Евгений Антонов,
владелец столярной мастерской
Я смотрел Первый канал, где целый сюжет был посвящен пенсионерам, работающим в столярном и мебельном производстве. Они там показывали дедов, которые шкурят какие-то детали, с машинками ходят...
Это большая физическая нагрузка. И человек после 60 должен быть просто молодым, чтобы выдержать такую работу.
Что может делать у меня в столярке пенсионер? Шкурить он не может, потому что он не видит, у него дальнозоркость — только в очках, а это некачественно. Доски он таскать тоже не может. Пилить на станке тоже не может. Он вообще ничего не может на столярном производстве. У него либо нет глаз, чтобы выполнять легкую работу — разметку и зашкуривание изделий, либо нет сил, чтобы целый день доски поднимать и засовывать их в станки.
Так что тот сюжет был абсурден. Я и сам не знаю, что буду делать, когда состарюсь.
Юлия Игонина,
администратор ресторана
У нас пожилые — это только техперсонал: посудомойщицы, уборщицы. На кухне пожилым, во-первых, тяжело физически, а во-вторых, они не хотят учиться. Они не мобильны, не готовы быстро реагировать на ситуации. Поэтому повара у нас - только молодые.
Мария Сергеева,
главный врач частной стоматологической клиники
У меня был опыт работы с возрастными докторами. И опыт, как по мне, больше негативный, чем позитивный. Во-первых, люди, чем старше становятся, тем меньше они готовы осваивать что-то новое. А стоматология — это быстроразвивающаяся отрасль, технологии быстро идут вперед. И когда доктор зависает на уровне 20-30-летней давности — это крайне тяжело.
Стоматология — это большая нагрузка на зрение, нагрузка на позвоночник, на ноги. И конечно это требует концентрации и мелкой моторики в руках. Все эти возрастные треморы, когда руки подрагивают, у нас неприемлемы.
У меня работал возрастной доктор. Почему мы с ней продолжали сотрудничать? Потому что многие пациенты к ней привыкли, ходили много лет, она была их любимый доктор. Но объективно я понимала, что доктора молодые уровнем значительно выше. Ей было 66 лет, когда ее не стало. Хороший стоматолог в возрасте – это скорее исключение, чем правило.
Всеволод Пелипас,
директор it-компании «СоларЛаб»
Мы готовы брать, нам все равно сколько лет человеку, если у него есть нужный опыт и знания. А вообще у нас разброс среди сотрудников очень большой — от студентов первого курса до 50+. Если у человека сохраняется способность учиться и развиваться, почему нет? Есть примеры в отрасли, когда люди в возрасте вполне себя нормально чувствуют на позициях, в том же Яндексе есть возрастные сотрудники.
С другой стороны, я еще ни разу не видел кандидата подходящей квалификации в возрасте старше 50 лет.
У нас просто it-отрасль поздно стартовала, только в 90-х годах. А в Штатах меня поразило, что в их понимании «синьор девелопер» - это реально седой дядька, который еще программил под какой-нибудь IBM 360. Они столько всего в этой отрасли видели. Но таких кадров немного совсем, а переучить пенсионера — нет, практически нереально.
Наталья Пархоменко,
управляющий отелем
Сразу говорю нет, потому что это динамичная, энергичная, быстрая работа. Это не работа статиста. Редко бывает, когда люди — горничные, техники, садовники — выдерживают такой график.
Я ничего не имею против возраста, но им уже тяжело работать на солнце, работать в быстром режиме. Есть исключения: один из 10 «энерджайзер» такой, что даст еще фору молодым. Кухонные работники тоже — только подсобниками, может быть... И то, это работа стоячая.
За стойкой администрации большинство людей — это 40-45 максимум лет. Здесь тоже нужны молодые, приветливые, активные. Это же поселение, выселение, высокий ритм.
Есть места, где, к примеру, пожилые официанты — такой у отеля стиль. Но люди на эту работу не очень-то идут, потому что тяжело.
