«Национальная идея, по Солженицыну — это сбережение народа. Главное в нём — работа педагогов и медиков. Но именно её целенаправленно уничтожают, — пишет он у себя в Facebook.
Сюжет из Крыма, из которого, как говорили, хотели сделать образец. Ну-ну. С температурой беременная девушка Таня обратилась за медицинской помощью. Сначала — «скорая», потом скитания по двум больницам. Наконец, больница им. Семашко, главная крымская, где что-то делали, а потом решили: мол, в госпитализации не нуждается. Но причина в другом — у девушки не было документов, с ней не захотели возиться. Таня вернулась домой, ей вновь стало хуже — и опять всё по адскому кругу. После скитаний, уже в перинатальном центре Симферополя ей сказали, что ребёнок погиб. Потом умерла и Таня. Спасать надо было той ночью, когда она оказалась на улице…
Но в больнице им. Семашко спасти Таню не захотели. Сейчас врачи говорят, что Таня сама отказалась от госпитализации. Правда, следственный комитет считает иначе.
В больнице ей отказали в госпитализации. Той самой больнице, где бухгалтер выписывает себе зарплату в 650 тысяч, пока сокращают санитарок и медсестёр, а тем, кого оставляют, платят по 8-10 тысяч.
Гнилая система. Многое тут зависит от личного фактора. У меня были случаи, когда я привозил в больницу им. Семашко людей без документов — им помогали. А вот Тане, беременной, не помогли. Врачи оказались другими.
Сейчас винят их — врачей. Но винить надо, прежде всего, чиновников, создавших такую систему. Систему, в которых педагогов и врачей намеренно расчеловечивают — нищетой, бюрократией, равнодушием. Это — людоедская система, в которой жертвы — и пациенты, и врачи.
В Севастополе, например, прямо сейчас бунтует коллектив "скорой помощи". С Нового года им урезали зарплаты, уволили заведующих подстанциями, не платят стимулирующие. Управляет этим адом Надир Ахмеров, которого в июне прошлого года уволили после проверки о хищениях средств на 92 миллиона, но в декабре восстановили.
За последние годы севастопольская "скорая помощь" была фактически уничтожена: сокращения, неучет наркотических средств, отсутствие семинаров и совещаний, ликвидация медсестер, закупка бесполезного оборудования и медикаментов и т.д. Люди в отчаянии. Они требуют спасти "скорую помощь".
Так же бунтуют сейчас в Керчи и педагоги. У школ там новые боссы — из Калининграда. Они экономят на продуктах для детей: меньше молока в кашу, в котлеты – плохое мясо и т.д. Не платят зарплату. Сотрудники школ не могут смириться с этим беспределом. Но кому до них есть дело, когда бабки пилят, щепки летят?
И такого зла нынче хватает. О каком сбережении тут речь? Нет, идет другое — геноцид народа. Да, геноцид — громкое слово, но это не обязательно строительство концлагерей. Для геноцида достаточно системно убивать медицину и образование. И убить. Чтобы беременные в тапках оказывались в ночи, на холоде.
Что дальше? Еще помолчим? Замнем?»
