Тема криминализации абортов бурно обсуждается нынче практически во всех кругах, которые в РФ принято называть «консервативными» — эвфемизм беспредельной готовности подработать на госзаказе. За запрет абортов вписываются не только экзальтированные пролайферы, но и самые одиозные звезды шоубиза: Певцов, Корчевников, Лепс. Они утверждают, что процедура сия есть подлое мерзопакостное убийство.
В обществе принято защищать то, что нельзя оценить рационально и «потрогать». Помимо различных «чувств» у нас рвутся защищать детей. Но не просто детей, а их нерожденные души. Масса тел, представляющих собой конгломерат из недоблоггеров и общественников, высокопарно рассуждают о ценности человеческой жизни. Однако стоит только этой жизни появиться, как уже все ее «в гробу видали». Никто даже не пошевелится вызвать полицию, если тебя средь бела дня будут резать ножом.
При этом наше общество одолевает кризис самодостаточности. Люди не знают, зачем живут, и в поисках ответа идут самым простым путем — размножаются. Не нужно получать образование, создавать проекты, издавать книги, строить заводы. Достаточно выплюнуть на свет свою копию, сфоткать и выложить в соцсети, чтобы набрать «лайков». Теперь ты состоявшийся «член» общества.
Вспомним школьные времена. В каждом классе были девушки, которых объединяла одна и та же судьба. Сначала они отличались эдаким девиантным поведением в классе. Оно выражалось в заливании в свое «корыто» дешевого бухла с последующей раздачей «рыбного пирога» всем присутствующим на светском рауте. Их нельзя назвать проститутками или классическими шлюхами — это скорее некие фрилансеры. Так как сами не имеют четкой базы «посетителей», а расценки разительно меняются: от банки энергетика до «покататься на «Жигуле».
После этих слов возникают ассоциации. Люди вспоминают фамилии тех, кто сидел с ними за соседней партой, расплываясь в высокомерной гнилозубой улыбке:
- На какой факультет пойдешь учиться?
- На семейно-строительный… Гы-гы…
И такие люди представляют не только семьи, где батяня пользует соседку, пока мамка целый день валяется пьяная, перемазанная козьим дерьмом. Чаще всего это «ячейки общества», которые по тем или иным причинам появились случайно. У них отсутствует не только умение воспитывать детей, но и желание. Они рожают просто потому что «надо». Эти семьи живут с вами на одной лестничной площадке. Могут работать в ФМС, Совмине, Госсовете, школе и даже больнице.
Увы, отсутствие воспитания нивелирует потребность к саморазвитию. Почему возникла такая прослойка общества — факторов много, которые подробно разложат по полочкам социологи. Нам остается лишь констатировать.
Возродившийся ныне десятилетиями тлевший тренд «цель женщина — только рожать» запущен теми, кто не умеет в жизни ничего, кроме болтовни. Куча дармоедов с плакатами по типу «Защити жизнь» всем нормальным людям только дает толчок развиваться дальше. А иначе можно превратиться в убогого активиста, который радеет за чужие жизни, но при этом не может устроить свою.
Удобно быть поборником чего-то абстрактного, потому как реальность может отделать по морде, и выставить тебя дураком не только перед обществом, но и перед самим собой.
Как говорил знаменитый Джордж Карлин, «Почему большинство голосующих против абортов, это те, кого бы ты ни в коем случае не стал (совокупляться)?». И в этом есть доля истины, которая отражает не столько внешнюю красоту «противоабортников», а несостоятельность собственной жизни. А это страшнее, чем гнилые зубы ваших одноклассниц.
В 2015 году в одной из крымских больниц безуспешно откачивали восьмимесячного ребенка.
Обыкновенная белогорская фемина, которая с помощью других ей подобных гомункулов настрогала шестерых детей, прибыла в один из районов нашего полуострова. Причина такого вояжа проста — детей у нее стало так много, что в деревенской мазанке под Белогорском не оставалось места. Поэтому логичным выглядело решение пораскидывать свой «отряд» по разным родственным гнездам со слезной просьбой присмотреть «на время». Чем же мамашка занималась все это время, помимо кочеваний по Крыму, так и осталась неизвестным, и в один черный день что-то пошло не так.
