Погибшие в социальном лифте

В отличие от Украины, где участники майдана и АТО вошли во власть, потенциально новая элита Донбасса за три года в большинстве своем уничтожена. А лицом вернувшегося в родную гавань Крыма стал обобщенный украинский чиновник.
Алексей Блюминов

Убийство донецкого командира ополчения Арсена Павлова, более известного по своему позывному Моторола — хороший повод для разговора на тему, которую сторонники  «Русского мира» стараются деликатно обходить десятой дорогой. И вполне понятно, почему.

Спустя почти три года после начала событий в Крыму и на юго-востоке Украины, когда всем уже ясно, что тема Новороссии очевидно отыграна, пришло время собирать камни и подводить итоги. О том, что «Русская весна» не смогла сформулировать свой позитивный идеал и обрекла себя тем самым на дискурсивную немоту, уже говорилось. Но при этом, ребята, поднявшие оружие на Донбассе, хотя бы четко знали, против чего они воюют. И этот аргумент через отрицание долгое время был едва ли не единственным козырем в дискурсивных боях с майданщиками.

Если коротко, все можно было свести к тому, что «вот вы там, на своем майдане, выступали против олигархов, так вы их к власти в итоге и привели. Зато мы, на Донбассе, олигархов прогнали, строим народное государство и скоро национализируем неправедное нажитые олигархами богатства».

Впрочем, менее чем за год о национализации успешно забыли, а регулярно возникающие в «народных государствах» скандалы, связанные с тем же Сергеем Курченко, и спокойно работающие предприятия других украинских богатеев — от Ахметова и Фирташа до ИСД — ясно указывают на то, что олигархи на Донбассе никуда не исчезли, просто перестали быть на виду. Что же до самих «народных государств», то ставшие обыденностью разборки в стиле «нет человека — нет проблемы», а также всевластие того, что на постсоветском государстве принято именовать емким словом «силовики», ясно указывают на степень народности этих образований.

[[incut? &ids=`17842`]]

Еще одним важным аргументом противников майдана было то, что на территориях, где реализовали их идеалы, была проведена реальная люстрация: к власти пришли абсолютно новые люди, ранее у властного корыта не замеченные, а ЛДНР стала единственным местом на Украине, где на деле, а не на словах, прогнали Партию Регионов и ее ставленников. В то время как украинцы избрали основателя ПР Петра Порошенко президентом своей страны.

Действительно, все лидеры первой волны антикиевских выступлений были живым и ненадуманным примером социального лифта в действии. Журналисты носом рыли землю в интернете, в попытках выяснить, кто такие эти Губаревы, Болотовы, Пургины, Карякины, Цыпкаловы, Дремовы и Мозговые. Все эти и другие фамилии до марта-апреля 2014 года практически не гуглились.

Итог оказался ошеломляюще плачевным. Подавляющее большинство этих людей, неожиданно для себя вскочив в этот социальный лифт, в нем же и погибли. Погибли при весьма туманных обстоятельствах, допускающих самые широкие трактовки.

Крайним, но, к сожалению, судя по динамике процессов, не последним в этом ряду стал погибший (вот уж злая ирония судьбы) в донецком лифте Моторола. Это был едва ли не самый известный донецкий полевой командир, глядевший смерти в глаза множество раз, в свои тридцать с небольшим неимоверно обласканный судьбой. Казалось бы, уж в Донецкой-то республике, за которую он проливал свою кровь, он должен был быть, как минимум, министром или депутатом парламента. Словом, фигурой публичной, на что-то влияющей. Но Моторолу, как и остальных командиров, довольно бесцеремонно отжали от реальной политики в ДНР.

[[incut? &ids=`12104`]]

Ну да ладно, возможно, полевые командиры ополченцев - люди скромные, осознающие пределы своей компетенции и оттого не лезущие на трибуны и под свет софитов, и добровольно отдавшие бразды правления вчерашним регионалам из третьего эшелона. Но как же быть с гражданскими активистами, поднявшимися из безвестности на волне штурмов администраций и массовых митингов весны 2014-го?

Давно вы слышали о таких персонажах, как Павел Губарев или Андрей Пургин? Может быть, Алексей Карякин из Луганска или коммунист Борис Литвинов из Донецка играют ныне важную роль в «строительстве молодой государственности»? Так нет же. Карякин официально объявлен «врагом народа» и «участником переворота с целью свержения руководства республики», а второй, вместе со своей партией, банально вышвырнут за борт общественно-политической жизни. Депутатов от Компартии ДНР, не мудрствуя лукаво, лишили мандатов, вот и вся недолга.

