Напомним, в феврале на популярном диком пляже у поселка Кача были начаты работы по превращению 30-метрового глинистого обрыва в безопасные, по мнению чиновников, террасы. Основание — решение комиссии по предупреждению и ликвидации опасных ситуаций от 29 декабря 2017 года.
Организовать работы было поручено руководству Качинского муниципального округа. Затем, по словам главы муниципалитета Николя Герасима, пляж ждёт благоустройство. О нём и о ходе работ он пообещал рассказать в прямом эфире программы ForPost «Почти полдень» 26 марта, в 11.45.
Террасирование «бесплатно» выполняет ООО «СтройИнвестМеханизация». Как ранее писали «Примечания», предприятие окупает свою «благотворительность» тем, что поставляет снятый грунт для отсыпки строящейся трассы «Таврида».
Вместе с грунтом в обозримом будущем «испарится» и сам пляж, прогнозируют учёные. Дело в том, что верхнюю треть обрыва составляют породы, содержащие большое количество гальки и песка. Именно они образуют пляж, когда после обвалов море уносит глинистые фракции.
«Не нужно думать, что галька лежит до бесконечности. По разным оценкам, из-за действия волн в год в песок стирается приблизительно 5–10% гальки. То есть за 10–20 лет вся галька пляжа обновляется, поэтому, если не будет постоянного поступления материала, пляж будет сокращаться, а море будет разрушать склон. Чем шире пляж, тем лучше он защищает склон», — объясняет доктор географических наук, ведущий научный сотрудник Морского гидрофизического института, член рабочей группы «Морские берега» Совета РАН по проблемам Мирового океана Юрий Горячкин.
Уязвимость пляжа он подтверждает свежими фото. На них видно, как недавний шторм оголил береговую полосу у обрыва. Ещё недавно она был покрыт песком и галькой.
«Это естественный процесс: пляж может размываться, намываться… Но раз его быстро смыло при относительно небольшом шторме — это первый признак того, что там не хватает пляжеобразующего материала. Пляж очень уязвим. Если, как говорят, сроют землю на 100 метров от берега, то, навскидку, лет на 100 лет лишат берег пляжеобразующего материала», — продолжает учёный.
Между тем проекты противообвальных работ и благоустройства пляжа ни рядовым горожанам, ни учёным не представлены — при том, что от последних требуется не просто ознакомление, а экспертиза и согласование проекта с оценкой его воздействия на окружающую среду.
Об этой проблеме учёные сообщили в Севприроднадзор, заинтересовалась ею и ФСБ.
В ответ на запрос силовиков генеральный директор ГУП РК «Крымгеология» Александр Топорков сообщил, что «работы ведутся в зоне катастрофического дефицита наносов и деградации пляжей.
А «разработка грунтов в указанных условиях недопустима без надёжного обоснования проектно-изыскательскими работами с научным сопровождением».
«Это не наша прихоть, такие работы регламентированы федеральным сводом правил (СП 277.1325800.2016 «Сооружения морские берегозащитные. Правила проектирования». — Ред.)», — говорит Юрий Горячкин.
Среди многих требований, которые нарушены при работах под Качей, учёные называют отсутствие генеральной схемы берегозащитных мероприятий, а также то, что берегоукрепительные работы проводятся без научного сопровождения.
Между учёными и строителями в таких вопросах ведётся вечная борьба, и побеждают в ней неизменно строители, сетует Юрий Горячкин.
Противообвальное террасирование в Немецкой балке
«Если посмотреть карту самых „горячих” точек в Крыму — они там, где строились берегозащитные сооружения. Вот где не строили — там нормально! А где построено — там проблемы», — говорит он.
Сейчас работы в Немецкой балке поставлены на паузу.
«Я был там вчера, там всё стоит, потому что приезжает прокуратура, приезжает ФСБ, Рыбинспекция, и строители несчастные вынуждены с ними объясняться, хотя дело не в строителях», — рассказывает Алексей Фёдоров, ведущий геолог «Крымгеологии».
Конечно, учёные предпочли бы оставить береговую линию нетронутой, но признают: террасирование — единственный способ обезопасить людей от обвалов. Но сейчас работы нужно прекращать — и возобновлять только с исполнением всех требований законодательства.
Сегодня специалисты говорят как минимум о двух серьёзных требованиях к проведению работ. Первое: грунт, содержащий пляжеобразующие материалы — а это примерно треть высоты обрыва, нужно не вывозить, а складировать и периодически подсыпать на пляж.
«Это понятно, что нужен на „Тавриду” грунт, но мы одно строим, а другое губим. Что важнее? На „Тавриду” в любом случае найдут материал, а здесь мы уже не восполним никак», — говорит Алексей Фёдоров.
«Конечно, они обрадовались — бесплатно строительный материал добывать. Где ж ты такое найдёшь — за недра везде нужно платить», — продолжает Юрий Горячкин.
Второе требование учёных: необходимо закрепить нижнюю террасу, иначе она будет по-прежнему размываться (особенно с учётом того, что пляж не будет пополняться и гасить волны), и в результате вернутся тот же вертикальный склон и те же обвалы. Это можно сделать, к примеру, с помощью решётчатых волногасящих камер.
«В любом случае вопрос требует тщательной проработки, просто надо соблюдать закон…» — заключает Юрий Горячкин.
Учёные Морского института гидрофизических исследований РАН располагают трёхмерной моделью этого берегового участка — такого, каким он был в октябре 2017-го. По нему можно с точностью до сантиметра изучать, как изменился берег.
Правда, счёт за эти изменения природа выставит не к их инициаторам, а ко всем севастопольцам и туристам, отдыхающим в этом диком уголке природы.
