Напомним, что в начале октября 1993 года в центре Москвы произошло то, что случилось потом в гораздо больших масштабах на Донбассе: по городским зданиям начали бить из пушек.
Кого и за что убивали
В ту пору правительство и парламент РФ олицетворяли две взаимоисключающие модели развития страны. Парламент под руководством спикера Хасбулатова и вице-президента Руцкого настаивал на сохранении государственной собственности на объекты инфраструктуры и на социальном государстве. Администрация Ельцина и правительство Гайдара стремилось к приватизации всего, включая жизненно важные объекты - железные дороги, электростанции и ЛЭП, аэропорты, земные недра и т.п. О социальном государстве там не хотели и слышать: кто не вписался в рынок, пусть умирает – такова была официальная позиция кабинета министров.
Осенью конфликт достиг крайней точки. Ельцин издал указ о роспуске Верховного совета. Депутаты в ответ объявили о нелегитимности президента и попытались взять власть в свои руки. Они без единого выстрела захватили мэрию Москвы и, воодушевленные успехом, решили захватить телевышку в Останкино. По сути, это была последняя попытка спасти СССР.
Но в Останкино их встретило спецподразделение МВД «Витязь», хладнокровно косившее из автоматов всех подряд - машины парламентариев, самих депутатов, журналистов и случайных людей.
Ельцин приказал взять здание Верховного совета штурмом. Желающих выполнить этот приказ пришлось долго искать. В конце концов, генерал Павел Грачев, долго возглавлявший потом министерство обороны, нашел в Таманской дивизии танковый взвод, и расчеты боевых машин (командирам были обещаны деньги и чины), начали бить из пушек по зданию, в котором теперь находится правительство РФ.
Защитники Белого дома, среди которых были не только депутаты, но и сотни простых людей - москвичей, военных, милиционеров, студентов – были вооружены в лучшем случае винтовками и автоматами. После расстрела здания его захватили спецназовцы.
По разным оценкам, тогда погибло от 500 до 2000 человек. Есть многочисленные воспоминания, что защитники парламента погибали не только от танковых выстрелов и не только в ходе штурма Белого дома спецназом – их расстреливали и потом, в коридорах и во дворе здания, и позже – когда вывезли пленных на стадион «Красная Пресня».
Многие погибли от пуль снайперов, прилетавших откуда-то извне.
И вот с этими снайперами история очень интересная. О ней пишет в своей статье для газеты «Завтра» Александр Домрин – доктор юридических наук, профессор Виргинского университета, американист, профессор Высшей школы экономики. В 1990-1993 гг. Домрин работал ведущим, а затем главным специалистом Комитета по международным делам Верховного Совета России, и хорошо помнит, что тогда происходило.
Что делал на крыше посольства США раненый морпех Белл?
По официальным данным, в кровавых событиях октября 1993 г. года пострадали два гражданина США. 26-летний американский юрист Терри Майкл Дункан был убит в Останкино примерно в 21 час 3 октября при оказании помощи раненым. Еще одна гражданка США Джулия Брукс получила ранения в живот и бедро.
«Но что делать с многочисленными свидетельствами очевидцев о стрельбе со стороны посольства США? – пишет Домрин. - Что, в частности, делать с этим заявлением, сделанным в ходе заседания специальной комиссии Госдумы 8 сентября 1998 года, генерала Виктора Сорокина, занимавшего в октябре 1993-го должность заместителя командующего Воздушно-десантных войск, подразделения которых участвовали в расстреле парламента России: «Где-то около 8 часов подразделения выдвинулись к стенам Белого дома… Во время выдвижения подразделения в полку погибло 5 человек и 18 были ранены. Расстреливали сзади. Я сам это наблюдал. Стрельба велась со здания американского посольства… Все погибшие и раненые были расстреляны сзади…
И вот мы видим опубликованные в 2013 году на частном сайте американской «Ассоциации дипломатической учебы и тренинга» воспоминания сотрудника политического отдела посольства США в Москве (1991-94 гг.) Уэйна Мерри о пулевом ранении в шею морского пехотинца, капрала Белла 4-го октября 1993-го. Что делал капрал Белл на крыше американского посольства во время штурма Дома Советов? Был ли он там один или с другими морпехами? Что именно они там делали: голубей в московское небо запускали? Получил ли Белл пулю в шею в перестрелке - в ответ на обстрел Дома Советов и российских военнослужащих? Почему ранение капрала Белла не было официально зафиксировано, как гибель Дункана и ранение Брукс, и сохранялось в тайне 20 лет? Ни на эти, ни на многие другие вопросы дипломат Мерри, по понятным причинам, не отвечает…»
В Вашингтоне все знали за две недели до штурма
21 сентября 1993-го анонимный источник сделал исключительно любопытное признание, фактически являющееся ответом на вопрос, знала ли администрация США о готовящемся конституционном перевороте в России. По его словам, еще 13 сентября, то есть за 8 дней до обнародования Ельциным пресловутого указа No.1400, находившийся в Вашингтоне при подписании израильско-палестинского мирного соглашения тогдашний глава МИД РФ «дорогой Андрей» Козырев отозвал в сторону своего американского визави госсекретаря Уоррена Кристофера и предупредил его о «драматических событиях», которые должны были «скоро» произойти. «Ясно», что «Козырев старался дать госсекретарю сигнал», писала «Нью-Йорк таймс».