В Крыму, которому посчастливилось избежать ужасов войны и бескровно сменить прописку с украинской на российскую, ситуация если и отличается, то лишь тем, что тамошних героев крымской весны социальный лифт не раздавил, как в Донецке, а просто не заметил.

Можете вспомнить на вершинах крымской власти кого-то из активных участников событий весны 2014-го? Вот только не надо вспоминать об Аксенове. Аксенов — системный украинский политик, глава легальной (до победы майдана) украинской партии. Он не появился как политик в ходе крымской весны, он им уже был — просто принял правильную сторону истории. Ну, а кроме Аксенова, кто еще? Севастополец Алексей Чалый. Продолжаем загибать пальцы. И? Лицом вернувшего в родную гавань уже русского Крыма остается хорошо знакомый обобщенный украинский чиновник.

Говорят, крымская весна была скоротечной и ее герои просто не успели выдвинуться и проявить себя как следует. Но как же тогда быть с теми, кто годами, еще при Украине, приближали возвращение в родную гавань? Многие даже отсидели за такие свои идеалы, подтверждаемые не словами даже, а делами. Причем, уголовными. Где сегодня все эти люди?

В Совмине? В советах? Как бы не так. Тех, кто отсидел за Россию при Украине до сих пор даже толком юридически реабилитировать и снять судимости не могут. Такая вот специфическая форма признания заслуг.

А теперь давайте посмотрим на страну победившей «гидности». Как уже было сказано, избравшую президентом олигарха и основателя ПР и не сподобившуюся на полноценную люстрацию «бывших». Можно сколь угодно долго смеяться над «хохлами», которые «проскакали» свою страну - но майдан привел общество в движение, дал свои всходы и идеологические плоды. Страна меняется. В сторону, которая не может вызывать никаких симпатий у нас с вами, но — меняется. И это факт. Подтягивается молодое поколение, уже вскормленное декоммунизацией. Ветераны войны и волонтеры начинают играть активную роль в общественной жизни и в уличной политике.

А еще давайте вспомним «героев майдана» и раннего этапа «АТО». Большинство из них, в отличие от своих альтер-эго из ДНР-ЛНР, не в бегах, не на покое и не в земле. Они сейчас в Раде, кое кто в облсоветах, в министерствах и при министерствах, на серьезных должностях в армии, полиции и Нацгвардии, во главе партий.

Ярош, Билецкий, Парасюк, Дейдей, Бирюков, Тымчук, Касьянов, даже анекдотический казак Гаврилюк и скандальные зазывалы на майдан Лещенко с Найемом. Масса киевских журналистов-майданщиков пришла в парламент — для них «революция гидности» также стала социальным лифтом и дала шанс. Это один пласт.

Уровнем же выше, тот же майдан, а следом за ним и первый этап «АТО» с «добробатами», стал социальным лифтом в большую политику для множества самых разных инициативных людей. Да, частью это вовремя подсуетившиеся и смекнувшие что к чему жулики, наподобие «комбата Семенченко». Но в большинстве — это люди, которым открывшееся окно возможностей дало реализовать свой лидерский потенциал. В результате Украина получила — нет, не новую элиту — об этом пока говорить рано. Но уже ее рамочный эскиз.

Да, это элита нацистская, знаю-знаю. Да, она реализует опасную и разрушительную идеологию — какой еще может быть элита в государстве, открыто провозгласившем своими историческими ориентирами Петлюру, Бандеру и Шухевича? Но ведь разговор сейчас не об этом. Он о том, что постмайданное украинское общество своих героев, какими бы они ни были, оценило и вознесло на Олимп.

Да, пока еще не в таком количестве, чтобы речь пошла о бесповоротных переменах. Но ведь это лишь вопрос времени.

Чем бы все не закончилось, Украина по итогу событий уже получила генерацию новых людей. Кто-то из них уже в парламенте, кто-то упорно карабкается вверх по бюрократической пирамиде исполнительной власти, кто-то задает тон в медиа и в среде общественников. Так или иначе, именно они придут на смену нынешним клептократам разлива 90-х. Опять-таки, мы сейчас не обсуждаем личные моральные качества всех этих людей. Просто констатируем, что это - новая кровь.

В связи с чем не может радовать то обстоятельство, что новая кровь, проклюнувшаяся было на том же Донбассе, преимущественно ушла в землю, и останется лишь в виде памятников — как Мозговому в Алчевске.

Такой вот край мертвых героев. Мертвых, а потому — безопасных.

Вступайте в наш телеграм канал t.me/prsev