Губернатор Севастополя Дмитрий Овсянников назвал состав Законодательного собрания города «малоэфффективным» и «манипулятивным», выразив при этом явное желание работать при отсутствии депутатов. Предлогом для высказывания явился отказ депутатов поддержать предложенный губернатором проект герба города, в котором за основу был взят советский вариант герба образца 1969 года.
Губернатор, конечно, уточнил, что о «досрочном роспуске» собрания речь пока не идет, но все поняли, что намекает он именно на это.
Когда политик замышляет что-то нехорошее и не очень законное, он по правилам политического пиара вначале несколько раз отрицает принятое решение. Так, Ельцин много раз отрицал в 1993 году, что принял решение о роспуске Верховного Совета РФ, а Джордж Буш-младший в течение конца 2002 - начала 2003 года много раз дезавуировал утечки информации о своей готовности начать интервенцию против Ирака.
Смысл этих опровержений простой – подготовить общественное мнение к неприятной и малопопулярной акции, чтобы при ее осуществлении не вызвать большого шума и возмущения.
Так что отрицание губернатором желания «досрочно распустить» неудобный для него представительный орган власти в городе – это, конечно, начало пиар-подготовки именно к этому акту.
Однако далеко не факт, что это решение будет все-таки принято.
Всё дело в юридической сложности самого роспуска: в последний год перед выборами, то есть с сентября 2018 года по сентябрь 2019 года ЗС вроде бы застраховано от досрочного прекращения полномочий. Самороспуск ЗС едва ли допустим, потому что для этой процедуры, согласно законодательству, требуется не менее двух третей от всего состава депутатов, а этого в распоряжении сторонников губернатора нет. Судебные органы вправе распустить ЗС в том случае, если найдут его законы противоречащими Конституции РФ, а никаких таких антиконституционных законов ЗС не издает. В федеральном законодательстве записано, что основанием для роспуска ЗС может стать трехмесячный перерыв в его деятельности – и этого тоже нет в наличии.
В общем, чисто юридически губернатор блокирован в своих действиях.
Однако ситуация с противостоянием ветвей власти в Севастополе может быть доведена до того, что темой о досрочном роспуске ЗС озадачат главу государства.
Тут тоже нет большой ясности в вопросе о том, как юридически правильно это может быть оформлено.
Согласно закону 1999 года это могло произойти следующим образом: действующий губернатор отправляется в отставку и от депутатов требуется поддержать в качестве исполняющего обязанности фигуру, которая для них заведомо неприемлема. Они трижды ее отклоняют, и в этом случае ЗС распускается вплоть до новых выборов. А этот новый кандидат продолжает работать в качестве и.о. губернатора до будущих выборов. Но проблема в том, что по закону о выборах губернатора Севастополя Законодательное Собрание марта 2017 года не утверждает фигуру и.о. губернатора в случае досрочного прекращения полномочий его предшественника, а просто назначает новые выборы.
Иными словами, ЗС не обязано голосовать за или против рекомендованной кандидатуры и в этом смысле оно неуязвимо для роспуска.
Но даже и помимо юридических казусов досрочный роспуск едва ли желателен для центра. Вряд ли в настоящий момент федеральная власть одержима стремлением создать политический кризис в городе, аналогичный кризису 1998 года в России, тем не менее, нельзя исключать, что губернатор своими действиями и высказываниями подталкивает руководство страны именно к такому шагу.
Конфликт уже вышел в криминальное поле: депутаты и члены КСП уже находят в финансовой политике исполнительной власти многочисленные нарушения, связанные с расходованием бюджетных средств. Губернатор прессингует депутатов по вопросу принятия бюджета. Однако заметно, что Овсянников имеет в городе заметно более слабые позиции, чем его предшественник: у того по крайней мере не было конфликта с руководством прокуратуры, местным бизнесом и властями соседнего субъекта Федерации.
Дмитрий Овсянников вступил в конфликт сразу со всеми полюсами силы в городе и регионе, при этом, кажется, еще и не имея за собой твердой стопроцентной поддержки в структурах исполнительной власти. Если бы он ее имел, критика Алексея Чалого и депутатов ЗС велась бы на федеральном уровне в масштабах, сопоставимых с 2015 годом, когда к кампании против Чалого были привлечены известные федеральные эксперты. И мы слышали речи о военных доблестях Сергея Меняйло и «майданном вирусе», заразившем севастопольских революционеров.
Сейчас ничего этого нет и в помине, и за Овсянникова вписываются только некоторые региональные СМИ при полном равнодушии к нему СМИ федеральных.
Это равнодушие имеет для Овсянникова только одно преимущество: он не кажется удобной мишенью для критики со стороны либеральных СМИ. Меняйло был, конечно, чрезвычайно удобен для обличения всей неадекватности присутствия военных в гражданской администрации: он был коснозяычен, прямолинеен и слишком активно вживался в образ такого верноподданного солдата Кремля, не задающего лишних вопросов. Владимир Познер после своего телеинтервью с Меняйло в одном из выступлений так и говорил: посмотрите на человека, он даже не понимает, зачем нужна оппозиция.
Теперь на смену адмиралу пришел технократ-менеджер, но и он точно также не понимает, зачем его региону нужно оппозиционное Заксобрание.
Отчасти проблема заключается в самом этом «разделении властей» - системе явно несовершенной, дающей периодические сбои именно в той стране, где она впервые и была и имплементирована – в Соединенных Штатах Америки. Как только президента и большинство в палатах Конгресса начинает разделять партийная принадлежность, система управления в США начинает давать сбои: если бы сейчас в Палате и Сенате доминировали бы демократы, процесс импичмента был бы обязательно запущен, и далее страсти могли бы выплеснуться на улицу – по типу российского 1993 года.
Понимая все несовершенство системы классического «разделения властей», мы с коллегами по Институту национальной стратегии в 2005 году предложили ввести в России германскую систему региональной власти – без губернаторов, но с правительствами субъектов Федерации, образованными на основе депутатского большинства. При больших возможностях федерального вмешательства со стороны Президента РФ в случае антиконституционных действий местных властей.
Нельзя исключать, что это был бы самый правильный путь. Ибо если сейчас севастопольский губернатор возьмет верх в этом конфликте и тем или иным путем приведет ЗС к повиновению, то городская общественная просто потеряет своих защитников, способных отстоять, в частности, и сохранность природных заповедников, и частные интересы местных предпринимателей.
Но конфликт зашел слишком далеко, чтобы его можно было погасить увещеваниями и уговорами. Губернатор не сможет отступить без потери лица, оппозиционные депутаты уже не согласятся, как в 2017 году, держать все свои претензии к нему при себе.
Так что если федеральная власть будет хранить спокойствие, Севастополь дойдет до сентября 2019 года в том же самом состоянии неразрешаемого конфликта.
Но сами выборы могут еще раз тестировать общественное мнение на предмет того, какая из политических сил пользуется большей поддержкой в городе. Наверное, депутатам есть смысл сосредоточиться на решении этой задачи.
