Козловская Дарья Сергеевна родилась 23 ноября 1995 года в селе Хуторок под Саками, когда полуостров еще был автономной республикой в составе Украины. Пьющую мать лишили родительских прав в 2008 году. Отца Даша никогда не знала — его имя в свидетельство о рождении было внесено со слов матери. С 1 сентября 2008 года девочка переходит под крыло государства. Ее воспитанием занимались разные интернаты. В одном из интернатов Даше ставят ошибочный диагноз о серьезном отклонении в развитии. В последнем интернате, с которого начнутся все ее приключения, — Черноморская республиканская специальная общеобразовательная школа-интернат — диагноз меняют. Речь идет о ряде нарушений, связанных с тем, что её мать употребляла алкоголь.
Параллельно Дашу ставят на учет в государственном департаменте по усыновлению и защите прав ребенка, так как этот интернат участвовал в некой международной программе по усыновлению детей.
В июле 2011 года (на тот момент) 34-летний гражданин США Литтел Элвин Ли обратился в Черноморский районный суд Автономной республики Крым с заявлением об усыновлении Дарьи Козловской. Элвин живет в городе Пау-Пау (штат Мичиган) вместе со своей женой Даниэллой и четырьмя детьми. Материальные возможности семьи позволяли взять пятого ребенка: как следует из документов Апелляционного суда АРК [есть в распоряжении «Примечаний»],
семья Литтел на тот момент жила в доме площадью 251 квадратный метр с четырьмя спальнями, двумя ванными комнатами, гостиной, столовой, кухней, комнатой отдыха, комнатой для игр, гаражом на два автомобиля и приблизительным годовым доходом в 64 тысячи долларов.
Несмотря на это суд первой инстанции отказывает Элвину, аргументируя отказ тем, что разница в возрасте у его жены Даниэллы и Дарьи составляет менее 15 лет, что является законодательным препятствием для удочерения. Литтел не опускает рук и подает апелляцию, в которой просит указать именно его усыновителем и отцом Дарьи, так как разница в возрасте между ним и девочкой составляет более 15 лет.
В сентябре 2011 года Апелляционный суд отменяет решение суда первой инстанции и признает Элвина усыновителем Дарьи Козловской. Также суд удовлетворяет просьбу американца о смене имени девочки с ее полного согласия на Литтел Вайлет Даша (Littel Violet Dasha). В графу отец свидетельства о рождения вносятся новые данные — Элвина. Дата, место рождения, а также данные матери остаются без изменения. Украинские госорганы оформляют ей загранпаспорт и спустя какое-то время Даша улетает в США жить в новой семье. Из родных в Крыму у нее остался старший брат Александр Олейник, не имеющий материальной возможности оформить над девочкой опеку.
Еще до самого факта удочерения и отлета в Америку Даша виделась с семьей Литтел. Сперва, пока шли все судебные процессы, девочка общалась с будущими приемными родителями по интернету, затем они приехали к ней в Крым. В судебных актах указано, что девочке понравилась семья Литтел и она с нетерпением ждала окончания процедуры удочерения.
Но затем что-то пошло не так. Спустя пять лет жизни в Мичигане Даша улетела обратно в Крым.
Немногословная и замкнутая девочка в разговоре с «Примечаниями» не стала вдаваться в подробности, сообщив лишь, что американские родители отдали ее в интернат для умственно отсталых детей, где девочку заставляли работать — собирать дозаторы для бутылок за 30 долларов за выход (2-3 часа работы).
По ее словам, когда в преддверии 21-летия девочки чета Литтел решила перевести ее в интернат для умственно отсталых взрослых, Даша не выдержала и решительно заявила о своем желании вернуться в Крым. «Меня в интернате обижали», — говорит она.
«Примечания» связались с супругами Литтел и узнали их версию событий, но об этом позже.
