Теоретически новый закон способен помочь 450 тысячам россиян развязаться с кредитным бременем, пишет «Русская планета». Специалисты Минфина уже предупредили, что по этому поводу в ближайшие недели может начаться ажиотаж в арбитражных судах: от желающих заявить о своей неплатежеспособности не будет отбоя. Впрочем, другие эксперты с этим мнением не очень согласны. Закон составлен таким образом, что прибегать к его защите — все равно что пить противное лекарство с кучей побочных эффектов: можно, но только от полной безысходности.
Меж тем закон о банкротстве всего один из признаков того, что в отечественной системе кредитования происходят серьезные изменения. Близится к завершению чистка банковского сектора, уже долгое время проводимая Центробанком методом топора и плахи. В то же время августовская статистика одобренных займов дала надежду, что сектор розничного кредитования не собирается умирать, а наоборот, постепенно приходит в себя.
Быть банкротом неприятно
О достоинствах «банкротно-кредитной амнистии» так или иначе рассказали уже почти все издания. Добавим лишь несколько важных моментов.
Во-первых, процедура вряд ли будет быстрой: не секрет, что арбитражные суды и так завалены делами, а если прогноз Минфина об ажиотаже сбудется хотя бы частично, дела о банкротстве будут тянуться до полугода.
Фото: Виталий Белоусов/РИА Новости
Во-вторых, она ни в коей мере не является бесплатной. Услуги юристов — а они наверняка потребуются для собирания полутора десятков документов, необходимых для суда, — плюс работа финансового управляющего потребует немалого количества средств. Минимальное вознаграждение управляющему составляет 10 тысяч рублей плюс 2% от суммы долга, числящегося за новоиспеченным банкротом. И по закону эти деньги заемщик обязан выложить из собственного кармана.
В-третьих, и это особенно актуально для нечистоплотных граждан, решивших перехитрить банки или государство: при процедуре не получится припрятать часть имущества, например продав его (фиктивно и даже реально) другим лицам. Финансовый управляющий обязан строго следить за всеми сделками банкрота и, заподозрив попытку утаить активы, оспорить куплю-продажу квартир и другие аналогичные процедуры. Банкроту грозит потеря даже единственного жилья, если оно куплено в ипотеку и там не прописаны несовершеннолетние. Также распродаже подлежит имущество законных супругов-должников.
Большая чистка
Тем не менее эксперты сходятся во мнении, что новый закон позволит хотя бы частично навести порядок в кредитно-финансовой сфере. Этой же цели, но с другой стороны, служит и чистка банков, проводимая российским финансовым регулятором.
Устойчивостью банковской системы власти РФ озаботились еще в начале двухтысячных: сначала было создано Агентство по страхованию вкладов (АСВ), задачей которого стала выплата компенсаций вкладчикам разорившихся банков, а затем Центробанк инициировал масштабную компанию по ликвидации проблемных учреждений.
Впрочем, Банк России и сам делает все возможное, чтобы не допустить массового разорения кредитно-финансовых организаций. Тактика для этого избрана простая и эффективная: лицензии у проблемных банков отзываются при первом подозрении на неблагонадежность, никто не дожидается их реального разорения, сопряженного с полным выводом средств. В результате такой политики с 2013 года лицензий лишилось свыше 150 кредитных учреждений. Широко пользуется ЦБ и другими мерами воздействия, пусть и не столь радикальными: некоторым банкам, например, запрещено привлекать средства от населения, в другие направлены внешние управляющие.
По мнению участников рынка, в настоящее время процесс очищения банковского сектора постепенно близится к концу. Вероятность столь крупных инцидентов, как отзыв лицензий у Мастер-банка в 2013 году (тогда сумма компенсаций составила около 30 млрд рублей) и у «Российского кредита» летом текущего года (сумма вкладов — 42 млрд рублей), становится все меньше, уверены эксперты.
Банки подбирают хвосты
Общая задолженность россиян по потребительским кредитам составляет сейчас 6 трлн рублей, а по ипотеке — 3 трлн. Разумеется, вина за это лежит не только на неблагонадежных и недальновидных заемщиках, поддавшихся желанию «купить все и сразу» и набравших по два, три и более кредитов, но и на банках. В течение многих лет они легко раздавали деньги всем желающим: на пике бума розничного кредитования в 2013 году в стране одобрялось от 30 до 50% заявок на займы.
