42 года, итальянец
Роберто Лелли впервые побывал в Севастополе 8 лет назад. Навестив друга, начинавшего здесь бизнес, он влюбился в город и спустя два года переехал, чтобы открыть первый в Севастополе магазин итальянского мороженого. Мы поговорили с Роберто об отличительных особенностях русских, санкциях, и о том, почему в Севастополе мало иностранцев.
«Севастополь — это не Рим, не Барселона и не Милан. Это небольшой город, и у него есть свое обаяние. Когда я только переехал, было очень трудно. Здесь почти никто не говорит по-английски, но многие входили в мое положение, объяснялись, как могли и старались помочь. Когда начались события Русской весны, я ощущал поддержку. Люди приходили в мое заведение и подбадривали, уверяли, что все будет в порядке, чтобы я не уезжал. Я чувствовал поддержку, и это было очень приятно.
После Италии в Севастополе очень легко начать бизнес. У меня на родине очень много правил. Мне кажется, здесь с этим проще, особенно сейчас. В России более четкие законы. Например, если ты открываешь помещение менее 50 квадратных метров, не нужно никаких дополнительных разрешений — только патент. Можно заплатить налоги и спокойно работать.
Есть и трудности. В режиме санкций многие итальянские продукты сейчас недоступны, найти им замену бывает непросто. Когда я приезжаю на родину, я стараюсь привезти сыры, прошутто и другие местные продукты про запас. В Италии особая кулинарная культура. Но и в Севастополе со временем появится достойная замена. Здесь хорошая экология и подходящий климат. В России уже начали делать неплохой сыр, но, к сожалению, пока очень много подделок.
Санкции закрывают дорогу и другим товарам. Сейчас в Севастополе не хватает магазинов, где можно купить одежду, и цены довольно высокие. Но я думаю, через пару лет санкции отменят, и все будет хорошо.
Несмотря на временные трудности, люди в Севастополе умеют радоваться жизни. Итальянцы тоже жизнерадостный народ, но сейчас в Италии с экономикой не все гладко, и люди тяжело переносят ситуацию. Здесь люди привыкли довольствоваться меньшим. Кажется, им ничего не нужно, чтобы веселиться и получать удовольствие. Хотелось бы перенести это жизнелюбие к себе на родину.
Еще я заметил какое-то особенно трепетное отношение к детям. В Италии тоже много внимания уделяют развитию ребенка, но там образовательные услуги дорого стоят — иногда семьи могут позволить себе меньше, чем в Севастополе.
Но в целом люди везде одинаковые. Во всех странах мира они любят отдыхать, ходят в бары, рестораны, клубы. Разве что здесь больше любят водку, а в Италии — вино. Здесь любят долгие разговоры за чашкой кофе, а у нас все происходит немного быстрее — в Италии больше развита барная культура.
К сожалению, в Севастополе не хватает иностранцев. Люди, которые много путешествуют, привносят в город много нового. Например, в ресторанном бизнесе. Сейчас ситуация меняется: открывается много новых заведений, и это хорошо сказывается на качестве услуг. Этого очень не хватало при Украине. Все рестораны были одинаковыми, и никто не предлагал нового. Конкуренция должна стимулировать качество — поэтому в городе нужны иностранцы».
34 года, болгарин
Прежде чем переехать в Севастополь, винодел и энолог винного хозяйства Тодор Кацаров успел поработать в ЮАР, Аргентине и Чили. Три года назад перед ним встал непростой выбор — Новая Зеландия или Севастополь. Тодор рассказал нам о трудностях ведения бизнеса в России, специфике местной земли и о том, почему в севастопольцах он не нашел ничего удивительного.
«Я узнал о том, что хозяин винного завода ищет человека, который будет заниматься виноградниками, и приехал сюда. Первое впечатление меня испугало. Я увидел, что люди работают по технологиям прошлого века, а виноградники находятся в запустении. Уровень того вина, что продается в магазинах, оказался довольно низким. Но я увидел потенциал и узнал, что появляются люди, которые стремятся делать все правильно. Встретился с местными гаражистами, которые только начали заниматься авторским виноделием, и понял, что здесь можно развиваться.
Это был вызов, но мне очень понравилось место. Все места, где делается вино, очень красивые. Виноделие — это профессия, которая доставляет большое удовольствие. А у Севастополя есть шарм.
Виноделием заниматься легко. Но здесь я столкнулся со сложностями. Как и при Украине, в России слишком много бумажной работы. Она тормозит технологический процесс, и это большая проблема. В Болгарии для того чтобы делать вино не нужны лицензии. Конечно, есть контролирующие органы, которые следят за тем, чтобы ты никого не отравил. Это необходимо, но здесь бюрократия сильно мешает бизнесу. Если бы не это, предпринимательство в России было бы уже на другом уровне. В древней Элладе тоже делали вино, но они не разрабатывали технологических инструкций и никто не получал акцизы, но вино было натуральным, и наверняка вкусным.
Я уверен, что в Севастополе очень хорошие природные условия, и здесь могут получаться правильные вина. Меня удивляет, что многие крымские виноделы стремятся делать премиальное вино. На мой взгляд, для начала нужно создать базу — хорошее по соотношению цены и качества вино. Только так ты поймешь возможности своего виноградника. И тогда уже можно повышать уровень, чтобы прийти к дорогому вину.
Мы работаем так, чтобы в будущем получить топовый продукт. В мире делается слишком много плохого вина, и мы не хотим стать очередным посредственным производителем. В Севастополе можно делать вино, которое будут пить по всему миру в ресторанах со звездой Мишлен и удивляться его вкусу. Бутылка бордо никогда не удивит, поэтому нужно пробовать новое.
Для меня не имеет значения, где делать вино — если делаешь хорошо, у тебя все получится. А люди везде одинаковые. В Севастополе я не заметил ничего такого, чего не видел бы в других странах. Может быть потому, что я сам болгарин, а славянские народы очень похожи. Везде в мире есть хорошие и плохие люди — также и в Севастополе. Пугает только лицо государства.
Я ничего не хотел бы ни перенять из Севастополя, ни привнести. Нельзя взять отсюда кусок земли, виноград или человека и перенести на другую почву. Нужно ценить все именно там, где это находится. Мир прекрасен тем, что он разный. Я не хочу уезжать из Севастополя, мне здесь комфортно».
