В разгар летнего сезона Фиолент манит любителей покупаться в чистом прозрачном море и диких туристов, облюбовавших это место для вольной жизни на свежем воздухе. Меккой палаточников стал мыс Виноградный, чья территория относится к Херсонескому заповеднику. Но со временем самодельные жилища, уютно расположившиеся под фисташковыми деревьями на скальных полках, превратились в пугающее гетто.
Все начиналось с безобидных палаток. Одни резиденты сменялись другими, некоторые облюбовали этот укромный уголок для постоянного обитания. Несколько лет назад вниз стали сносить сначала предметы быта, потом кровати, диваны и разную мебель.
Среди деревьев начали появляться неказистые деревянные постройки.
Постепенно в месте, где нельзя разбивать палатки и разводить костры, сформировалось маленькое поселение. Сейчас там уже есть генератор для дискотек и танцпол. Этим летом принесли газовый баллон и собираются установить плиту.
.jpg)
Весной одна из построек сгорела, очистить место пожара ее жители не потрудились. Пожарище с кучей горелого мусора еще долго будет украшать побережье.
Спокойная жизнь на свежем воздухе и недорогой алкоголь расслабляют. Выносить в специально отведенные места отходы своей жизнедеятельности туристы и постоянные аборигены не торопятся. Да и мест таких на Фиоленте, в общем, нет. Поэтому сгнившие матрасы, остатки палаток, старая обувь и одежда, многочисленные бутылки от пива и боярышника просто складируются в кустах.
Недавно «Примечания» уже писали о том, как активисты проводили субботник на этой территории.
Но запасы мусора постоянно пополняются. Даже самых аккуратных обитателей хватает только на то, чтобы зарывать ставшие ненужными вещи в ямы или собирать в большие кучи и сжигать.
Мы поинтересовались у местного жителя, живущего поблизости в дачном кооперативе, какие люди живут среди фисташек. И удивились, услышав, что людей без определенного места жительства там мало.
«Основной костяк маргинальной тусовки — это около 30 человек, крымчане или приезжие, — рассказывает он. — У них есть место прописки или свое жилье, но нет постоянной работы. Они переезжают в свои "летние резиденции" на мыс Виноградный просто потому, что им там хорошо "тусоваться". На палатках висят объявления с просьбой пожертвовать им продукты питания, сигареты или что покрепче. Как говорится: "настоящему индейцу завсегда везде ништяк"».
«Фиолент уже стал одним из неблагополучных районов, продолжает наш собеседник. — В садовых товариществах нелегально живут приезжие с Украины, Молдовы, Таджикистана, приехавшие в поисках лучшей жизни. Как правило, лучшая жизнь — это работа на местных стройках. Я сужу не по национальности, это не главный фактор, просто от них исходит какая-то дикость и угроза».
Центром социального притяжения для этих людей стал магазин на Маяке: там недорогое спиртное, можно уютно расположиться и выпить на лавочках, стрельнуть сигаретку, а бутылки скинуть с обрыва вниз».
Не маргинальные туристы это подтверждают.
Владимир (г. Челябинск): «Несколько лет назад я увидел в социальных сетях фотографию пляжа Маяк на Фиоленте. Меня привлекла его невероятная красота. Мы решились на долгий путь в Крым только ради того, чтобы побывать в этом райском месте.
Первое впечатление от 5-го километра и дачных кооперативов Фиолента — запустение, свалки, грязно, ветер треплет на обрывах рваные пакеты, везде бутылки и окурки. Но захватывающий дух вид с обрыва и море оправдали наши ожидания. Мы спустились наугад, нашли свободную поляну и разбили палатку.
Наша радость длилась недолго — как только спала жара, началось веселье, заиграла гитара, со всех сторон раздавались пьяные крики, нетрезвые посетители приходили к нам в гости с просьбой дать что-нибудь выпить или покурить.
В результате, утром мы ушли в поисках места поспокойней. Но, несомненно, Фиолент — это бюжетный способ отдыха с палаткой, особенно для людей, редко видящих море».
Елизавета, 32 года (г. Севастополь): «Мы с мужем иногда любим отдохнуть с палаткой возле моря, особенно в районе Фиолента. Несколько раз останавливались по соседству с "индейцами". Сами стоянки были довольно чистыми, на их территорию забрели один раз, о чем сразу же пожалели, увидев кучи грязи и старых вещей с мусорки для обустройства быта. Запах перегара там держится устойчиво даже на свежем воздухе.
Мы видели, как они расставляли сети в море, вылавливали рыбу и собирали мидии. Кстати говоря, перед их владениями висит пиратский флаг, что говорит о наличии чувства юмора.
Проблем у нас с ними никаких не было. Но очень неприятно всю ночь слушать дикие крики мужчин, пьнствующих напропалую. Ночью к ним ходят в гости разные люди, и, как правило, они тоже навеселе.
Сейчас у нас маленький ребенок, и с ночевкой туда мы не пойдем. Страшновато. Мы ездим отдыхать в Любимовку и Немецкую балку.
Я считаю, что навести порядок на склонах Фиолента просто необходимо, расчистив это прекрасное место от мусора и бездомных людей. Пока оно притягивает только подобную аудиторию».
