Как стало известно «Примечаниям», по меньшей мере, четыре заправки государственного унитарного предприятия «Городской автозаправочный комплекс» (ГАЗК) закрылись из-за массового отказа сотрудников выйти на работу. Отказ вызван длительными невыплатами зарплаты.
Напомним, 18 февраля вице-губернатор Илья Пономарев на встрече с работниками предприятия, принадлежавшего при Украине структурам Игоря Коломойского, пообещал, что текущие зарплаты будут выплачивать в срок. А долги за последние полгода погасят в течение двух с половиной месяцев — когда продадут землю под неработающими заправками на ул. Токарева и ул. Челюскинцев.
Объекты эти были предварительно оценены в 12 млн рублей. По информации работников предприятия, руководство ГУП уже начало готовить документы для продажи, но с этим возникли некоторые проблемы.
«На имущество наложен арест в связи с тем, что предыдущие собственники оспаривали в судах национализацию заправок. Суд вынес решение в пользу собственников, поэтому сейчас город лишь пользуется этим имуществом, но не имеет права им распоряжаться. Поэтому в подготовке документов на продажу им отказано», — пояснили «Примечаниям» работники ГУП ГАЗК, не уточнив при этом, кто именно «отказал» правительству в подготовке документов.
Первая выплата зарплаты прошла 22 февраля. Зарплату выдали не полностью, а некоторым работникам денег не досталось вовсе. При этом людям не дали никаких расчеток: они не знают, сколько и за какую работу получили.
Чтобы выплатить людям зарплату, 21 февраля директор ГУП ГАЗК Олег Рыженков подписал очередной вексель на 3 млн рублей. Вексель этот был куплен ГУПом «Управляющая компания оптово-розничных торговых комплексов Севастополя». Срок оплаты векселя — по предъявлению, но не ранее трех месяцев с даты заключения договора купли-продажи.
Это был уже второй вексель, реализованный предприятием. Первый — на 4 млн рублей — был продан осенью 2016 года. В итоге общая сумма долгов предприятия перевалила за 55 млн рублей, и денег, вырученных от продажи двух земельных участков, для их погашения явно не хватит.По словам работников комплекса, руководство, выдавая зарплату, вновь «забыло» заплатить налоги — около 800 тысяч рублей.
В марте 2017 года, вопреки обещаниям, зарплату снова не дали. Руководству предприятия удалось добыть 300 тысяч рублей и выдать людям часть денег. При этом одни получили на руки лишь по 500 рублей, другие — 1800 рублей, третьи — 3400 рублей. Каким образом происходил расчет, работникам снова не пояснили: финансовых документов, подтверждающих справедливость произведенных выплат, на руки не дали.
Сотрудники ГУП считают, что деньги дал партнер Рыженкова, с которым новый директор собирается делать бизнес на государственных заправках.
«У нас на предприятии крутится один человек — партнер Рыженкова, с которым он мойками занимается. Он на 8-ой заправке поставил мойку, а на 12-й оборудует магазин. Ставку ему сделали чисто символическую, что-то около 10 тысяч рублей в месяц Он дал 300 тысяч в счет будущей аренды», — предположили они.
В начале прошлой недели, устав от бесконечного безденежья и конфликтов с новым руководством, с предприятия уволились два последних мастера — Роман Нечай и Эдуард Нодия. Они написали заявления на увольнение по собственному желанию.
«Рыженков его с радостью подписал. Он считает, что Нечай слишком сильно баламутит коллектив. А он просто пытался отстоять наши интересы. Коллектив отказывается работать без своих мастеров», — говорят работники.
Операторы начали массово писать заявления: одни — на увольнение, другие — на приостановку трудовой деятельности по ст. 142 Трудового кодекса РФ, позволяющей сотрудникам не выходить на работу при задержке зарплаты на срок более двух недель. По этой же статье ушел с предприятия главный инженер.
В итоге уже в четверг, 6 апреля, четыре АЗС и два газовых комплекса прекратили свою работу: операторов, отработавших сутки, просто некому было сменить. На объекты не выставили даже охрану.
