В сентябре под Балаклавой проходит Крымский военно-исторический фестиваль с участием римских легионеров и средневековых рыцарей. Но окунуться в средневековье можно и бесплатно, причем круглый год: буквально рядом в пригородных селах Севастополя царит настоящий феодализм. Земли, которые раньше использовали для выпаса скота, озера, где купались местные жители — все продано с молотка и огорожено новыми лендлордами. Работы нет, совхозы развалены, а если и есть, местные царьки платят за нее копейки.
Жители пригородов рассказали «Примечаниям», почем фунт сельского рая.
Гончарное
Варнаутская долина одна из самых живописных в Крыму. Здесь всегда прохладнее, чем в Севастополе, отсюда рукой подать до Южного берега и моря, поэтому здесь немало добротных особняков. Кинешь взгляд, пролетая по трассе — благодать. Но вблизи расположенные здесь села, Гончарное и Резервное, оставляют впечатление заброшенности.
Дворнику в Гончарном уже полгода не платят денег, поэтому село тонет в мусоре: замусорены и сельский клуб, и пятачок вокруг магазина и кладбище. Само кладбище разваливается, детская площадка стала ночным парламентом для алкашей, дороги — ужасные.
Отдельный разговор — местная начальная школа: потолок сыпется, водопровода нет, туалет на улице. «Там все держится на добром слове», — сетует жительница села Лиля Миронюк. Детям постарше приходится ездить в школу в Орлиное, а малышей возить в детский сад в Первомайку. Но если для школьников есть автобус, то дошколята — проблема родителей. Прямых рейсовых автобусов в Первомайку нет, дорога занимает очень много времени. О кружках и секциях сельчанам можно лишь мечтать: сельский клуб находится в упадке и постепенно разрушается.
Сельское хозяйство, по мнению жителей деревни, в полном упадке. Воду в Гончарном дают по графику, на развитие подсобного хозяйства ее объемов не хватает, не говоря уже о фермерстве.
Фото: Александр Железняк
Обещания газификации жители Гончарного слышат десятилетиями. Отапливать дома дровами, углем и электричеством дорого, а собирать дрова в лесу запрещено. «Куда мы ни обращались — в сельсовет, к Меняйло — одни отписки и обещания», — возмущаются жители.
В Резервном хуже: ни магазина, ни клуба, даже лавочки на остановке там нет. Автобус к ним приезжает всего один раз в день.
Широкое
Соседняя Байдарская долина еще красивее: с виду Швейцария. Но проблемы у людей тут, скорее, африканские.
.jpg)
Как и во всей Байдарской долине, в Широком нет газа. Дрова стоят 10 тысяч за КамАЗ, а на отопительный сезон требуется две машины — дорого. Можно купить уголь, но тонна угля стоит 11 тысяч. Топить электричеством не вариант: накладно, да и сети старые, не потянут. Чтобы дожить до весны в тепле, селяне вырубают на реликтовый лес. Если не решить проблему отопления (хотя бы обновить электросети), вскоре вместо лесов, которые окружают Широкое, останутся одни пеньки.
Садик в Широком при Украине отдали под жилье пяти местным семьям. Возить малышню в Орлиное и Первомайку родителям накладно: автобус ходит всего два раза в день. В результате 98 дошколят вынуждены сидеть дома.
Аптеки нет, зато есть медпункт без фельдшера — его заменяет пожилая медсестра из местных, работающая там несколько десятилетий.
Есть клуб, но потолки там осыпаются, столярка и полы гниют, нет малейшего намека на то, что там намечается ремонт. Местные жалуются, что в Широком нет даже телевидения, сигнал не доходит.
А еще в Широком гибнет озеро. Удивительное дело: в двух шагах — Чернореченское водохранилище, питающее водой весь Севастополь, а воду в селе подают по графику. Вот народ и качает воду для своих нужд из небольшого живописного сельского озера. Если не решить вопрос с водоснабжением, через несколько лет оно может высохнуть.
Передовое
Это — тоже Байдарская долина. Рядом с селом водопад Козырек и Чернореченский каньон, отсюда идет дорога на Кабаний перевал, здесь очень красиво. И все те же проблемы.
В Передовом нет уличного освещения и такие же парадоксальные проблемы с водой. Дают ее по графику, потому что два озера, где селяне купались еще детьми, оказались в частных руках и к ним новые хозяева бесплатно не подпускают. Причем одно из этих озер хозяева зачем-то осушили. Опять-таки, рядом с селом — Чернореченское водохранилище, а с водой катастрофа.
Отдельная и большая проблема — кладбище. Пять кв м по закону РФ гражданам должны давать бесплатно, но в Передовом свои порядки. «Приехали какие-то хозяева, захватили кладбище и теперь берут 15 тысяч, — возмущается местный житель. — Сосед хоронил позавчера мать, заплатил сначала 12 тысяч, потом ему сказали: плати еще три. За что? При Украине мы платили в сельсовет госпошлину 25 гривен. Не вопрос, какую-то небольшую мы заплатим, чтобы там кто-то ходил, убирал бумажки. Но не 15 же тысяч! Если завтра я умру, где моя жена возьмет эти деньги?»
