На расширенном заседании коллегии Министерства обороны 11 декабря Сергей Шойгу заявил, что «поставка двух многоцелевых подводных лодок и восьми надводных кораблей позволила сохранить темпы наращивания боевого потенциала Военно-морских сил и поднять долю современных кораблей до 39%». Но это явная дезинформация, отмечает НВО.
С подводными лодками ясность есть. Речь идет о двух дизель-электрических субмаринах «Старый Оскол» и «Краснодар» проекта 06363, вошедших в состав ВМФ в прошлом году. Судя по всему, Министерство обороны в этот раз отказалось от практики включения в число «нового пополнения» флота подводных лодок и надводных кораблей, прошедших ремонт и модернизацию.
А вот с надводными кораблями — сплошные фантазии. Дело в том, что в прошлом году ВМФ РФ получил не восемь, а только два надводных боевых корабля. Это малые ракетные корабли «Зеленый Дол» и «Серпухов» проекта 21631 «Буян-М». Они собратья тех, что в октябре и ноябре наносили массированные удары «калибрами» по позициям террористов в Сирии. 12 декабря в Севастополе на них был поднят Андреевский флаг, и они в тот же день стали на боевое дежурство.
Потребность в этих МРК велика. И не только на Каспии и Черном море. Они также способны успешно действовать в южной Балтике и в Финском заливе. Но темп их строительства неровный и недостаточный. В 2013 году ВМФ были переданы два МРК этого проекта («Град Свияжск» и «Углич»), в 2014 году поступила только одна единица («Великий Устюг»), в 2015-м пришло пополнение в лице уже называвшихся «Зеленого Дола» и «Серпухова». В постройке находятся четыре МРК данного типа, предназначенных для Черноморского флота. В этом году ожидается вступление в строй «Вышнего Волочка», в 2017-м — «Орехова-Зуева» и «Ингушетии», в 2018-м — «Грайворона». Согласно ранее существовавшим планам, серия планировалась из 12 единиц. Теперь ее сократили до девяти.
В конце декабря прошлого года были заложены МРК «Ураган» и «Тайфун» — головной и первый серийный корабли проекта 22800 «Каракурт», которые должны обладать более высокими мореходными качествами по сравнению с «Буяном-М» с тем, чтобы их можно было использовать в северных морях и на Тихом океане.
Руководители завода-строителя этих кораблей утверждают, что они будут переданы заказчику в конце 2017 года и в течение 2018 года. Хотелось бы на это надеяться, тем паче, что это предприятие — одно из самых передовых и технически оснащенных в отрасли. Но на его стапелях прежде никогда не строились боевые корабли. И хотя проект «Каракурт» по сравнению с первоначальным замыслом несколько упростили (например, вместо еще не испытанных ЗРАК «Панцирь-М» будут устанавливаться хорошо отработанные ЗАК АК-630М), практика показывает, что на строительство и испытание головного корабля понадобится как минимум три-четыре года, то есть он войдет в строй ВМФ не ранее 2019–2020 годов.
Откуда же в докладе министра обороны взялись еще шесть надводных боевых кораблей? Похоже, в их число включили вспомогательные суда: океанографическое исследовательское судно «Янтарь» проекта 22010, чье плавание у американских берегов в августе-сентябре минувшего года вызвало нервную реакцию в Вашингтоне, морской транспорт вооружения «Академик Ковалев» проекта 20180ТВ (20181) и спасательное судно «Игорь Белоусов» проекта 21130. Но все равно это пять, а не восемь. Шестым еще можно притянуть большой морской сухогрузный транспорт «Яуза» ледокольного класса, в прошлом году завершивший семилетний (!) ремонт и модернизацию по проекту 550М. Он предназначен для снабжения воинских гарнизонов и военно-морских баз в Арктике, но из-за нехватки, а точнее, полного отсутствия у флота транспортных судов встал на линию «сирийских экспрессов» Новороссийск–Тартус для обеспечения частей ВКС на аэродроме Хмеймим в САР.
Еще в минувшем году флот получил около 30 противодиверсионных, десантных, аварийно-спасательных и водолазных катеров, а также буксиров, плавкранов и плавдок. Но все они к категории «корабль» не относятся.
С двумя недопоставленными ВМФ кораблями тоже вырисовывается неувязка. Как заявил журналистам после церемонии закладки МРК типа «Каракурт» заместитель министра обороны РФ Юрий Борисов, «к сожалению, немножко сорваны графики на этот год по «Адмиралу Григоровичу» и «Адмиралу Эссену», они переносятся на 2016 год». А источник из оборонно-промышленного комплекса также поведал РИА Новости, что «передача Военно-морскому флоту головного фрегата проекта 22350 «Адмирал Горшков» сдвигается вправо, на конец 2016 года».
Кроме фрегатов, в список недопоставленных в прошлом году кораблей входят большой десантный корабль (БДК) «Иван Грен» проекта 11711 и тральщик «Александр Обухов» проекта 12700 «Александрит». Оба они — головные в своей серии. Помнится, Министерство обороны хотело получить до конца 2015 года также и корвет «Совершенный» проекта 20380, но этого не случилось. Этот корабль также отметит в этом году 10-летие со дня закладки. Но такие даты как-то не радуют. Российские фрегаты и корветы строятся значительно дольше, чем корабли аналогичных классов на верфях малоразвитой Мьянмы, где совсем недавно приступили к освоению искусства военного кораблестроения.
Не поспело к сдаче в прошлом году судно тылового обеспечения «Эльбрус» — головное проекта 23120. Его заложили в ноябре в 2012 году. Такие суда, созданные на базе снабженцев, обслуживающих морские нефтегазовые платформы, обычно строят за полтора, от силы два года. У нас ушло уже больше четырех лет. А результата пока нет. Вдобавок в канун Нового года на «Эльбрусе» случился небольшой пожар.
Подведем итог арифметики, с которой не справились чиновники Министерства обороны РФ. Российский флот в 2015 году получил от промышленности две новые подводные лодки, два надводных боевых корабля, три вспомогательных судна, около 30 катеров, буксиров, плавкранов и плавдок. Недополучено три фрегата, корвет, БДК, минный тральщик и вспомогательное судно — всего шесть боевых кораблей и судов. В свете этих цифр комментировать слова министра о доле современных кораблей в составе ВМФ «до 39%» даже как-то неловко. Разумеется, это тоже вымысел. Думается, Сергею Кужугетовичу Шойгу следует провести основательную чистку сотрудников своего аппарата, которые не умеют считать до 10, с чем справляются ученики первого класса.
