Говоря о конфликтности Севастополя, член Совета директоров Центра прикладных исследований и программ Николай Тузиков в марте 2017 года сравнил политическую жизнь Севастополя со скороваркой, «где все процессы идут под повышенным давлением», а в июне он назвал город-герой «новой столицей российского пассионаризма».
В частности, вывод, который делает Николай Тузиков из ситуации с генпланом, — «севастопольцы хотят и российского паспорта, и украинского бардака».
«Слава о правовом нигилизме севастопольцев распространилась по России не без причин. Люди там привыкли к тому, что закон для них не писан. Индивидуальная застройка в Севастополе, как правило, частично законна, а частично нет. Скажем, дом построен на законных основаниях, а пристройка к нему — чистой воды нахаловка. Кроме того, в Севастополе я видел пристроенные к обычным «хрущевкам» дополнительные квартиры. Идешь вдоль дома и вдруг натыкаешься на какую-то халабуду, которая натурально выпирает из первого этажа хрущобы площадью квадратов тридцать, не меньше», — считает Тузиков.