В итоге после неоднократных заявлений о том, что оставаться в их семье Даша больше не хочет, Литтел сделали девочке подарок на день рождения, купив ей билет в один конец. Это было в 2016 году. Из США девочка прилетает в Санкт-Петербург, где ее встречает дядя со стороны матери. Там ей оформляют миграционную карту как иностранной гражданке — гражданке Украины.
Почему не США? Дело в том, что усыновление/удочерение не является автоматической причиной для предоставления гражданства.
В штатах Даша жила по гринкарте. Помимо этого из документов у нее было только украинское свидетельство о рождении и украинский загранпаспорт.
Обычный паспорт гражданки Украины она так и не получила, хотя и могла — улетала девочка, напомним, в 16 лет. Как сообщила «Примечаниям» Даниэлла Литтел, до получения американского гражданства Даше оставалось два месяца.
Из Санкт-Петербурга девочка ненадолго отправляется к старшему брату в Краснодар, после чего возвращается наконец в Крым. Спокойно себе живет два года, снимает комнатку в Севастополе вместе со своим парнем из Джанкоя, беременеет. И вот тут начинаются серьезные проблемы.
Даша понимает, что жить в Крыму только лишь по украинскому свидетельству о рождении и украинскому загранпаспорту, и тем более рожать и воспитывать ребенка, у нее не получится. Необходим паспорт гражданки России. Девушка идет в ФМС, где ей говорят — «вас надо депортировать». Правда куда – не ясно.
Миграционные служащие дают два варианта: либо ехать на Украину и оформлять там украинский паспорт, либо возвращаться в США, ведь гринкарта у Даши действует до 2021 года.
Выйти замуж за отца ребенка ей не позволяет не только негативное отношение его родителей, но и пресловутое отсутствие хоть какого-то паспорта.
Ехать на Украину ей некуда — девочка никогда там не жила, никаких родственников и тем более жилья у нее в незалежной нет. В Америку тоже не вариант. Просто потому, что Даша сама не хочет туда возвращаться. Получить крымский паспорт не помогают даже юристы — таких прецедентов на полуострове еще не было. ФМСники разводят руками. По словам волонтеров, которые помогают девочке с хождением по бюрократическим мукам, в миграционном ведомстве ей, шутя, вообще предложили поменяться местами.
А ведь уже этим летом Даше рожать.
Без российского паспорта, а соответственно и без полиса ОМС ни она, ни ее ребенок не смогут получать стабильной бесплатной медпомощи — только за немалые деньги. Помочь Даже хотят ее приемные родители, но как – не знают.
Принимать их помощь похоже не хочет и сама Даша. По ее словам, контакта с семьей Литтел уже нет. Так как история, рассказанная Дашей, о нехороших американцах звучала странно, мы решили найти чету Литтел и расспросить о их версии событий. На вопрос — есть ли у Даши ссылки на их профили в соцсетях — девушка ответила, что таковых не имеется. Ни скайпа, ни номеров телефонов, ни каких-либо других контактов по ее словам у нее нет.
Но «Примечания» нашли семью Литтел.
Мы смогли найти информацию о Элвине Литтел из Мичигана, который работает преподавателем в школе Edison в городе Каламазу. В приемной школы нас связали с мужчиной — находка подтвердилась, это оказался действительно приемный отец Даши. Позже к нашему диалогу подключилась и его жена Даниэлла.
Сообщение о том, что Даша обвиняет их в сдаче в интернат «для умственно отсталых», повергла обоих Литтелов в шок.
По словам Даниэллы, девочка говорит неправду: они старались сделать все, чтобы она чувствовала себя дома, в семье. Но жизнь в Америке была для Даши слишком активной.
