Кажется, это было совсем недавно. В те времена, когда редакции вели переписку с читателями, рецензировали рукописи и возвращали их.
Анатолий Степанович сидит слева за соседним столом, отягощенным кипами читательских рукописей, быстро накидывает что-то меж строк очередного военкоровского опуса. Аналогичный лежит передо мной, и я ненавижу его всей душой. Ну что можно выудить для газеты из этих пятнадцати невнятных предложений?
Марета смотрит сквозь амбразуру очков холодно и чуть презрительно. Но я все равно хватаюсь за этот взгляд, как за соломинку: «А может, что-нибудь про быт подготовить?».
Сидящий слева встаёт, берет с моего стола листок, кладет поверх своего и в три минуты завершает матросскую заметку. Господи! И как это он умудряется?
Тут распахивается дверь, и отрешенный взгляд вошедшего сразу выдаёт начинающего стихотворца.
Самодеятельное дарование садится напротив Мареты. Шуршат листы. Двое что-то горячо втолковывают друг другу. Потом автор выходит. Выдержав паузу, Анатолий Степанович вдруг говорит:
– А послушай! У этого капитан-лейтенанта есть потрясающие строки!
И читает вслух, со вкусом разглядывая рукопись на просвет, как напиток в бокале. Читает душой.
Много раз я думала, что не понимаю этого человека. Зачем столько пахать, не зная обеденных перерывов и рамок рабочей смены? Зачем что-то доказывать, если у тебя есть Имя в черноморской да и во всей севастопольской журналистике? Действительно, не понимала, что он не работает, а живёт, живёт в своем вдохновенном, любимом, невероятном интересном труде.
Анатолий Степанович Марета. Заслуженный работник культуры УССР. Кавалер фронтового ордена Красной Звезды и советского ордена Отечественной войны I степени, украинского ордена Богдана Хмельницкого и многочисленных медалей. Он был признанным авторитетом в культурной жизни Черноморского флота и его столицы, входил в общественную коллегию управления культуры Севастополя. А во «Флажке» трудился литсотрудником с тех времен, когда мое поколение на свет еще не проектировалось. С его талантливой редакторской руки в свет вышло столько документальных и художественных книг, что они составляют целое собрание сочинений. И при своей колоссальной занятости «практикующего тренера» он все-таки успел написать собственную книгу «Ностальгия по войне», которая получила республиканскую литературную премию имени Льва Толстого.
Шестнадцатилетним сыном полка он вкусил фронтового лиха. Освобождал не только родную Украину, но и Европу, стал почетным гражданином одного из городков Болгарии. Исследователь и историограф «Флага Родины», в войну «Красного черноморца», награжденного за отвагу своих военных корреспондентов орденом Красного Знамени и медалью «За оборону Севастополя», Марета написал три книги о нашем уникальном флотском издании, коему в 2020 году исполнится 100 лет.
И вот этот генерал журналистики приходил в редакцию самым первым и вкалывал до позднего вечера, как самый настоящий чернорабочий. Как же здорово, что мне повезло тогда оказаться с ним рядом и пытаться хоть чуточку дотянуться до его профессиональной самоотверженности. Далека от мысли, что только для меня он стал опорой в творческом и профессиональном становлении и научил труду, ежедневному, упорному, добросовестному. И уважению не только к маститым, но и молодым авторам, актерам, художникам.
Да, он вошел в судьбы многих людей, чьи имена красовались потом на суперобложках книг и театральных афишах, в титрах фильмов и титулах научных трудов. В течение шести десятков лет не было в культурной жизни Черноморского флота и Севастополя такого события, явления, к которому Анатолий Степанович не имел бы отношения. Все местные литературные салоны нынешней поры вышли из стен того Литературного объединения ЧФ, которым руководил Марета, выпуская целые творческие полосы поэзии и прозы… В шутку мы как-то посчитали, а сколько всего маретовских строчек легло на страницы «Флага Родины». По самому скромному расчету получилось пять с гаком миллионов строк.
Сердцевина его журналистского труда пришлась на то время, когда многое виделось и понималось иначе. Мы поспешили обесценить идеалы, которыми дорожили целые поколения соотечественников.
Журналист – зеркало эпохи. То, что отражал мастер пера Анатолий Марета, было её сутью и душой. Значит, не зря горел огонь его жизни на нашей земле.
Представляю, как на эту тираду Анатолий Степанович отвечает невозмутимым взглядом сквозь амбразуру очков и заключает: «Ну вот, поболтали, а теперь — работать».