Детской площадки в Передовом нет, малыши вынуждены играть на центральной площади, где постоянно ездят машины. Все те же проблемы с отоплением. Работы в селе нет: в сезон многие уезжают работать на ЮБК.
Если в других селах клубы требуют капитального ремонта, то в Передовом он просто лежит в руинах. Когда-то, еще при Украине, здесь решили сделать ремонт крыши и разобрали ее. Теперь в самом центре села стоит заброшенное здание без крыши. Внутри клуба — свалка. Такая вот культура.
Клуб в селе Передовое под Севастополем. Фото: Надежда Исаева
Детского сада здесь тоже нет, а отвезти ребенка в Орлиное, где он есть — это 100 рублей в день, или 2200 рублей в месяц. Для многих это накладно, потом что многие получают по 5-8 тысяч.
Орлиное
Социальный, торговый и культурный центр Байдарской долины. Здесь строят дорогие дома, варят пиво на местной воде (на нехватку которой тут тоже жалуются), есть храм, бензоколонка, единственная на всю долину больница (которую хотят закрыть) и даже рестораны (для обитателей дорогих домов и залетных автотуристов).
Но есть и отдельные недостатки. Например, в Байдарской долине всего два участковых. Жители Орлиного говорят, что в экстренных случаях (например, массовая драка с кавказцами, которые работают на ЮБК, но живут в Орлином и пристают к местным девушкам) приезжает наряд полиции из Балаклавы. Но только через 40 минут, и это в лучшем случае.
Высокий статус Орлиного подчеркивает тот факт, что в долине это единственное село, где «Примечаниям» пожаловались на отсутствие канализации. «Вы побывайте около нашей больницы: вонь такая, что просто невозможно находиться», — манит на экскурсию местный житель Юрий.
Мусор тут вывозят редко и диковинным для современных городских людей советским способом: по улицам в семь утра ездит мусорная машина и люди выносят мусор. Не успел — все, завтра в том же месте в тот же час. А баков — например, у многоквартирного дома, который имеется в Орлином — нет.
А еще Балаклавский ГУПС (Байдарская долина относится к Балаклавскому району Севастополя) не внес многоквартирные дома этого села в план по капремонту. Хотя строились они еще в 50-х годах прошлого века.
И конечно же, в Орлином, как повсюду в Байдарской долине, нет газа. На встрече с кандидатом в депутаты Госдумы, лидером общественного движения «Служу Севастополю» Олегом Николаевым люди жаловались: покупают газовые баллоны по тысяче рублей, а заправляют их плохо, поэтому хватает такого баллона всего на неделю. Получается, в месяц за газ жители, по их словам, вынуждены платить по четыре тысячи. Просто невероятно.
Терновка
Село расположено вдоль трассы Хмельницкое — Красный Мак — Бахчисарай. Добираться сюда удобно: дорога транзитная, оживленная, с общественным транспортом больших проблем нет. Туристам нравится стартовать отсюда к пещерным городам, к Чернореченскому каньону. Но если тут жить, столкнешься с некоторыми особенностями.
Еще в советские времена местный колхоз «Память Ленина» начал строить многоквартирный пятиэтажный дом по адресу ул. Ленина, 8. Но не достроил: прошло 25 лет, а канализации в пятиэтажке до сих пор нет. И отопления тоже. Свет и воду жители дома проводили сами. Отапливают они себя тоже сами: кто кондиционерами, кто электрическими котлами.
Два раза в неделю в Терновку приезжает выездная аптека. Но медикаменты там продаются самые элементарные, вроде цитрамона и аспирина — за чем-то посерьезней надо ехать в город.
Сельхоземель вокруг нет — все продано. «Придумали каких-то рейдеров, и друг на друга валят ответственность. Но это так для словца, а земли распродают все двадцать лет», — рассказывает Валентина, жительница Терновки.
Она рассказала, что колхозники, проработавшие всю жизнь, получили пай земли вокруг села. Но недавно выяснилось, что каким-то неизвестным людям выдано по 8-10 паев. Так, на якобы проведенном общем собрании, которого на самом деле не было, некоему Алексею Хату досталось восемь паев и двухэтажное здание в центре села — всего за 9 тысяч гривен. А колхозники не получили ничего, потому что все паи списывали с колхозников на других людей по поддельным сертификатам и протоколам.
Родное
Укромный уголок в распадке над Чернореченским каньоном. Когда-то здесь были знаменитые на весь Севастополь черешневые сады, собирать урожай с удовольствием ездили сюда школьники и студенты. Но с тех пор много воды утекло — так много, что в Родном ее сегодня просто нет. В прямом смысле этого слова.