«Мы боимся, что наши заправки попросту растащат, как это было с заправками Shell. Как только там убрали охрану, сразу все колонки срезали. Это же материальная ответственность, государственная собственность. Мы несколько месяцев, не получая зарплаты, сидели там, пока не было топлива, охраняли. Сейчас сил у людей нет, они уходят, а кто потом будет за все это отвечать? Зачем было национализировать, если теперь с людьми так поступают?» — возмущаются операторы ГАЗК.
Работники уверяют, что уволившихся мастеров заменить некому.
«Они [руководство] уже звонили Роме [Нечаю] и просили о помощи. Взяли нового мастера, отставного военного, он вообще не знает, как все работает. Пришел бензовоз, а его принять никто не может. Они не знают, где и что сливается, как меряется плотность бензина, как через весы его прогонять. Новый мастер даже не умеет считать: не умеет пользоваться метр-штоком, таблицей (инструментами, с помощью которых считается литраж емкости, сколько слито и залито топливаю. — Прим. ред.) В итоге топливо развезли по тем заправкам, которые закрылись. А те заправки, которые работают, испытывают недостаток», — делятся они с «Примечаниями».
Руководству ГУП, похоже, заправки не очень-то и нужны. За прошедшие два месяца новый директор так и не заключил контракт на поставку топлива по конкурсу.
Он постоянно обещает работникам, что со дня на день привезут 500 тонн бензина от московской компании «Актив-Петролиум», но договор пока не заключен.
А вот по поводу нефтебазы на Сахарной головке, также входящей в состав ГУП, планы руководства остались прежними. Рыженков хочет заключить контракт с МЧС на хранение топлива для МГТС, расположенных у трассы между Ялтинским кольцом и Инкерманом. Тогда логистическое плечо сократилось бы значительно, ведь сейчас МЧСникам приходится возить топливо из Феодосии.
Раньше мазут для МГТС хранился на базе «Югторсана» в Камышовой бухте, но недавно «Югторсан» откзался предоставлять услуги государственному ведомству, ссылаясь на отсутствие лицензии. На самом деле, по информации «Примечаний», все дело — в цене. МЧС готовы платить за хранение по 10 рублей за тонну, вместе со сливом и наливом — по 25 рублей. Коммерческая стоимость таких операций с топливом составляет от 180 до 350 рублей за тонну.
Нефтебаза на Сахарной головке, принадлежащая ГУП ГАЗК, вполне могла бы заменить «Югторсан». Обслуживание МГТС принесет предприятию около 4 млн прибыли в месяц.
При этом держать большой штат для этого не нужно. К тому же, использование нефтебазы для нужд МЧС могло бы обеспечить мощный админресурс для скорейшего снятия ареста с имущества, по поводу которого идут суды с предыдущими собственниками.
В пятницу, 7 апреля, Рыженков провел очередное собрание сотрудников, которое инициировал сам. На нем он обвинил работников в излишней активности и заявил, что недоволен массовой подачей заявлений о приостановке трудовой деятельности по 142 статье Трудового кодекса. «Лучше бы они уволились», — передают слова директора присутствовавшие на собрании.
«Примечания» попытались узнать о положении дел на предприятии у самого Рыженкова. По телефону директор заявил, что подозревает журналистов в «действиях в интересах предыдущего собственника, аполитичности, оспаривании результатов национализации и противодействии интересам правительства». Он пообещал сообщить о подозрительной активности журналистов в «компетентные органы».«Я делаю все, чтобы предприятие развивалось и процветало в интересах города, а вы задаете мне такие вопросы», — сказал он, пообещав дать ответы при личной встрече. Сроки директор обозначил весьма туманно. «Давайте где-нибудь на следующей недельке, я сейчас занят, мне работать надо. И вообще я еще подумаю, говорить с вами или нет», — отрезал он.
Пока ставленники правительства Овсянникова банкротят потенциально прибыльное предприятие, в городе всерьез обсуждают возможность выплаты компенсаций бывшим украинским владельцам автозаправок, национализированных в 2015 году. По словам вице-губернатора Пономарева, этого требуют от местного правительства кабинет министров РФ и администрация президента.
Зачем это вдруг понадобилось, и почему именно сейчас — вопрос отдельный. Но получается, с условным Коломойским власти считаются, а с севастопольцами нет. За такое ли будущее они боролись три года назад?
