Крымская татарка Рая вернулась на родную землю своих родителей в конце 80-х. По профессии Рая — педагог, в далеком Узбекистане работала в детском саду и почти ничего не знала о сельском хозяйстве: родители ее выращивали овощи на своем огороде для себя и о «бизнесе» даже не помышляли.
Приехав в Крым, семья Раи купила дом в Сакском районе. На участке перед домом был большой сад. Росли яблоки, персики, виноград. Во времена колхозов селяне работали на полях, и в качестве поощрения, помимо денежного заработка, могли взять домой немного овощей. Эти «излишки» в выходные они везли в город на рынок, где были специальные места для колхозников.
В 90-е выживать на селе стало трудно. Но выращенный урожай по-прежнему выручал. Убранное продавали на городском базаре. Со временем семья поняла, что на фруктах много не заработаешь. «Персик капризный: в этом году есть, в следующем нет. Поэтому деревья мы убрали. А на 18 сотках стали заниматься теплицами», — рассказывает жительница села.
В Сакском районе многие выращивают редиску, салат, огурцы и помидоры в теплицах. Самое прибыльное время — весна. Хорошо, когда успевали вырастить редис к ранней Пасхе. «В декабре сажаешь, укрываешь под пленку, а в марте уже собираешь урожай», — говорит Рая.
Раньше за овощами приезжали с материковой Украины. Забирали оптом и сразу, платили живыми деньгами. С 18 соток, на которых у женщины было четыре теплицы, собирали всего около 1,5-2 тонн редиски в год. Но заработать могли до 3 тысяч долларов.
Первую редиску, рассказывает Рая, забирали по 16-20 гривен за килограмм. Потом покупали по 10 или по 8. Для сбора первого, самого дорогого урожая, семья даже нанимала двух рабочих. «Платили хорошо: по 10 гривен в час», — хвастается женщина. Работали всей семьей по 10 часов: пятеро выбирают на грядках и выдергивают редис. Двое стариков — бабушка и дедушка — обрезают хвосты. Пучками можно было продать и дороже, но, чтобы связывать, нужна определенная сноровка.
За день собирали до тонны редиса. «Сдали по 16 гривен, получили 16 тысяч (около 64 тысяч рублей, 2 тысячи долларов по курсу весны 2013 года — прим. авт.). Получался хороший навар. Я на эти деньги детей учила, женила, старшему сыну дом строила», — говорит Рая.
Легко вспоминает женщина и цифры расходов — въелись в память. «Покупали 6 рулонов пленки по 300 гривен. На воду тоже много тратили — редис воду любит, но все равно больше двух тысяч за сезон не платили. Работникам 200 гривен», — перечисляет женщина.
Теперь редис и салат в селе не сажают. «Никто забирать не приезжает. Местные перекупщики только. Но они берут по 10 рублей максимум, а иногда даже по 3», — сетует хозяйка. По словам Раи, самостоятельно продать урожай они не могут — в городе просто нет места на рынках для жителей села.
Мы спросили у нее, кто же выступает в роли перекупщиков? Рая затрудняется сказать: «Приезжают все время одни и те же, есть и русские и татары — разные. Но их теперь немного, а товара они берут мало и дешево».
В селе Орехово, что находится недалеко от Сак и села, где живет Рая, раньше выращивали клубнику. Собирали по несколько урожаев. В окрестностях села невозможно было найти ни клочка свободной земли, сейчас — поля стоят пустые.
Сын Раи пробовал освоить новый бизнес: выращивать хризантемы на продажу. Получалось выгодно. Сажал несколько пользующихся спросом сортов, потом сдавал оптовому покупателю из Севастополя. Цветы требуют кропотливого ухода. Нужно посеять семена, затем рассадить рассаду строго по клеточкам поддерживающей сетки. По мере роста стебля сетку поднимают, а растения подвязывают раз в неделю.
Но теперь этот бизнес тоже заброшен, а сын Раи уехал на заработки в Москву. «У нас хотя бы есть пенсия. Дети работают. А вот как быть тем, у кого кроме огорода не ничего? Сопьются, наверное, работы в селе нет. Некоторые сезонно нанимаются к арендаторам, на хлеб зарабатывают, но это копейки», — сетует женщина.
В этом году селяне отдавали перекупщикам только собственные излишки. Отборные розовые помидоры летом забирали по 40 рублей за килограмм, а в Севастополе продавали уже по 90. Молоко сейчас покупают по 60 рублей за три литра. Но это, по словам Раи, делают соседи: они недавно купили оборудование и делают домашний сыр, брынзу, творог.
«У нас только корейцы пока много выращивают. Они соленьями занимаются. Знаешь, как помидоры делают? Роют в огороде большую яму, застилают пленкой и насыпают туда тоннами. Потом солят, укрывают пленкой и тканью и засыпают тонким слоем земли. А зимой продают. Представляешь, сколько тары надо, чтобы в бочках столько засолить?» — рассказывает женщина.
У крымских фермеров не лучшие времена. Более-менее востребованной остается пшеница. С потерей воды из Северо-Крымского канала мы потеряли рис. Теперь вот вымирают мелкие теплицы.
«Мы готовы выращивать, если будут покупатели. Татары — народ изобретательный. Одни татарин под Симферополем лимоны и апельсины выращивает, зимой в теплицы укрывает. Русские тоже работящие. Нужно только потерпеть, пока новые покупатели у нас появятся», — говорит Рая.
А пока все упирается в пресловутую логистику. Везти овощи и ягоды через переправу — предприятие рисковое и недешевое. Но разве помешали бы крымские редис и клубника на прилавках промозглого Петербурга или заснеженного весеннего Норильска? Особенно на фоне санкций против Турции?
Тем более, что продавцы на материке уже давно подстроились под конъюнктуру и, улыбаясь, называют импортные овощи на прилавках «крымскими».