В приемное отделение ворвалась пожилая пара, на руках у мужчины был какой-то сверток. В ответ на его хриплый дрожащий стон «Помогите!» сразу запустился больничный механизм «вытаскивания с того света». Это оказался восьмимесячный ребенок. Массаж сердца, зондирование, стук по телефонным кнопкам для созвона с единственным дежурившим педиатром на районе, летящие со стола бумаги, мат медперсонала… Спасти шансов уже не было, а детская смерть — это всегда для больницы катастрофа.
На нас тогда обездвиженными зрачками смотрела безжизненная кукла.
Как выяснилось, пожилые родственники уложили ребенка спать, и с искренней заботой накормили бедное дитя до отвала. Однако, как это часто бывает, ребенок оказался перекормленным, и организм начал отторгать съеденное — восьмимесячное создание начало срыгивать. Увы, пища попала в дыхательные пути с последующим печальным исходом.
Глупо обвинять немолодую пару, которая из-за возрастных изменений могла и не расслышать сквозь сон сдавленный младенческий кашель. Но, в то же время, несчастные искренне плакали и винили себя, в том, что не уследили. И от их слез стало бы дурно самым черствым диванным циникам. Но зато весело было другому человеку — так называемой матери.
Эта «звезда» вломилась в отделение, конечно же, со слезами на глазах, стенаниями и криками «За что»? Сыграла она действительно отлично. На тот момент ей можно было поверить, искренне посочувствовать… пока она не рассказала историю своих скитаний. А детей у нее всего шестеро... было. Нигде не работает, сидит на шее то у своих родителей, то у «предков» своих прежних сношателей. Однако продолжала рожать. Почему? Никто не спрашивал у нее. Потому что ныне такие вопросы приравнены к экстремизму и женоненавистничеству. Да и некорректно на фоне такой то трагедии.
Трагедии?
На следующий день эта дамочка весело с кем-то галдела по телефону и вульгарно заливалась радостным хохотом на всю территорию больницы. На ее грязном, бугристом, крючконосом лице не было ни капли скорби.
«Помер Максим, да и черт с ним».
Можно, конечно, прикрываться «стрессовостью» ситуации и «психозом», пожалеть этот станок покалеченных судеб. Однако попытки ее оправдать выглядят до омерзения жалко. Особенно со стороны интернет-воинов психологии, которые не назовут ни единого клинического признака психоза без заглядывания в Википедию.
Аборт — процедура кровожадная, вызывающая у обывателя гнетущий, едва ли не инстинктивный страх. Эту медицинскую манипуляцию доступно и просто описал врач и по совместительству литератор Андрей Ломачинский. Только представьте.
Специальным металлическим «зеркалом» раздвигаются женские половые органы, для того чтобы вглубь проник инструмент, похожий на орудие средневековых пыток — пулевые щипцы с острыми угрожающе загнутыми концами. Ними безжалостно хватают маточный зев и начинают тащить. Пробрало? Это не все. Надо ведь попасть в матку, чью шейку начинают хладнокровно расширять различными металлическими палками, которые расширяют образовавшийся проход в «цитадель» до необходимого диаметра. И тогда в ход идет самый страшный инструмент — абортцанг. Это такие щипцы с окончато-зубчатыми концами, которые кромсают комок несостоявшегося человека. Образовавшуюся кашицу затем необходимо вычистить специальными кюретками. Кюретка — подобие ложки без дна, но с острыми краями, которые весело соскребают кровавый мусс с «опилками» прямо в тазик под ногами женщины.
Страшно? Еще бы. Для полноты картины можно сделать акушера-гинеколога пьяным, который с леденящей душу флегматичностью пакует мясные ошметки в черные мусорные пакеты. Но это уже, так сказать, на любителя.
Но не так страшна матка, в которой разворачивается подобные фильмы ужасов — намного хуже наблюдать такой хоррор в самом обществе. Там роль абортцанга играет судьба, которая властно шинкует человеческие жизни направо и налево. А все потому, что отдельная часть электората с воплями «Аборт — грех!» постоянно несется в роддом.
