В среду, 11 июля, судебные приставы придут в дом семья Никулиных в поселке Меллас (Санатороное) и выселят на улицу отца семейства Александра Никулина, трех его детей — Сергея Молчанова, Константина и Елену Никулиных, и троих внуков – полутора, четырех и шести лет. Идти им некуда – после выселения все они станут бомжами. Надежды обрести квартиру или хотя бы участок земли у семьи нет — только в 2018 году их поставили в очередь на улучшение жилищных условий. Так руководство санатория «Меллас» расплатилось с людьми за 15-летний труд на благо предприятия.
Эта история началась в далеком 1985 году. Отец семейства Александр после двух лет службы в Афганистане вернулся в родной Крым и трудоустроился в санатории «Меллас». Там он познакомился с Татьяной, приехавшей на работу с Украины. Молодые люди поженились и стали жить в комнате, которую дали женщине в общежитии.
К 1993 году у семьи было уже трое детей, и в комнате им стало тесно. Никулиным было положено отельное жилье, но фонда не было. В советское время санаторий строил пятиэтажные дома для сотрудников за территорией, в поселке Санаторное. В ожидании очередного строительства, которое так и не началось, руководство поселило семью в домик старого КПП — без ордера и каких-либо других дающих право на жилье документов.
Маленький домик Никулиных, где фактически живет три независимых семьи, стоит прямо за воротами «Мелласа», у КПП с охраной
В первые годы становления украинской независимости никто не понимал, чем обернется такая непредусмотрительная беспечность. Санаторий «Меллас» был в собственности у российского предприятия — ГУП «Московское лечебно-санаторное объединение», принадлежащего мэрии Москвы. В 1996 году мэрия оформила документы на здания, строения, сооружения. Землей санаторий пользовался по госакту на постоянное пользование на 22 га земли — 12 га парка и 10 га под строениями. Интересно, что на современной кадастровой карте участок «Мелласа» еще подрос — теперь его площадь 26 га (кадастровый номер 90:25:080101:331). Последнее аренду санаторию подписал в 2016 году арестованный экс-мэр Ялты Андрей Ростенко.
До 1998 года семью Никулиных никто не трогал, они продолжали спокойно жить в домике. Но с приходом нового руководства на родителей троих детей стали давить, вынуждая уволиться и покинуть служебное жилье. Вскоре Никулины с предприятия уволились, но домик не покинули – несовершеннолетних детей нельзя было выселить на улицу без предоставления другого жилья. В 2001 году директор санатория Игорь Фокин подал в суд иск о принудительном выселении.
Суды шли около 10 лет. Первую инстанцию в городском суде Ялты Никулины проиграли, апелляцию и кассацию в Верховном суде Украины — выиграли. На сторону семьи встал и Форосский поссовет, депутаты вызвались помочь Никулиным размежевать землю и поставить вокруг домика забор. Но дальше обещаний дело не пошло. В 2006 году, после смены земельного законодательства на Украине, новый директор санатория Константин Карпухин подал новый иск — с теми же требованиями. Разбирательства шли вплоть до 2011 года, когда суд высшей инстанции постановил выселить троих членов семьи — отца, мать и старшего сына. Двое младших детей из процесса почему-то выпали, поэтому руководству «Мелласа» пришлось снова идти в суд, чтобы снять с регистрации Константина и Елену Никулиных.
Площадь жилья всего 42 квадратных метра: четыре крошечных комнаты и кухня, где живут четверо взрослых и трое детей
В 2012 году санаторий выкупила у мэрии Москвы группа компаний «Медси», входящая в АФК «Система» Владимира Евтушенко. Выкупила вопреки тому, что еще в 2006 году Генпрокуратура Украины опротестовала решение Ялтинского горсовета о передаче недвижимого имущества «Мелласа» в собственность ГУП МЛСО (решение №307, принятое в 2004 году). Прокуратура напомнила, что орган местного самоуправления не может распоряжаться объектами международной собственности, такие решения может принимать лишь Фонд госимущества Украины. Под давлением прокуроров депутаты Ялты отменили право собственности решением №983 от 2006 года.
После выкупа в санатории снова поменялось руководство. Новый директор Михаил Штемберг пришел к Никулиным с предложением как-то решить вопрос с жильем. Но супруги спросили, возможно ли, чтобы семья осталась здесь, в старом домике? И Штемберг, посоветовавшись с владельцами, ответил: Москва не против.