Разумеется, кризис сильно уменьшил платежеспособность населения. И это — не бывает худа без добра! — сыграло не только в минус. Банки «посерьезнели» и стали более внимательно относиться к кредитным историям клиентов. Как следствие, в июле-августе 2015 года доля отказов по этим причинам выросла до 19%, хотя еще весной составляла 17% от общего количества отрицательных ответов.
Со вступлением в силу закона о личном банкротстве есть надежда, что банки будут проверять клиента, а не раздавать кредиты всем подряд. Фото: Руслан Кривобок/РИА Новости
Дело идет к тому, что банки теперь отказывают в кредитах заемщикам, которым еще в прошлом году открывали кредитную линию без проблем. При оценке платежеспособности клиентов стали учитываться долги по услугам связи и ЖКХ.
Система потребительских кредитов получила «защиту от дурака».
Кредитные истории в прачечную не принимаются
Попыткам банков навести порядок в своих займовых портфелях отчасти мешают мошенники: они, чувствуя «затягивание гаек», активизировались. За первые полгода 2015-го аферисты нанесли банкам ущерб в 1,7 млрд рублей. Лидерами по количеству подобных преступлений стали Южный федеральный округ и Северный Кавказ, регионы, где культура накапливания долгов развита намного сильнее, чем культура их возврата.
Понимая, что банки все чаще отказывают на основании плохих кредитных историй, мошенники начали предлагать желающим услуги по «отбеливанию» этих самых историй: в интернете уйма объявлений с обещаниями соорудить «кристально чистые» документы для банков. На самом деле, констатируют финансисты и правоохранители, осуществить это практически невозможно: для этого пришлось бы подменять сведения и в базах данных судебных приставов, и в бюро кредитных историй... Максимум же, что могут сделать мошенники, это внедрить в банки своих людей или завербовать уже работающих там сотрудников, которые за определенный процент станут одобрять подозрительные заявки. Рано или поздно такие схемы вскрываются, и всех их участников ждут серьезные проблемы.
Впрочем, и тенденция к активизации аферистов, как ни парадоксально, является хорошим признаком в текущей ситуации. Дело в том, что вытеснение проблемных заемщиков и их пособников в маргинальную плоскость чистого криминала освобождает основное пространство кредитования от неблагонадежных маневров и серых, полузаконных схем.
Что же будет с банками и с нами?
Безусловно, марксизм сейчас непопулярен, однако вряд ли кто станет отрицать, что каждая отрасль бизнеса, как и капитализм в целом (а экономика России сейчас, как ни крути, развивается именно по капиталистическим законам), проходит в своем развитии несколько стадий. Первой и ранней является эпоха первоначального накопления капиталов, которая не зря получила у экономистов наименование «дикой». Именно такую «дикую» стадию и переживало в последние 15 лет российское кредитование.
Банки так и сыпали рисковыми предложениями, стараясь привлечь как можно больше клиентов. Граждане, успев почувствовать прелести жизни в стабильном государстве, массово кидались за дорогими покупками и дешевыми займами. Тех, кто оказывался мелковат для банков с их требованиями, «спасало» (именно что в кавычках!) микрокредитование: «быстроденьги» на каждом шагу совали в руку желающим по 15–20 тысяч рублей, прося взамен разве что паспортные данные. И, конечно, можно было нажить большие проблемы, просрочив возврат средств хотя бы на сутки. Но люди, шедшие в такие конторы, все равно соглашались на риск.
В 2000-е кредитная сфера в России во многом стала тем, чем в 1990-е являлись финансовые пирамиды. Однако к середине 2010-х банки стали умнее и осторожнее. Население, посидев в долговой кабале, тоже начало рациональнее подходить к займам, а те, кто этого не сделал, постепенно отсеиваются в маргинальный слой. Самые подозрительные и слабые из кредитно-финансовых контор сейчас «дожевывает» Центробанк. Эпоха «дикого» займового капитализма в России завершается. Наступает новый период. В нем уже не будет такого количества сказочных процентов, кредитов на турпоездки, сокрушительных разорений и легких денег. Займы становятся менее доступными, а значит, гражданам волей-неволей придется учиться копить, а из вещей, которые хочется купить, выбирать действительно нужные.
Ситуация на финансовом рынке, пожалуй, станет скучнее, зато цивилизованнее. Вот только плата за это непомерно высока: почти полмиллиона граждан-банкротов — население Калининграда или Курска. Что ж, бесплатных уроков, равно как и бесплатных кредитов, в реальной жизни не бывает.
