Гипноз. К чему надо быть готовым на российских дорогах

Любой житель нашей страны, собираясь в путешествие на своем автомобиле, закладывает определенные средства на бензин, мелкий ремонт и возможные форс-мажоры. Но иногда на дорогах происходят ситуации, в ходе которых можно расстаться со значительными суммами. Какой он бывает — «развод» на российских дорогах?
Екатерина Резникова , Катерина Резникова
14.11.2015

Один из крымских стереотипов гласит, что порядка на дорогах материковой России гораздо больше, чем у нас на полуострове и на Украине. Это правда: скажем, федеральная трасса «Дон» и дороги Кубани намного ухоженнее наших. Хороший в целом асфальт, больше зон охвата мобильным интернетом вне населенных пунктов, кругом камеры видеоконтроля, в городках и станицах — четкие зебры, лежачие и полицейские, обилие знаков и очень шустрые эвакуаторы. Но значит ли все это, что нашему земляку можно расслабиться и не думать в дальнем пути ни о чем, кроме соблюдения ПДД?

Нет. Россия — очень разная, ситуация на дорогах тоже сильно зависит от региона, и старый добрый «развод» на трассах никуда не делся. Мало того, по мере погружения в кризис он встречается все чаще, возвращаясь к нам вместе с другими артефактами девяностых. Не будем перечислять все способы «развода», поговорим об одном. Точнее — о двух, имеющих отношение к использованию внушения.

Уже несколько лет на просторах сети то тут, то там всплывает история о том, как двое нерусских мужчин — то ли турки, то ли курды, а, скорее всего, просто цыгане — «разводят» на дорогах доверчивых граждан. География гастролеров обширна — их видели в разных областях в России, на Украине. Побывали они и на нашем полуострове. Севастополец Андрей рассказывает, как его с другом однажды «обработали».

Мы возвращались в Севастополь. Мой друг был за рулем. В районе 17-го км, недалеко от озера нас остановили двое. Один просто выбежал на дорогу, замахал руками. Оба темные, говорят с сильным акцентом. На вид, я бы сказал, арабы.

Один чуть не плачет, то ли жена у него там рожает, то ли отец при смерти. Очень быстро и нечетко говорит, стонет, плачет — ничего не понять. С машиной что-то случилось, бензин на исходе, а карточка банковская не работает. Просит дать ему денег немного, а взамен он отдаст массивный золотой перстень. 

Мы в сомнениях. Он начинает умолять, плакать, кричать, хватает моего напарника за руки. Вкладывает в ладони перстень. Просит взять — от всей души, говорит. Мой друг достает кошелек и отдает оттуда все деньги — около 10 тысяч рублей. Я стою рядом и понимаю, что происходит, но ничего не говорю. В голове крутится: «Ну, он же взрослый человек. Понимает, что делает. Хочет, наверное, помочь».

Перстень этот, конечно, оказался обычной железкой. Я спросил у друга, почему он так поступил. Он сказал, что все тоже осознавал, но мужикам этим просто поверил. Надо же помогать друг другу.

Все давно знают, что разговаривать на улице  с незнакомой цыганкой — к денежным потерям. Но импозантный, хорошо одетый мужчина возле дорогой машины почти не вызывает подозрений. Эффект, к сожалению, тот же. И если от этого «развода» еще можно защититься, просто не останавливаясь в подозрительных ситуациях, то герои следующей истории чуть не расстались с гораздо большей суммой. И встреча эта была почти неизбежной.

Рассказывает участник событий.

На материке нас остановил инспектор ГИБДД. Представился, сказал, что мы нарушили правила, и это зафиксировала камера. Спросил, кто мы и откуда едем. Я ответил, что мы каскадеры, снимались в Сочи, возвращаемся домой. Мне было предложено пройти к камере, посмотреть запись.

Но по дороге мы свернули к машине, сели поговорить. И тут мне было сказано, что  нарушение мое очень серьезное: «Вы знаете, что у нас нельзя пересекать сплошную, даже одним колесом, даже наезжать на нее?» Инспектор стал говорить, что мне грозит штраф в 50 тысяч рублей или вообще лишение прав. Что сейчас у них проходит проверка и необходимо быстро что-то решить. Либо официальное оформление нарушения, но тогда меня ждет суд: и не в Крыму, — дела они сюда не отправляют — а на материке. Либо можно договориться, о чем мне намекнули, спросив: «Во сколько вы сами оцените свое нарушение?»

Я ответил, что хотел бы убедиться в том, что я нарушил. Инспектор отказался показывать мне запись, объясняя, что если я ее посмотрю, составления протокола не избежать. Потом начал говорить, что посмотреть запись мы сможем только в отделении, куда нужно проехать. Мне было сказано решать быстрее — что мне дороже права или деньги. Фразы про лишение прав, суд и быстрое решение повторялись много раз. Я чувствовал, что на меня давят.

Я сказал, что у меня с собой только 5 тысяч. «Какие пять, такое стоит сорок!» — было сказано. Я опешил от названной суммы. Тут из машины вышел мой напарник и стал перекладывать вещи, пока стоим. Инспектор велел мне усадить его обратно, а заодно подумать хорошенько. Я пошел в машину, стал искать деньги. Уже решил отдать ему 10 тысяч. Руки тряслись, голова не соображала. Я был зол, раздражен и испуган — теперь я могу оценить свое состояние как неадекватное.

Возвращаюсь к инспектору, иду медленно. Внутри понимаю, что значительную часть заработанного за эти два дня мне сейчас придется отдать. А деньги дома очень нужны. Успокоился. Подхожу и говорю: «Лишение? Хорошо, пусть лишают. Показывайте запись». Инспектор опять начал говорить, что мы сможем посмотреть запись только в отделении. Спросил, как я брошу машину. Я ответил, что у напарника есть права. Он еще немного попугал меня судами, поспрашивал, точно ли пассажир мой с правами. А потом отдал документы и велел ждать в машине — скоро в отделение поедем.

Я вернулся, сел, стал ждать. Через несколько минут ко мне подошел другой инспектор и спросил: «Ты чего здесь стоишь? Уезжай, тебя отпустили». Я отказался. Ага, уеду, а они за мной погоню организуют. Тогда он кивнул тому, с которым я общался — они тебе нужны? Тот помотал головой. Я все понял, завел машину и уехал. Когда успокоился, осознал, что если бы инспектор согласился на пять или десять тысяч, я бы в том состоянии отдал бы их без возражений. Я даже не задумывался в тот момент, что на самом деле ехал очень аккуратно — там везде камеры — и нарушить, тем более так грубо, не мог.

Ситуации комментирует психолог Виктория Шелест: «Если говорить о первой истории, то в подобных ситуациях защититься очень трудно. Поскольку используются различные гипнотические техники с эмоциональной нагрузкой. Практически всегда это действует безупречно. Можно, конечно, попробовать быть внимательным и постараться заметить, не используют ли вымогатели какой-то блестящий предмет с ритмичным движением. В нашем случае это как раз мог быть пресловутый перстень.

История с ГИБДД, по словам психолога, имеет мало отношения к психологии: это примитивное запугивание. «Тем не менее противостоять ему тоже нелегко, — говорит Виктория. — Чтобы защититься, нужно хорошо знать правила дорожного движения, закон и свои права, не нарушать правила и быть уверенным на дороге. Новичкам лучше в таких поездках иметь при себе более опытного водителя».