После происшествия журналист Ирина Остащенко сообщила, что получила бытовую травму

Об этом нам рассказал руководитель редакции портала «Информер» Александр Гофман.
Примечания
10.04.2015

Он уточнил, что заявление в правоохранительные органы не было написано в тот же день по причине нежелания Ирины беспокоить мать, которая недавно пережила инсульт. Также он рассказал, что освидетельствование травмы проведено не было, Ирину только осматривал врач скорой помощи и приемного покоя в военном госпитале.

В ночь с 9 на 10 апреля севастопольские интернет-порталы распространили информацию о госпитализации журналиста Ирины Остащенко в нейрохирургическое отделение с сотрясением мозга и открытой черепно-мозговой травмой: рубленная, рваная и скальпированная рана лобной и теменной части головы.

«Ирина чувствует себя нормально. На перевязку сходила. Лежит в госпитале, в нейрохирургии, ее пока не отпускают, — пояснил наш собеседник. — Со вчерашнего дня решали, что делать, так как она первоначально заявила, что это бытовая травма».

По его словам, инцидент произошел в доме, где живет пострадавшая в 11 часов дня 9 апреля: «На пороге квартиры. Дверь не была закрыта, когда она приходила. У нее, собственно, площадка на первом этаже на двух соседей, ну знаете, как бывает. Собственно, вошла, сразу хотела показаться маме. Мама у нее после инсульта, лежачая. Получила. Очнулась. Увидела маму — перед ней на ходунках стоит и кричит: "Ира, что случилось?". Там крови было».

«Это не бытовая травма», — опроверг слова Ирины Остащенко руководитель «ИНФОРМЕРа».  — Показания она давать, в принципе, может, но, насколько я понял, пока серо все, ничего не помнит после удара. Шрам почти 15-19 см ото лба и почти до темени». 

Александр Гофман подтвердил информацию, появившуюся на портале «Форпост», что заявление было подано в правоохранительные органы только сегодня, 10 апреля в 13:00.

«Это, может быть, в принципе, за ее профессиональную деятельность. Второй вариант — может быть, просто уголовное преступление: грабеж, например, кража. Нам угроз никаких не поступало. В ее адрес тоже», — подчеркнул Александр Гофман.