Кирпиченко Алексей,
ведущий специалист по кадрам Севморзавода
Никаких проблем с трудоустройством пожилых у нас нет. Средний возраст сотрудников — за 50 лет. Хотя есть и молодые. В этом году из двух вузов пришли два выпускника инженера-судостроителя. В то же время буквально на этой неделе пришла пенсионного возраста женщина-инженер — мы тоже взяли на работу.
В основном возрастные кадры — это руководящий и инженерный состав. В цехах? Пенсионного возраста — уровня начальника производства.
У нас начальник судостроительного производства пенсионер. Но он такой пенсионер, очень подвижный, здоровьем пышет, трудится. Нареканий у нас к нему нет.
Наталья Наконечная,
инспектор по кадрам компании «Интерстрой»
В любом случае мы готовы таких специалистов брать, потому что у нас достаточно сотрудников предпенсионного возраста. У нас средний возраст не такой уж и молодой: людей предпенсионного и пенсионного возраста у нас много. Вакансий на сегодня каких-либо по предприятию нет, у нас все заполнено.
У нас инженерные и управленческие кадры. Но я честно скажу, я не представляю себе, как в наших субподрядных организациях, где работают бетонщики и каменщики, работают люди за 60. Как каменщик будет на высоте работать?
Михаил Хош,
директор сельскохозяйственного предприятия «Качинский+»
Мне все равно кто будет работать, главное, чтобы человек работал. На моем предприятии 60% работников — пожилые. Это связано с тем, что молодежь в сельское хозяйство палкой не загонишь ни за какие деньги. У меня есть люди, которые работают на виноградниках с 1963 года. На них все на предприятии держится.
Если бы была возможность выбирать, я бы конечно предпочел молодежь. Но пока я не вижу такую молодежь, которая работала бы так, как эти люди. Мы пробовали много раз, но не получается. Дело же не в физике, а в том, что пожилое поколение воспитано по-другому, они болеют за производство. Сколько не было молодых, работать они не хотят.
И это при том, что зарплата у нас такая, что с многими в городе может потягаться. Те, кто хорошо работает на виноградниках, порядка 40-50 тысяч зарабатывает. Понятно, что это сдельщики, не каждый так зарабатывает. На уборке, я думаю, мы выйдем на 50-55 тысяч, но это у тех, кто, как говорится, пашут как звери. Плюс условия: сегодня в поле было 55 градусов.
Я раньше думал, что это связано с какой-то социалкой, но нет. У нас в двух поселках молодежи — кучами ходят, но никто не хочет работать. Если идут на работу, то «я хочу охранником, сутки через трое, как-нибудь». Я не могу сказать, что все такие, есть и нормальные ребята. Но виноградники держатся на людях предпенсионного и пенсионного возраста.
Надежда Барскова,
начальник отдела кадров «Севэлектроавтотранса»
Нам нужны очень кондукторы, поэтому если у человека есть силы, мы с удовольствием его возьмем. У нас постоянный недокомплект кондукторов. Это такая вакансия, которая не требует особой квалификации. Главное — чтобы было здоровье и желание работать.
Водителей тоже берем [старше 60 лет], если он пройдет медкомиссию. По состоянию здоровья берем. Нам сейчас очень нужны водители автобусов. На троллейбусы — нет, не берем.
Там водители все-таки на пять лет раньше на пенсию выходят. Если водитель уже работал, он, конечно, может продолжать. Но переучиться в пожилом возрасте уже невозможно.
На технических специальностях, если человек, к примеру, электромонтер, работают более молодые. Потому что эта работа физически тяжелая. У нас сейчас средний возраст около 40-45 лет на предприятии – и пенсионеров много, и молодежи.
Анна Стельникович,
специалист по подбору персонала сети супермаркетов Novus
У нас работают люди в возрасте – продавцами и кассирами. Какие сложности? Если продавец за прилавком, тяжело на ногах стоять. Другие сидят за кассой, но некоторым в силу возраста и сидеть тяжело. Для нас разницы нет. Если приходит человек в возрасте, мы ему не отказываем. Адекватных, нормальных, желающих работать — все принимаем.
