Родилась в Твери, окончила журфак Тверского государственного университета, с 2002 года работала корреспондентом тверских областных газет. В это же время начала заниматься фотографией, четыре года подряд выигрывала золотую медаль на Дельфийских играх России и СНГ в номинации «Фотография». В 2008 году освещала войну в Грузии, после этого работала штатным пишущим корреспондентом журнала «Огонек», одновременно снимала фотоистории к своим репортажам. С 2008 года — студентка Школы фотографии и мультимедиа. В 2009, после поездки на Кубу, появились ее фотовыставка и книга «Куба рядом». Победитель конкурса «Фотограф года» в номинации «Фотоистория». Участник международных фотофестивалей Les Recontres d’Arles, Noorderlicht, Breda Photo, «Волжское фотобиеннале». В 2011 году у Ирины Поповой прошла персональная выставка LTP в Мадриде в Aranapoveda Gallery. С 2010 года живет в Амстердаме.
Все мы считаем себя уникальными, и это правда. Но однажды Ирина обратила внимание на очевидную в общем-то вещь: женщин с таким именем и фамилией очень много. Одних только тезок на сайте «ВКонтакте» насчитывается более восьми тысяч. Тогда фотохудожница стала перебирать их фотографии — и увидела в них собирательный образ российской женщины. Образ этот настолько ее впечатлил, что она решила сделать об этом книгу.
Автор обнаружила нечто удивительное: в пространстве с коврами, стенками и обоями в розах живут чистые, неиспорченные души, которые, каждая по-своему, стремятся к возвышенным идеалам красоты.
.jpg)
Бесстыдные камеры смартфонов вытащили это противоречие на поверхность и сделали объектом издевательств — всем хорошо знакомы сообщества «True russian wedding», «Одноглазники» и др. Ирина Попова пошла другим путем: серфинг по страницам своих полных тезок она превратила в фотокнигу и вывела на уровень антропологического исследования.
.jpg)
.jpg)
«Среди Ирин Поповых есть танцорши живота, бодибилдеры, стриптизерши, телеведущие, продавщицы, учителя и бухгалтеры. Все они живут в разных городах России, — рассказала «Примечаниям» автор. — При современном обилии медийной информации в сети гораздо более интересно работать с существующим материалом, чем снимать новый».
.jpg)
Из фотографий, которые люди сами о себе выкладывают, Ирина собирает разные повествования и образы — как из конструктора Лего.
«Меня больше всего интересовал вопрос, как в этих маленьких девочках, наряженных в гипюр и играющих в куклу Барби, уже прорастает будущая женщина в леопардовых леггинсах и с тремя шампурами шашлыков в зубах», — делится размышлениями Ирина.
Автор пришла к парадоксальному, на первый взгляд, выводу: эти перемены связаны с общим желанием девочек и женщин быть «самой-самой», быть «принцессой». И это не их собственная фантазия, это подарок социума — упругая колея, в которую девочку встраивает розовая ленточка на конверте еще в роддоме.
В российском обществе очень устойчивые гендерные стереотипы: у женщины главная функция — детородная. А также заданная модель поведения: то, как она должна выглядеть, одеваться, как проводить время, и главное, какие именно выкладывать в Интернет фотоотчеты о том, что жизнь удалась.
Девушки дико боятся не успеть, участвуя в забеге, который сами же себе организовали. В 14 они чувствуют себя вполне профпригодными, а в 18 — уже старыми девами. А следующим звеном в этой цепи становятся снимки школьниц с младенцами.
.jpg)
«Вы замечали, что в сказках замужество — вершина карьеры принцессы, и оно же — счастливый финал? Следовательно, все усилия принцессы направлены на то, чтобы успешно продать себя замуж. И все «показательные фотовыступления» девушек на выданье — они в конечном итоге тоже об этом».
Свадебные фото являются пиком карьеры принцессы, и они же — ее закатом. Все остальное в жизни принцессы ужимается в одну строчку «они жили долго и счастливо». Но в реальной жизни у принцесс в этом возрасте все только начинается. Они рано рожают детей, еще не понимая, чего на самом деле хотят от жизни. Когда дети подрастают, у них начинается прекрасный зрелый возраст, в котором они раскрываются по-настоящему. Понимая, что принцессами им уже не стать, они пытаются стать королевами.
