлом работал в МВД. В 2008 году он был уволен со службы после обвинения в краже двух тонн конфет с кондитерской фабрики, три года он провел в колонии.
После появления в СМИ информации об этом случае в полицию обратились две жительницы Ульяновской области, сообщившие, что и в их дома коллектор бросал бутылки с зажигательной смесью.
Вандализм в подъезде — один из самых распространенных «жестких» методов российских коллекторов. Иногда его жертвами становятся не только должники, но и их соседи.
Кирилл Громов из Санкт-Петербурга был постоянным клиентом микрокредитных организаций. «В конце ноября [2015 года] я взял 30 тысяч рублей и не смог отдать. С начала февраля начали звонить, в грубой форме требовать возврата долга, — рассказывает Громов „Медузе“. — Я попытался найти деньги, но мне не хватило времени. В ночь с 14 на 15 февраля зашли в парадную, оставили краской надписи на стенах, расклеили листовки с требованием вернуть уже 90 тысяч рублей — и залили пеной-герметиком замок мне и моим соседям. Мы с соседями написали заявление в полицию, но пока никакого результата нет». Громова пригласили в эфир «Пятого канала», посвященный работе коллекторов; после этого, по его собственным словам, коллекторы от него «отстали».
Возвращать долг Громов после инцидента не планирует. На вопрос о том, собирался ли он вообще это делать, Громов отвечает: «Да. Сумму долга коллекторы называли мне вплоть до 300 тысяч рублей. Но я думаю, что смог бы вернуть им только те 30 тысяч, которые я у них взял».
19 февраля 2016 года в Саратове коллекторы залили клеем замки жителям квартир целого подъезда и расписали стены нецензурными надписями. Коллекторы также предложили соседям требовать компенсацию за порчу имущества у должника.
В Новосибирске жертвой коллег стал сам коллектор. Николай Чаукин взял деньги в местном отделении микрокредитной организации «Домашние деньги» (одна из крупнейших компаний на рынке микрозаймов, ее филиалы есть более чем в 50 регионах РФ), где он сам и работал. Чаукина уволили; он отказался возвращать долги, ссылаясь на то, что ему не выплатили зарплату. После этого в соцсетях появились объявления о том, что его жена занимается проституцией, а также сообщения о смерти их детей. Кроме того, супруги утверждают, что бывшие коллеги Чаукина угрожали «продать на органы их ребенка».
В Ивановской области сотрудники коллекторского агентства распространялиобъявления о продаже наркотиков от лица женщины, задолжавшей семь тысяч рублей. К объявлению прилагались фотография должницы и номер ее мобильного телефона. Прокуратура возбудила против коллекторского агентства уголовное дело по статье «Клевета».
Коллектор из Екатеринбурга Олег тоже стал жертвой своих коллег. Начальница Олега из местного отделения микрокредитной организации «Домашние деньги» обязала его выплачивать долги за злостного должника, которому Олег одобрил кредит. Мужчина внес несколько платежей, а затем уволился, заявив, что не планирует погашать чужие долги, поскольку ему не платят зарплату. После этого коллеги задолжавшего коллектора пытались выломать дверь его дома, а когда сделать это не удалось, перерезали подачу электричества в квартиру. В самой организации заявили, что коллектор присвоил деньги своего клиента.
Схожий случай произошел в Екатеринбурге 25 февраля 2016 года. Два сотрудника неназванного коллекторского агентства приехали по адресу должников, чтобы потребовать возврата долга, но дома оказался лишь их 12-летний ребенок. Школьник отказался открыть дверь незнакомым людям. Тогда женщины пообещали поджечь квартиру, а затем перерезали электрический и телефонный провода. Перед уходом коллекторы сломали замок двери — родители были вынуждены вызывать спасателей, чтобы попасть домой; ребенку после инцидента понадобилась помощь психолога. 2 марта одна из сотрудниц агентства была задержана.
В ноябре 2015 года сотрудники челябинской микрокредитной организации «Алеф» с помощью автодозвона парализовали телефонную связь в областной клинической больнице № 3. Телефоны во всем медицинском учреждении звонили без остановки; поднимающим трубку сотрудникам коллекторы в грубой форме сообщали, что одна из санитарок должна погасить долги. Так продолжалось несколько часов.
Прокуратура оштрафовала микрофинансовую организацию на 100 тысяч рублей. На одного из коллекторов было заведено уголовное дело по обвинению в самоуправстве.
В начале февраля 2016 года заведующей одной из детских садов Петрозаводскапозвонил человек, представившийся коллектором. Он напомнил заведующей о ее долгах; разговор шел на повышенных тонах и закончился тем, что коллектор пригрозил взорвать детское учреждение. Прибывшие полицейские эвакуировали детей и обследовали здание, но взрывчатки не обнаружили. При проверке выяснилось, что коллектор звонил с телефона, зарегистрированного в Новосибирской области. Звонивший так и не был вычислен.