В этой палатке все прошлое лето жила молодая семья с двумя детьми. По рассказам местных жителей, где-то на Фиоленте у них есть свой или съемный дом. Пока родители отдыхали, маленькие дети бегали без присмотра, предоставленные сами себе, в палатке стоял «бульбулятор», а прямо на проходе к морю — детский горшок.
Как только похолодало, они уехали, оставив вонючую свалку вещей. В начале июня местные активисты ее убрали, заодно расширив и благоустроив проход к морю.
Алкоголь и крутые осыпающиеся склоны — не самый удачный коктейль: по слухам, на Фиоленте разбивается по 20 человек в год.
Александр (г. Севастополь): «Сегодня при очередном вечернем спуске на тропе нас поджидал "сюрприз" — тело упавшего вниз и разбившегося вдребезги мужчины. Прибывшие спасатели рассказали, что только на майские праздники в этом году на Фиоленте погибло три человека».
Причины падений разные, но последствия почти всегда печальны.
«Бывает, что просто неопытный человек оступается, по пьянке некоторые катятся, по глупости лезут в опасные места, и просто камни на голову прилетают, — рассказывает Александр. — У меня друга так в палатке на Фиоленте насмерть присыпало».
Владельцы мини-отелей, которых много в дачных поселках над обрывами, от всего этого не в восторге, но делать ничего не хотят — их хата во всех смыслах с краю.
«Конечно же, мне не нравится, что там творится, — признается один из них. — Но делать с этим я ничего не хочу. Пусть эту проблему решают городские власти или молодые небезразличные».
Почему те, кто зарабатывает на красотах Фиолента, равнодушны к экологии и безопасности этого места?
Наверное, по той же причине, по которой они не могут скинуться и заасфальтировать дороги внутри садовых товариществ, собрать деньги на установку лестниц в опасных местах и организовать постоянный вывоз мусора.
Лишь единицы местных садовых товариществ и дачных кооперативов заключают договор на вывоз твердых бытовых отходов, остальные утверждают, что никакого мусора они не производят. В результате — на обочинах Фиолента годами копятся свалки из строительных отходов, старой сантехники и окон.
Немногочисленные баки возле магазинов и нескольких кооперативов наполняются мгновенно как поднимающимися с пляжа туристами, так и жителями окрестностей, которые тайком подкидывают свой мусор туда или в ближайшую лесополосу.
Что это — неспособность к самоорганизации? Советская привычка надеяться на государство, которого давно нет? Постсоветская разобщенность и отчуждение? Слепая жадность? Или сознательное нежелание делать Фиолент более привлекательным, чем он есть?
Кстати, последнее не так уж невероятно — антропогенная нагрузка на эти скальные полки и отмели внизу действительно слишком велика. Да и наверху ее много.
Что же надо изменить, чтобы Фиолент не утонул в бутылках и окурках?
Мнения местных жителей и общественников расходятся. Первые считают, что если благоустроить спуски, то количество желающих искупаться превысит допустимую норму и инфраструктура Фиолента такой нагрузки не выдержит. Лучше развивать и благоустраивать пляжи вне городской черты — в Любимовке и на Каче.
Но, скорее всего, и жители Любимовки с Качей, точно так же заваленных мусором, пошлют «лишних» туристов куда-нибудь подальше. Например — на Фиолент. Потому что каждый живет по принципу «моя гостиница заполнена — и хватит», мини-отели работают в тени, централизованно потоки туристов никто не регулирует.
Общественники, чей энтузиазм кажется местным жителям чем-то вроде «полезной глупости», предполагают, что на мысе Виноградном должен быть городской парк — с жестким регламентированием установки палаток, количеством посещений и охраной правопорядка.
Катерина Пименова, общественное движение «Друзья Фиолента»: «На этой территории мы проводим субботники два раза в год. Убираем в основном за туристами в палатках, за любителями выпить на обрыве и мусор на пляже после штормов. Сегодня уникальную ценность природного и культурного наследия Фиолента понимают немногие. Это одна из жемчужин Севастополя, погибающая в мусоре и застройке. Замусоренность побережья Фиолента бытовыми и строительными отходами с каждым годом только растет, нет налаженной системы вывоза отходов с дачных кооперативов. Мы можем наблюдать чрезмерные рекреационные нагрузки на отдельные участки побережья, активную коттеджную застройку вдоль кромки обрывов, перекрытие доступа к тропам, идущим вдоль берега. Поток диких туристов на мысе Виноградном следует ограничить, или закрыть это место для дикого отдыха совсем, оставляя туристам возможность только пеших прогулок. Здесь прекрасно вписалась бы эко-тропа с дизайнерскими указателями, площадками для фотографирования и скамейками в тени фисташек».
Надежда, местный житель: «Обратите внимание, что на Фиоленте проблемы с навигацией. Как пройти к морю с той или иной остановки, знают только севастопольцы или туристы-завсегдатаи. У меня есть идея сделать информационные таблички с подробной информацией о возрасте скалы, о деревьях, насекомых и травах Фиолента, об его удивительной истории. Я заметила, что туристы слушают рассказы об этом с большим вниманием и удовольствием. Здесь просто необходимо грамотно продумать указатели, возможно, будет полезен даже путеводитель по Фиоленту».