Они зачем-то публикуют свои фото в тигровых халатах, или клаустрофобические застолья со стандартным набором блюд и шуток. В этом возрасте фото свадеб как-то исчезают из профилей. Пояляется статус «не замужем». Сказка рассыпается, и принцесса из последних сил пытается реализовать «мечту».
.jpg)
.jpg)
Мечта о принцессе-королеве трансформируется в желание банального достатка. Новый ковер на стене, новая плита, лужайка на даче — то, чем принято гордиться в ее кругу. Поездка на море представляется как свидетельство, что жизнь удалась. Поэтому мы постоянно видим фото женщин разных форм и комплекций, в панамах у моря — и часто почему-то с неграми и обезьянками.
Застолья становятся все более неопрятными, а «нарядные» костюмы — все более аляповатыми. Фотографические метафоры становятся уже настолько прямыми, что превращаются в пасквиль: бальзаковские дамы фотографируются у карет, с царской короной, или создают дикие фотожабы, где их лицо появляется на билл-бордах Гонг-Конга, в шкатулке в руках Медведева или на футболке у известного футболиста. Есть даже целые онлайн сервисы, которые выдумывают и делают эти жуткие коллажи.
Сказка эта не заканчивается никогда, потому что в жизни принцесс нет места смерти. Из тридцати шести тысяч скачанных изображений Ирина ни разу не встретила фотографий у могил родственников, или объявлений о трагической гибели самой хозяйки страницы.
В конце просто начинаются фотографии внуков, которых будут выращивать в тех же традициях — и мы возвращаемся к началу книги. Так работает колесо перерождения.
.jpg)
«Это общество и смысл его существования — это воспроизводство телесности, которая переносит генетический материал и заботится о его разнообразии, — объясняет Ирина. — Поэтому люди довольны собой, уверены в своей привлекательности и неповторимости. В этом ключ их существования. Избранный круг знакомых помогает поддерживать этот миф — это тот уютный мирок «своих», зона комфорта, когда можно напиться вдрызг на шашлыках, и быть по-прежнему принцессой среди принцесс».
.jpg)
И жизнь их, действительно, безоблачно прекрасна. Там происходит все правильно, пропорционально и в точном соответствии с заданным форматом. По крайней мере, именно таким образом горделиво заявляют о существовании своих героинь их странички (новая разновидность девичьих альбомов).
Иногда кажется, что фотопостинг «ВКонтакте» — и есть смысл всех этих поездок на море и семейных слетов: сделать фотку и доказать, что ты живешь. Жизнь напоказ — еще одна типичная черта. Ведь очень важно, что скажут другие.
Таким образом общество контролирует само себя — чтобы соседние его ячейки были одинаковой формы и размера. Поэтому, каким бы абсурдным такое существование не было со стороны, изнутри оно кажется единственным правильным и допустимым.
«Я сама родилась в подобную давящую, душную среду — среднего размера промышленный город, — признается Ирина. — Я не ставлю знака равенства между собой и другими героинями книги, но и не ставлю себя над ними. Я не имею права осуждать других за их вкус или стереотипы. Поэтому мои фотографии попадаются в книге среди других, и я никак не выделяю их.
Увидеть себя и общество со стороны это можно только сопоставив тысячи и тысячи фотографий, и выбрав из них наиболее «говорящие», и делая это с абстрагированным взглядом, словно смотришь из космоса. В своей книге я пыталась создать типологию, выделить самое интересное из ряда подобий.
В России уникальная эстетическая среда. Фото из России можно узнать по коврам, занавескам, платьям, макияжу, позам. Героини фотографий обожают сниматься лежа на бильярдных столах. Или с веером денег в руках, или залезают в клумбы. Из одних этих фотографических клише можно собрать целую онтологию России».
Однако дело не только в географии или национальности. Подобное существует во многих патриархальных обществах с жестко заданными гендерными стереотипами. Но, например, европейские девушки не столь интенсивны в своих проявлениях: у них меньше потребность выделиться на этой вымышленной ярмарке невест.
«Книгу принцессы» Ирина называет «неоконченной» — ведь мечты ее героинь не могут быть реализованы в полной мере. Хотя бы потому, что они не до конца осознанны и не сформулированы полностью. «К тому же, количество фотографий "принцесс" увеличивается с каждым днем, — говорит автор. — именно поэтому логического завершения книга, сформированная из интерактивного материала, может не получить никогда».
Отбор фото производился для книги на протяжении двух лет. На страницах появятся фото более двухсот героинь.
Подробности о проекте здесь.
