Мафия под соснами?

Появление официального блошиного рынка на 5-м километре казалось хорошей новостью для всех. Для стариков, раскладывающих товар под сосенками на Остряках, это возможность бесплатно торговать нехитрым скарбом за прилавками. Для покупателей — цивилизованно этот скарб покупать. А для засыхающих сосен, земля под которыми вытаптывалась, это возможность выжить. Но не все так просто.
Надежда Иссаева
30.09.2015

Социальные ряды были открыты на рынке «Южный» за троллейбусным отстойником 26 сентября. Желающим продать что-то из ненужных домашних вещей власти города и руководство рынка предоставили 150 торговых мест — надо только подать заявку руководителю инициативной группы, созданной самими реализаторами.



Однако в среду, когда корреспондент «Примечаний» зашла на эти ряды, она обнаружил там всего трех торгующих, один из которых оказался членом инициативной группы. 



Все остальные, как и прежде, стояли на старом месте — под сосенками. Жизнь там била ключом, торговля шла полным ходом, а место, выделенное правительством, пустовало.



«Примечания» пообщались с реализаторами и попытались выяснить, почему они не горят желанием переходить на новые места.

Торговцы заявили, что о новом блошином рынке большинство потенциальных покупателей не знает, что под соснами они никому не мешают, и вообще хотят, чтобы их оставили в покое. 

Это было, в общем, предсказуемо. Но вот то, что рассказали торговцы потом, заинтриговало.

Член инициативной группы Алла жалуется: «Заявок мы подали повторно на 300 мест, а сейчас там 75 прилавков — по метру на каждого. Зам управляющего по рынкам сказал, что поставят дополнительно места, чтоб хватило всем. До сих пор они ничего не поставили». 

Кроме того, когда торговцы из-под сосен перешли на новое место торговать, по рядам начал ходить «какой-то мужчина, который собирал по 55 рублей с каждого — якобы на уборку мусора». 

Впрочем, дело даже не в 55 рублях — глава инициативной группы, представившийся Игорем Петровичем, заявил нам, что никаких поборов нет, это сплетни бабушек. Дело в другом. 

«Да, можно спокойно работать на этих местах, — говорит он, — но люди говорят, здесь торговли нет, место не проходное, и никто о нем не знает. Хотя о нем и по телевидению, и в интернете сообщили. Но люди все равно не хотят». 

Директор рынка «Южный» Олег Мищенко был не особенно расположен общаться: мол, я на этой должности всего три дня. Но, узнав про слухи о поборах на социальном рынке, возмутился: «Мы предоставили места, убираем мусор — все для них! Там 150 мест, а заявка на 300, сейчас готовят павильоны с других рынков. Наше дело — если инициативная группа обращается к нам — помочь им. Мы даже распределением мест не занимаемся, они сами полностью занимаются этим вопросом».

Что касается возможных поборов, то, по словам Мищенко, «это подсудное дело, вплоть до прокуратуры» — директор обещал с этим разобраться.

Казалось бы, все ясно: бабушкам дали бесплатные и цивилизованные прилавки с туалетами и уборкой мусора — а они, неблагодарные, мало того, что носом крутят, так еще и небылицы про поборы выдумывают.



Но странное дело. Когда корреспондент «Примечаний» ходила между соснами, опрашивая и фотографируя торговцев, за ней начал по пятам следовать настороженный крепкий шатен.



Он держался в полтора метрах за спиной, не отставая на протяжении примерно 500 метров, и внимательно слушал все разговоры. Отстал мужчина лишь после того, как журналист сделала вид, что звонит в полицию.