Политический конфликт в Севастополе плавно переходит в гастрономический. Так получилось, что один из участников инициативной группы «Служу Севастополю», которая собрала и передала в Администрацию президента 22,5 тысячи подписей под обращением к Владимиру Путину, Олег Николаев, оказался владельцем известнейшего в Крыму ресторана и соратником главы заксобрания Алексея Чалого. И вот на «Остров», где еще год назад с удовольствием столовался губернатор Сергей Меняйло, двинулись волны инициированных им же проверок. По данным источников «Примечаний» в правительстве города, цель — не запугать, а именно закрыть ресторан. Не важно как: обосновавшийся в Севастополе полпред Олег Белавенцев, судя по хронологии его «личной войны с Чалым», намерен преподать урок всем непослушным.
Напомним, что 11 августа представители Роспотребнадзора нагрянули в «Остров» с внеплановой проверкой. По утверждению проверявших, поводом стала жалоба на ресторан некой Е. Кодолы, которую в глаза никто не видел и которая, несмотря на публичное приглашение выразить претензии лично, в ресторане так и не появилась, и вообще никак не обозначила своего присутствия в Севастополе. Результаты проверки обещали представить через 5-7 дней. Но появились они почти через месяц. И обстоятельства, при которых это произошло, были несколько странными.
Для составления протокола по результатам проверки Роспотребнадзор вызвал представителя ресторана. Время назначили на 3 сентября 11:00 в здании ведомства, в кабинете № 201. «Примечания» тоже отправились выяснять, какие же нарушения в работе ресторана нашли эксперты с неопломбированными пробирками для сбора проб.
Встреча началась спустя 15 минут в коридоре. Из кабинета 201 вышла настороженная женщина. Представиться она отказалась (как выяснилось позже, это была старший специалист-эксперт севастопольского Роспотребнадзора Елена Тиманова). Она сообщила, что начальник скоро будет. Что за начальник, она не уточнила, но в кабинетах тут же началась беготня.
Впрочем, за два часа начальник так и не объявился.
«Кто вы такой? Где ваша доверенность на представительство интересов директора ресторана? — спросила Тиманова, презрительно взглянув на удостоверение и ордер адвоката. — Я с вами общаться не буду», — и преградила собой вход в кабинет.
Следующая порция гнева обрушилась на корреспондентов «Примечаний».
— Кто эта девушка? На основании чего она здесь находится?
— Журналист. У нас открытое рассмотрение дела, может присутствовать, кто хочет.
— Где это написано?
— В Кодексе об административных правонарушениях Российской Федерации.
— А я не хочу. На каком основании я должна пускать в свой кабинет прессу? Кто ей вообще разрешил зайти на территорию госучреждения?
— Граждане не имеют права сюда заходить?
— Она не гражданин.
Оказалось, что и название учреждения, куда неполноценные граждане вошли незаконно, в адвокатском ордере указано неверно. Выяснилось, что «Роспотребнадзор в городе Севастополе» — не то же самое, что «территориальный отдел Роспотребнадзора в Севастополе». Когда стало понятно, что этого маленького недоразумения с юридической точки зрения недостаточно, чтобы выдворить адвоката и журналистов на улицу, в ход пошла тяжелая артиллерия.
— Сейчас вызовем милицию.
Обосновавшись в тесном коридоре, мы стали ждать еще одну невольную участницу этого театра абсурда — юриста со стороны госучреждения. Но с ее появлением развязка не приблизилась.
В кабинет нас все-таки пустили и сразу же попросили на выход. Отсылка к закону, который присутствие журналистов на открытых заседаниях не запрещает, не помогла. По всей видимости, понимание закона у юриста Роспотребнадзора основано на принципе «не хочу — значит, имею право».
На вопрос, зачем так усложнять простую процедуру знакомства адвоката с документами, мы услышали: «У меня есть начальство, а с вами я больше общаться не буду».
Затем события приобрели и вовсе неожиданный оборот. Нервно поговорив по телефону с начальником — видимо, как раз тем, который обещал прийти лично, но передумал, — главный специалист-эксперт из кабинета 201, повысив тон, приказала всем быстро покинуть кабинет, выдворила присутствующих и скрылась в глубине коридора.
Спустя примерно полчаса она вернулась вместе с полицейскими.
— Зачем вы здесь? — поинтересовались мы у правоохранителей.
— По вызову. Для поддержания общественного порядка. Чтобы не начался мордобой.
Когда выяснилось, что вместо мордобоя на протяжении почти двух часов происходило всего лишь скучное препирательство, полицейские только пожали плечами.
К удивлению местных знатоков закона и порядка, полиция никого не задержала и даже не пригрозила штрафом. Наоборот, с ее появлением второй акт спектакля «А давайте закроем этот ресторан» пошел к финалу. Адвокату удалось, наконец, добиться знакомства с документами. Журналистам — подглядеть за происходившим из коридора через открытую дверь. А полицейским — немного отдохнуть от работы с реальными преступниками.
Кстати, с результатами проб, взятых в ресторане 11 августа, по словам адвоката, все оказалось в порядке. Но это не важно: если дано политическое указание «мочить» оппонента — делать это будут разными способами, какими бы абсурдными они ни были. Чего стоит одна только эпопея с ночными попытками установить шлагбаум у въезда на Исторический бульвар. Хотя формально это объясняется заботой о пешеходах, заместитель директора департамента городского хозяйства правительства Севастополя Петр Буйвидас даже не скрывает, что распределять ключи от шлагбаума будет департамент внутренней политики. Да и вообще в заботу правительства о пешеходах как-то слабо верится — иначе чиновники уже установили бы шлагбаумы в других пешеходных зонах города, где автомобили давно не оставили места гуляющим.