В феврале 2016 года за аналогичную угрозу был осужден на десять месяцев колонии-поселения коллектор из Ростовской области: 25 декабря 2015-го он пригрозил взорвать детский сад в городе Сальске (Ростовская область) из-за долга мужа одной из воспитательниц. В этом случае полиции также пришлось эвакуировать детей и сотрудников сада и обследовать помещение.
В Петербурге коллектор из «Домашних денег» Тарас Коваль поджег детские коляски, оставленные жильцами в подъезде дома. Таким образом он пытался заставить вернуть долг одного из жильцов. При этом коляски принадлежали не должнику, а его соседям. В результате пожара жильцам был нанесен ущерб на общую сумму 350 тысяч рублей. Суд назначил коллектору наказание в виде полутора лет лишения свободы условно.
Три коллектора из города Елец Липецкой области обрили наголо жену одного из должников, а его самого избили. На сайте Генпрокуратуры сообщается, что коллекторы выбирали клиентов микрокредитных организаций с несколькими задолженностями и приезжали к ним домой.
«С целью оказания психологического воздействия на заемщиков они писали маркерами и краской оскорбительные надписи на стенах в местах проживания потерпевших или их родственников, оклеивали подъезды и фасады домов листовками оскорбительного содержания, ломали дверные замки, заливая их клеем, разбивали стеклопакеты в окнах потерпевших, угрожали им и членам их семьи, связывались с родственниками должников, не имеющих отношение к долгу, и требовали, чтобы те передали им денежные средства», — перечисляются на сайте ведомства методы выбивания денег с должников.
Всего пострадавшими от действий елецких коллекторов признаны девять жителей города.
В Новосибирске коллекторы банка «Русский Стандарт» угрожали женщине-инвалиду — они обещали отрезать ей руку, если та не выплатит 300 тысяч рублей по долгам своей матери. В ходе судебного разбирательства по иску к банку женщина смогла найти свидетелей угроз — и предоставила записи разговоров с коллекторами. Суд обязал банк выплатить женщине 30 тысяч рублей компенсации.
Алексей Тарасов из Ростова-на-Дону столкнулся с ситуацией, когда коллекторы требовали, чтобы он вернул долг, о котором он, по его словам, прежде ничего не слышал.
«Мне с моей гражданской женой в январе этого года пришло письмо от коллекторского агентства „Кредитэкспресс“, — рассказывает „Медузе“ Тарасов. — В нем было указано, что мы должны выплатить около 15 тысяч рублей, взятые у какой-то фирмы „Честное слово“. Мы никогда не слышали об этой фирме и проигнорировали послание. Но в середине февраля пришло второе письмо с еще большей суммой долга. Мы позвонили в „Кредитэкспресс“, чтобы разобраться, в чем дело. Хотели добиться от них какой-то информации, увидеть договор на займ. Но ничего предоставить они нам не смогли. Фактически от нас потребовали возврата денег только на основании их слов».
Тарасов рассказал, что коллекторы постоянно звонили и обещали явиться с визитом. «Хотя мы находимся в Ростове, а они в Москве, нас такие угрозы беспокоили», — говорит Тарасов. В конце февраля Тарасов обратился в полицию, а 4 марта ему позвонили из фирмы «Честное слово» и сообщили, что больше никакого долга за ним нет.
Коллекторы до такой степени утомили 44-летнюю женщину из Новохоперска Воронежской области звонками с требованием вернуть долг ее сына, что 24 ноября 2015 года она сама позвонила в ярославское агентство по возвращению долгов ООО «Морган» и сообщила, что в их офисе заложена бомба. Полиция была вынуждена эвакуировать весь бизнес-центр, в котором располагались офисы еще нескольких компаний, в том числе филиала РЖД. На мать должника заведено уголовное дело по обвинению в ложном сообщении о теракте; о приговоре не сообщалось.
Убийство совершили коллекторы в Перми 8 сентября 2014 года. Задолжавший тысячу рублей (с процентами сумма выросла до пяти тысяч) местный житель Андрей Черных позвал на встречу с коллекторами своего друга Никиту Пальянова. Встреча завершилась дракой. Сотрудник микрокредитной организации «Дам деньги» Артем Ефимов и его друг Сергей Янушевич избили молодых людей, 4 октября Пальянов скончался в больнице. По словам очевидцев, коллекторы повалили его на землю и прыгали ему на голову. Коллектор Ефимов приговорен к 13 годам лишения свободы, его друг Янушевич, пошедший на сделку со следствием и признавший вину, — к десяти годам.