«Ей не нравилось, что мы не давали ей той свободы, которой она хотела, — говорит Даниэлла. — Она принимала не очень хорошие решения по поводу мальчиков, и мы действительно о ней беспокоились. Даша несколько раз связывалась с мужчинами, в том числе женатыми, рассказывала им о том, где мы живем, о сестрах, подвергла нашу семью опасности. Вся наша семья занимается спортом, ей занятия не нравились. Мы все любили друг друга, но она никогда не была счастлива, - продолжает Литтел. - В какой-то момент мы пошли с ней на консультацию, выяснили, что похоже было поздно перевозить ее в 17 лет в другую страну и ожидать, что она приспособится».
Даниэлла говорит, что девочка любит концентрацию внимания, и жизнь в большой семье ей не подходила. У нее был любимый учитель, ей нравилось общаться с дедушкой Даниеллы и его подругой. Когда Даша оставалась наедине с кем-то из близких, все было хорошо. Но когда вся семья собиралась вместе, Даша замыкалась и порой подолгу вообще не выходила из своей комнаты.
В конце концов девочка стала проситься обратно в Крым.
«Мы молились о том, чтобы это прошло, чтобы она почувствовала себя частью семьи, говорит женщина. — но этого не произошло. На ее 21-й день рождения мы решили наконец сделать столь ожидаемый ею подарок — мы подарили ей билет обратно. Это был не наш выбор, она хотела двигаться дальше, и у нас не было возможности сказать ей «нет».
Когда при подготовке материала мы обсуждали ситуацию с другими журналистами, звучали предположения, что само удочерение девочки с ее диагнозом американцам было выгодно — якобы могут быть различные бонусы и денежные пособия. В ответ на эти предположения Даниэлла ответила, что в таком случае они были бы худшими коммерсантами в мире.
«Она вообще не получала никаких пособий — Даша не считалась гражданкой США. На ее удочерение мы потратили более 50 тысяч долларов. Мы продавали ценные вещи, собирали деньги и списывали наши банковские счета.
Мой муж провел 12 недель на Украине, я провела пять, - рассказал Даниэлла. - Мы оставили наших четырех молодых дочерей дома. Что касается ее инвалидности, в Украине меня пытались заставить сказать в суде, что она умственно отстала [чтобы повысить шансы на положительное решение]. Я бы не сказала этого, потому что она была там, и я не хотела, чтобы Даша слышала или думала, что это правда. При этом мы не выдумывали ее инвалидность, она реальна», - пояснила она.
Элвин Литтел заверил, что школа, в которую ходила Даша, не является специализированным учреждением для умственно отсталых детей.
«Она посещала школу, как каждый студент в США, — сообщил Элвин. — В этой школе она получила дополнительную поддержку из-за ее инвалидности.
У нее было это от рождения, от ее матери. Когда она закончила эту школу, она получила еще дополнительную поддержку. Дополнительная школа помогла обучить ее для дальнейшего трудоустройства», - объясняет он.
Слова Даши о том, что никаких контактов с американскими родителями у нее не осталось, оказались неправдой. Даниэлла скинула около 40 скриншотов переписки с девочкой, где последняя еще в марте отправляла приемной маме УЗИ-снимки плода и активно переписывалась. Еще пару месяцев назад девочка писала, что скучает, но уже в апреле выходить на связь перестала.
На наш вопрос — готовы ли супруги Литтел принять Дашу обратно в семью или разногласия сожгли все мосты, Даниэлла ответила:
«Я не думаю, что она даже захочет вернуться сюда, — говорит Даниэлла. — Я не могу сказать «да» или «нет», мы действительно должны молиться из-за этого [невозможности простить и принять обратно]. Она не является гражданином, поэтому мы будем финансово ответственны за всю ее медицинскую помощь. Плюс очевидно, что я ей больше не доверяю. Мне нужно быть уверенным, что наши другие дочери будут в безопасности».
Сама Даша подтвердила слова Даниэллы — на вопрос, вернется ли она в США, если Литтел позовут ее обратно, девочка ответила «нет».
Помочь Даше сможет разве что огласка этой истории: возможно о ней прочитают более опытные юристы и смогут подсказать варианты решений.