«Уолл-стрит джорнал» сделал важное уточнение: Козырев не только информировал американцев о планах президента РФ, но и призвал правительство США оказать ему необходимую поддержку. Доверительное сообщение Козырева было, несомненно, доведено до Клинтона, и санкция была получена.
22 сентября 1993 года, то есть уже на следующий день после издания указа No.1400, конгрессмен от штата Мэриленд Стени Хойер занимавший в то время четвертое по значимости положение среди конгрессменов-демократов, выступил с показательной речью в Палате представителей. Признавая, что указ о роспуске российского парламента был «технически... незаконным», Хойер утверждал, что Ельцин «действовал, следуя духу демократии, нарушая букву закона». Однако «основная причина продолжающейся западной поддержки Ельцина» в его противостоянии с законодательной властью, согласно конгрессмену, заключалась даже не в якобы демократическом характере ельцинского режима, но в том, что «Ельцин является откровенно проамериканским, прозападным, прорыночным» политиком, тогда как Верховный Совет «обвиняет Запад в стремлении подорвать и ослабить Россию» и «выступает против ельцинской программы приватизации». Таким образом, резюмировал Хойер, «проведение необходимых реформ» правительством Ельцина и «удержание им России на прозападном курсе» является «императивом... для наших собственных интересов».
Сам факт осведомленности и полной поддержки Ельцина никак не подтверждает слова генерала Сорокина о стрельбе со стороны посольства США по Белому дому и по штурмовавшим его солдатам. Но свидетельства в пользу этого есть в других источниках, пишет Домрин.
Госдеп обсуждал использование военного контингента США для поддержки Ельцина
В книге «Никсон зимой» помощник экс-президента Никсона в последние годы его жизни Моника Кроули раскрывает неизвестную не только российскому читателю, но и большинству западных наблюдателей деталь. В дни противостояния между президентом и Верховным Советом РФ Ричард Никсон был приглашен в Государственный департамент США для участия в обсуждении вариантов официальной реакции Вашингтона и вернулся с этого обсуждения абсолютно подавленным, поскольку один из вариантов предполагал… направление в Москву военного контингента США для поддержки Ельцина.
Никсон выступил категорически против такой идеи. «О чем думают эти засранцы (assholes) из госдепа? – вспоминает Кроули эмоциональные слова Никсона. – Нельзя направлять войска в Россию… Когда мы это сделали для борьбы с большевиками [имеется в виду участие США в интервенции «союзников» 1918 года и высадка американских войск во Владивостоке и Архангельске – А.Д.], это обернулось катастрофой. Кроме того, мы просто не можем вмешиваться в их внутренние дела, тем более, военными средствами. О, Господи!»
Никсон не впервые столь нелицеприятно высказывался в адрес американской дипломатии на российском направлении периода президентства Клинтона. «Эти ребята просто шизанутые (nuts). Они не понимают, что, поощряя авторитарные наклонности Ельцина, они играют с огнем», вспоминает Дм.Саймс реакцию Никсона на выступление Тэлботта в Комитете по ассигнованиями Палаты представителей 19 апреля 1993 г. в поддержку финансовой помощи «реформаторам» в России. Триумфально поддержав «президента Ельцина, бросившего перчатку парламенту», якобы «контролировавшемуся реакционерами», Тэлботт готовил почву как для роспуска Ельциным законодательной власти в России, так и для поддержки такого роспуска в Вашингтоне.
Эпизод из книги Кроули, во-первых, лишний раз подчеркивает, сколь высоки были ставки Вашингтона в дни кризиса и, во-вторых, заставляет по-новому взглянуть на многочисленные свидетельства очевидцев об участии в московской бойне снайперов третьей стороны. Может быть, «засранцы из госдепа» хотя бы частично всё же реализовали свой план?», - задается вопросом Александр Домрин.
