Курилы: реанимация козыревской формулы сдачи русских островов

Вот уже два дня российские СМИ наперебой комментируют небольшую публикацию в японской газете «Майнити симбун», приписывая ей сообщение о якобы согласии премьер-министра Японии Синдзо Абэ подписать мирный договор с Россией, ограничившись получением в состав японского государства лишь островной гряды Хабомаи и острова Шикотан. Но в японской статье написано не совсем так, вернее — совсем не так. Выхваченная из контекста фраза, по признанию работающего в «Майнити» моего давнего знакомого журналиста, действительно, составлена не совсем ясно.
ИА REGNUM

Но даже при этом из нее не вытекает, что Абэ отказался от претензий на самые большие и освоенные острова Большой Курильской гряды — Кунашир и Итуруп. Дословно в статье написано:

«Имеется в виду мысль начать с подтверждения [Путиным] Совместной декларации 1956 года, предусматривающей передачу после заключения мирного договора Хабомаи и Шикотана, а затем — далее следует имеющее в данном случае не совсем понятное значение слово — наполнить или дополнить [видимо, договоренность[ вопросом о принадлежности еще двух островов — Кунашира и Итурупа».

Во всяком случае — сообщения о том, что речь идет о подписании мирного договора на основе договоренности 62-летней давности, мягко говоря, неточны. Ибо японская сторона по этому «новому плану» от Кунашира и Итурупа вовсе не отказывается, а, по сути, пытается реанимировать «идею» ельцинско-козыревского МИД о сдаче южных Курил как бы в рассрочку — сначала Хабомаи и Шикотан, а затем по прошествии некоторого времени — и Кунашир и Итуруп. И хотя разработанную в недрах тогдашнего МИД России формулу сдачи Курил — «2 плюс альфа» — в статьях российских СМИ сейчас не упоминают, весьма отчетливо ощущаю, что замысел Токио состоит в реализации именно такой формулы получения всех южнокурильских островов.

Отчего же потребовалось подтверждение приверженности Путина разрешить «территориальную проблему» с Японией на основе договоренностей 1956 года? Дело в том, что его предложение отбросить предварительные условия и заключить еще до конца года мирный договор в Японии восприняли в том числе и как намерение президента вернуться к советской позиции о том, что территориальная проблема уже разрешена и ее не существует в двусторонних отношениях. Это напугало те силы в Японии, которые считают, что Путин готов отдать Хабомаи и Шикотан, но надо не продешевить и продолжить пытаться добиться «возвращения» еще и Кунашира и Итурупа.

Ибо в Токио знают, что позиция российского президента относительно домогательств Японии может меняться и не всегда в пользу Японии. Здесь помнят и цитируют высказывание Путина, сделанное им 27 сентября 2005 года во время телевизионной «Прямой линии». Тогда со всей определенностью было сказано, что Курильские острова

«находятся под суверенитетом России, и в этой части она не намерена ничего обсуждать с Японией… Это закреплено международным правом, это результат Второй мировой войны».

Заявление произвело тогда в Японии эффект разорвавшейся бомбы. Токио был обескуражен тем, что в высказывании Путина не был упомянут даже так называемый «компромиссный вариант» по поводу Хабомаи и Шикотана. Не опасение ли повторения российским президентом этих справедливых слов заставляет премьера Абэ добиваться подтверждения им во что бы то ни стало согласия считать условия 1956 года действующими и поныне?

Ждать осталось недолго — на сегодня назначена очередная встреча лидеров двух соседних стран в Сингапуре. В любом случае поспешные утверждения российских СМИ о том, что «Абэ согласен лишь на два острова» едва ли найдут подтверждение, ибо такое решение было бы для японского премьера сродни политическому самоубийству. Да и российскую сторону не устроит мирный договор при признании нерешенности вопроса о принадлежности Кунашира и Итурупа, как это предлагают некоторые японские политики и дипломаты.

Такой печальный опыт мы имеем в истории дипломатических отношений Японии и Китая. Сорок лет назад при подписании Договора о мире и дружбе по предложению тогдашнего китайского лидера Дэн Сяопина территориальный вопрос вокруг островов Дяоюйдао (Сэнкаку) между двумя странами был «заморожен» на 20−30 лет. Чем это окончилось, объяснять не приходится. Ныне эти острова превратились в грозящую вооруженным конфликтом «горячую точку» планеты, и пути снижения напряженности вокруг этих островов пока не просматриваются. Серьезность ситуации усугубляется тем, что японское правительство добилось согласия США «защищать Сэнкаку», и уже проходят военные маневры на основе сценария «освобождения захваченных противником островов».

Хотелось бы, чтобы лидеры Японии и России учитывали этот опыт и не закладывали для поколений наших детей и внуков подобные «мины замедленного действия».