Предчувствие осени

Летние деньки незаметно подходят к концу, а на смену им идет свежесть осенней позолоты. Журналисты нашего издания, поддавшись легкой меланхолии прохладного дня, вооружились камерой и отправились говорить с Севастополем.
Нина Авдеенко , Ольга Апанасова
10.09.2015

Внизу шумит Большая Морская, а на спуске Шестакова — ни души. Иногда эта улица напоминает Калининград.

Перед зимой не надышишься. В последние дни лета пытаемся наверстать упущенное.

Молодежь смотрит с мола на Моби Дик. На набережную яхт-клуба ребят не пустили. Охрана говорит: «Меняйло не разрешил».

Гуляя вдоль моря, можно найти неплохие очки.

Севастопольские дворики в самом центре — маленькие тенистые убежища от суеты.

Стеклопакеты и пристройки не меняют атмосферы старых дворов: здесь по-прежнему 50-60-е годы ХХ века.

На центральных улицах окончания сезона не чувствуешь — все те же пробки и забитые маршрутки. А здесь, наверху, по вечерам тишина. Чиновники рано уходят с работы, припаркованные машины разъезжаются, и становится слышен тихий голос старых улиц.

Когда эти ягоды созреют,  будет уже холодно. Что ж, вернемся за ними в куртках.

Хорошо, что не везде есть домофоны. Можно зайтив подъезд — просто так, ни к кому — и проникнуться его атмосферой. Она очень напоминает питерскую.

Домик, не болей — кто-то решил приложить к стене «подорожник».

Немного ритма и геометрии в линиях городских переулков.

У жителей сталинок на центральном городском холме до сих пор остались свои сараи. Их столько же, сколько квартир в доме. Раньше, когда не было газа, в сараях хранили уголь и дрова — ими топили титаны, стоявшие на кухнях, чтобы нагреть воду. Теперь есть колонки и бойлеры, а сараи остались памятником ушедшей эпохи.

Бывалый вояка.

Отголосок советского детства.

За каждым окном — своя история.