«Дома уплыли, кредиты остались, а мы стране не нужны»

Тысячи людей взяли кредиты, построили дома, и эти дома унесло цунами. Гниль, лежащие на боку крыши, голодные брошенные люди и собаки. «Мы государству были нужны, когда налоги платили. А когда нам государство надо, они нам дали по десять тысяч рублей. А что мы на десять тысяч сделаем, когда у нас ничего не осталось?» Журналист Марина Ахмедова рассказывает, как через две недели выглядит пострадавший от наводнения Тулун.
Марина Ахмедова

Когда я подошла к затхлому деревянному дому, меня встретили дворняги. Они бросились ко мне, я остановилась, не успев сориентироваться - чего они хотят. Но оказалось, что они просто просят еды. Собаки начали лизать мои руки. За ними из-за угла вышли четверо мужчин. На секунду мне показалось, я в фильме ужасов и только что мир разрушился. Гниль, лежащие на боку крыши, унесённые дома за их спинами - очень подходящие декорации.

У мужчин были красные воспалённые глаза. Бледные лица. Они тоже походили на выживших из какого-нибудь фильма об апокалипсисе. Они вышли ко мне молча, дворняги успокоились и вернулись к ним. А главное, что я почувствовала от этих людей - безысходность.

- Где вы живёте? - спросила я.

Они огляделись. Потом один показал на калитку, за которой не было дома. Он уплыл по реке. Другой на кучу деревяшек. Третий - на пустое место. А четвёртый на двухэтажный многоквартирный гнилой дом.

- А где ночуете?

- В лесу, - ответил старший.

- А семьи где?

- В лесу.

- Почему не пошли в пункт временного размещения?

- Он в школе. Скоро они к учебному году будут готовиться. Нас уже предупредили. Поверьте, девушка, мы никому не нужны.

- Не нужны, - эхом повторили за ним молодые мужчины.

- Мы государству сами были нужны, когда налоги платили. А когда нам государство надо, они нам дали по десять тысяч рублей. А что мы на десять тысяч сделаем, когда у нас ничего не осталось?

- Вас кормят?

- Да, приезжают иногда.

- А собак кормят?

- Этих собак никто не кормит. Только если мы им сами дадим то, что нам дают.

Я смотрела на них и не могла оторваться. То мне казалось, что я в фильме ужасов, то казалось, что я встретилась с тем самым народом, о котором у нас так любят поговорить. И они молча смотрели на меня своими красными глазами, пока у одного из них не навернулись слезы. А потом я поняла, что они не только в ужасном горе от того, что уплыли дома, но у них еще и ярко выражен посттравматический синдром, ведь они бежали от водяного вала.

- Это было цунами, - сказал один.

- А люди? - спросила я.

- Одни бежали, другие успели только залезть на крышу.

- Но дома же поплыли! - сказала я.

- Так и что?

- С людьми на крышах?!

- Так и поплыли с людьми.

- И люди погибли?
- Много.

Старший мужчина рассказал, что на дом он брал кредит - 300 тысяч. Дом уплыл, кредит остался. И таких историй в Тулуне - множество. А банки, если и пойдут навстречу, то только короткой передышкой от выплаты.

- Дома нет, а кредит есть, - усмехнулся мужчина. - Мы б хотели, чтоб нам из Москвы помогли. Но знаете, мы стране не нужны. Сирии помогут. Африке помогут. А нам не помогут.

Вот и я не знаю, чем им помочь, хотя думаю о них второй день. Я не могу собрать номера их карт и сказать - помогите им. Слишком много там пострадавших людей - тысячи. Эти - одни из многих в таком же положении. Но я думаю, мы все вместе можем обратиться с инициативой к нашему правительству - именно отменить кредиты, которые эти люди брали на дома. Государство само могло бы их погасить. 

Эти мужчины проживают в посёлке Казаковка, на улице, которая раньше называлась Кедровой. Их можно найти у дома 15. Или рядом в лесу.

Спросить Олега, Александра, Евгения и Олега.

Вступайте в наш телеграм канал t.me/prsev