В четверг после утренней аппаратки в правительстве новая замглавы управления по взаимодействию со СМИ Ирина Зотова раз пять пыталась встать между журналистами и главой департамента транспорта Игорем Титовым. Причина: пресс-подход не был запланирован заранее. Когда журналисты все же окружили чиновника, чтобы узнать о проблемах с ремонтом оползня на трассе, Зотова постучала пальцем по плечу Титова:
— Простите, пресс-служба правительства. Вы хотите комментарий давать? — с намеком на угрозу в голосе спросила она.
— Вот, мне запрещают, — развел руками глава департамента.
— А давайте мы про это напишем, — предложила корреспондент «Примечаний».
— Нам нужны детали и прямые цитаты, — хором заявили журналисты, обращаясь к Зотовой. Та не отреагировала.
— Я вас спрашиваю, вы планируете давать комментарий? — повысив тон, переспросила она, обращаясь к Титову.
— Просят, — сказал Титов, указывая на собравшуюся прессу.
— Хорошо, я должна была спросить, это моя работа, — смягчилась она.
«Мне кажется, вы пытаетесь создать проблему там, где ее нет», — заявила позже «Примечаниям» Ирина Зотова. В будущем после заседаний правительства будут организованы пресс-подходы для журналистов с необходимыми им чиновниками, обещает она. Как пиарщики успеют разобраться, кто кому нужен, непонятно: вопросы у всех разные и возникают они спонтанно.
По словам Ирины Зотовой, работавшей ранее в московском офисе коммуникационного агентства Оgilvy, в правительстве Севастополя готовится регламент, который официально введет общение журналистов с чиновниками только через пресс–службу. Такое ограничение уже действует в департаменте здравоохранения, который с 2015 года запретил медработникам общаться со СМИ напрямую. Теперь оно распространяется на все службы. Кроме того, неделю назад пишущих журналистов перестали пускать на протокольную съемку.
Вопрос этот несколько дней назад обсуждали на встрече с главой департамента общественных коммуникаций Иваном Чихаревым и Ириной Зотовой редакторы местных СМИ. Медийщики попытались объяснить, что есть масса технических вопросов, которые журналистам проще обсудить с чиновниками при личной беседе. Отсутствие коммуникации между чиновниками и журналистами отразится не только на качестве материалов журналистов, но и на репутации чиновников, говорили редакторы. Но сотрудники департамента гнули свою линию о «профессионализации» комментариев.
Заметим, что в соседнем Крыму замкнуть всех чиновников на себя пресс-служба Совмина не пытается. Хотя «Примечания» часто критикуют положение дел в республике, нашим корреспондентам не составляет труда дозвониться лично до министров и вице-премьеров — хотя и не до всех. Отвечали и отвечают на звонки бывший глава Ялты Андрей Ростенко, его замы, глава администрации Алушты Галина Огнева, мэр Евпатории Филонов, главы администраций Судака, Ленино, Щелкино.
По словам московских и питерских коллег, там пресс-службы правительств не пытаются замкнуть коммуникацию со СМИ на себя и, напротив, оказывают помощь в прямых контактах с департаментами.
Об этом же сообщили «Примечаниям» коллеги из Тюмени. Правда, они сетуют на «чрезмерный профессионализм» местных бюрократов: чиновники города научились мастерски уходить от острых вопросов.
Открыты для СМИ чиновники и в Екатеринбурге, хотя там давний конфликт между губернатором и мэром постоянно дает острым на язык местным журналистам поводы для расследований.
Трудности с прямой коммуникацией наблюдаются в маленьких городах материковой РФ — например, в Твери и Пскове. Псковские чиновники, по словам местных коллег, закрылись от журналистов после истории с избиением журналиста Олега Кашина, предполагаемым заказчиком которого называли местного губернатора Турчака. Напугали чиновничество и публикации о гибели псковских десантников на Донбассе.
Но есть города, на фоне которых Севастополь пока еще выглядит эталоном открытости. Например, Воронеж.
«Губернатором Воронежской области до 2009 года был Владимир Кулаков, — рассказал «Примечаниям» Роман Прытков, обозреватель воронежской газеты «Моё!». — Каждый понедельник он устраивал пресс-конференции, любого чиновника можно было достать по телефону. Сотрудница пресс-центра при тебе набирала по второй линии и говорила: «Павел Петрович, вот такой вопрос, сможете переговорить?». «Да», — отвечал Павел Петрович.
Потом главой области стал экс-министр сельского хозяйства Алексей Гордеев. И с тех пор некоторых чиновников мы не видели вообще. Порой мы даже не знали, как они выглядят. По новым правилам пресс-службы областного правительства получить устный комментарий чиновника или организовать интервью с руководителем стало практически невозможно. Мы общаемся только запросами. В 2016 году областные власти наконец-то ввели практику понедельничных пресс-конференций глав управлений и департаментов. Но тебе, может быть, нужен ДИЗО — а он по графику через два месяца, а сейчас у тебя руководитель управления экологии, к которому именно в этот момент вопросов нет. Куда более открытой выглядит городская администрация Воронежа. Хотя бы раз в неделю любой журналист при желании может побывать на совещании у главы города и после совещания задать вопрос любому руководителю», — говорит Роман.
Парадоксально, что приход чиновников федерального уровня в правительство региона, что в Воронеже, что в Севастополе сопровождается не «федерализацией» практики общения со СМИ, а ее «провинциализацией».
Впрочем, в Севастополе объяснение этому лежит на поверхности: выборы. Сейчас любой негатив, выплывающий в прессу, доставляет немало неприятных минут врио губернатора Дмитрию Овсянникову и его команде. Стоит отметить, что сам он для СМИ пока не закрыт и отвечает на вопросы журналистов.