«Примечания» уже писали о том, что семья крупнейшего застройщика Севастополя Павла Лебедева устроила настоящий геноцид в этом селе, отобрав у его жителей весь естественный водосток. Питавший село источник теперь питает только частную базу отдыха, а к двум озерам никого не подпускают: они приватизированы и огорожены. Воду дают два разу неделю, по графику, но и то до многих жителей вода не доходит и они вынуждены возить воду в пятилитровых баклажках из города. Родное, в прямом смысле, умирает от жажды.
Школа, садик, больница, аптека — забудьте, социалки в Родном нет вообще.
Дорога здесь ужасная, яма на яме. На дорогу эту идет сумасшедшая нагрузка — весь день по ней снуют туда-сюда три бетономешалки: по мнению местных жителей, в стены домов у дороги потрескались именно от этого.
Живописный водопад Мердвен-Тобе над гротом Коба-Чаир попал частные руки и практически уничтожен, вокруг него вырублен лес и все разрыто. По всей видимости, его хотят превратить в еще одно озеро. Самое удивительное, что земля, на которой находится водопад, каким-то образом тоже оказалась в частных руках.
«23 года власть разворовывала все, но на манеже все те же. Сейчас все лучшие виды выкуплены Лебедевым», — возмущаются жители села.
Первомайка
Пригород под Федюхиными высотами, в самом центре Балаклавской долины. Место не проезжее, даже среди севастопольцев не все его знают, и это по-своему хорошо. До города отсюда рукой подать — рядом Балаклава, Сапун-гора и Инкерман. Есть детсад. Но жители считают Первомайку запущенной.
Работы в Перовмайке нет, все ездят в Севастополь. Проблемы с водой. Освещена только центральная улица.
Детский сад в Первомайке пришел в упадок: люди сами приносят в песочницы игрушки, чтоб детям было чем играть. Двор садика не заасфальтирован и весь покрыт камнями, пылью и грязью.
Проулки, как и почти везде в селах, грунтовые, летом машины и ветер поднимают тучи белой известковой пыли. Селяне просили начальника департамента Балаклавского района Сергея Седых организовать полив улиц, но просьба осталась без ответа.
Фронтовое
Фронтовое относится к кусту сел, входящих в муниципальный округ Верхнесадового. Это граница «Крымского ханства», визуально это уже окрестности Бахчисарая, но административно — все еще Севастополь.
Типичные изваяния скал в окрестностях Фронтового указывают на близость Бахчисарая, но это еще Севастополь
Отсюда транспортные проблемы: автобус стоит 40 рублей в одну сторону. Перевозчик схитрил — конечная станция маршрута не Фронтовое, а Красный Мак, а это уже территория Республики Крым, стало быть, рейс междугородний.
Севастопольские коммунальщики здесь не работают, хотя исправно собирают с жителей дань. Водопроводчика невозможно дождаться несколько дней, в подвалах многоэтажки на Юбилейной, 2 — гнилые трубы, горы мусора.
Уличного освещения в этом селе нет, по ночам тьма египетская. Присутствия какой-либо власти местные жители не ощущают, на жалобы и обращения от чиновников даже отписки сюда не приходят.
Говорят, хочешь понять страну, поезжай в деревню. К Крыму и Севастополю это относится в полной мере. Здесь прекрасно все, что создано природой, но плоды рук человеческих давно в упадке. Села радуют глаз из окна машины, особенно если ты чиновник на дорогом внедорожнике, глотающем полуметровые ямы. Но остановитесь, поговорите с людьми — и вы всюду увидите следы катастрофы, прокатившейся здесь в последние четверть века.
По масштабам она сравнима с атомной войной: руины коровников, остовы цехов и котельных, прах забвения в пустых глазницах клубов и школ, давно не слышавших детского смеха. Жизнь — там, в городе, туда все едут работать и учиться, а здесь… Здесь время остановилось и все вокруг медленно пожирает энтропия. Имеющая порой вполне конкретные имена и фамилии.
По форме подъезда брежневки во Фронтовом легко опознается Севастополь 70-х. Тогда государство активно стирало грань между городом и селом. Сейчас государства тут просто нет. Фото: Александр Железняк
Да, местами новые собственники возрождают фруктовые сады, устраивают рекреационные зоны. Но что с того простому жителю села? В огороженные частные райки ему хода нет. Общего вида этих мест богатые усадьбы пока не меняют: их владельцы, как правило, не раскошеливаются даже на то, чтобы залатать дыры на примыкающей к их воротам дороге. Наверное, им приятен этот контраст.
В идеале севастопольские села могли бы не только прокормить себя, но и обеспечить город овощам, фруктами, мясом, пополнить бюджет города. Природа здесь словно создана для развития круглогодичного туризма, для экологичного фермерства. Однако по факту видишь только лица этих добрых несчастных разоренных людей, оставшихся без работы, без перспектив, элементарной инфраструктуры и коммуникаций. Эти лица в основном пожилые.