До 2016 года Никулины жили спокойно, а потом «Меллас» подал новый иск — об устранении препятствий в пользовании нежилым помещением (служебный домик по документам проходит как нежилой) и сносе хозяйственных построек. К этому моменту санаторий оформил право собственности на здания и сооружения, взамен оспоренного прокурорами при Украине, и аренду на землю — уже по российским законам.
Но сначала руководство санатория попыталось обвинить Никулиных в самозахвате. «В 2016 году к нам приезжал УБЭП, - рассказывает старший сын Сергей Молчанов. - Вместе с участковым они должны были составить протокол о самозахвате. Но у них не получилось доказать, что мы самовольно заняли это служебное жилье. К тому же мы все эти годы платили по договорам за свет и воду».
Суд первой и второй инстанции принял решение о выселении семьи. Уже на этой неделе к Никулиным нагрянут судебные приставы. Мать Татьяна до этого страшного дня не дожила, скончалась 8 мая 2018 года. «А спустя неделю состоялась апелляция по делу, - говорит Сергей Молчанов. - Нам даже отсрочку в связи со смертью матери не дали».
За прошедшие 26 лет, что семья прожила в доме, они неоднократно пытались приватизировать его как единственное жилье. Но получали отказы. Форосский поссовет утверждал, что земля санаторная, хотя до 2016 года площадь земельного участка «Мелласа» менялась, а реальное КПП, через которое организован въезд в санаторий, все эти годы находилось на километр ниже домика Никулиных. «Между этим, верхним КПП, и нижним, у корпусов, километр дороги, - поясняет Сергей. - Все что между — просто пустырь, здесь нет никаких строений».
Теперь санаторий, рассчитанный на 180 человек отдыхающих и 50 человек персонала, занимает 26 га. Настойчивость владельцев «Мелласа», пытавшихся любыми путями расширить границы своих владений, вполне объяснима. Земля здесь золотая, а в самом санатории строить ничего нельзя — 12 га парка охраняются государством.
«Там внизу парк, являющийся объектом культурного наследия, а один из корпусов – имение графа Перова, - поясняет Молчанов. - Был еще источник воды 1830 года, по своим свойствам сходный с Ессентуками. Но его при Украине загубили. Когда директор Карпухин отрезал Санаторное и Понизовку от канализации, пытаясь заставить людей платить ему по завышенным тарифам, сточные воды попали в источник. И пить воду из него до сих пор нельзя».
Подавали Никулины и на бесплатное получение земли, но в Санаторном получить участок оказалось практически невозможно. «То писали, что мы границы не определили, то точки не так стоят, то земли свободной нет», - сетует Сергей. В конце концов матери предложили участок в Верхней Оливе, и документы даже прошли первую сессию поссовета, но вскоре полуостров перешел в Россию, и дело заглохло.
Только сейчас, в 2018 году, после 10 лет бесконечных судов, семью обещают поставить в муниципальную очередь на улучшение жилищных условий. Но сколько они в ней простоят, если количество очередников в Ялте давно перевалило за пять тысяч?
Впереди у Никулиных еще один суд — в кассационной инстанции. Теперь отстоять право семьи на жилье попробует прокуратура. «Прокуратура выступит в процессе на стороне интересов несовершеннолетних детей, - поясняет Сергей Молчанов. - В первых двух инстанциях они выступали на стороне «Мелласа», а теперь что-то в их позиции изменилось. Кроме того, нами занимается уполномоченный по правам ребенка, о нашей ситуации знает депутат Госдумы Наталья Поклонская. После нашей последней встречи во время приема в Севастополе Наталья Владимировна пообещала передать документы по нашему делу генералу СК Туманову, который занимается расследованием дела Ростенко».
А пока Никулины пакуют вещи и думают, куда им съезжать. Времени осталось совсем немного, но есть надежда, что в первый раз приставы не выставят их на улицу, а лишь оштрафуют. И только пять никулинских кошек ни о чем не беспокоятся и с надеждой смотрят на дверь, за которой скрылся хозяин.
Кошки Никулиных, большинство из них «приемыши» — котят подкидывают к санаторному КПП
