Выходные в Восточном Крыму

Восточный Крым отличается от Юго-Западного не только своим рельефом, но и относительной безлюдностью — отсутствием застройки на многих километрах береговой полосы. Говорят, это ненадолго: правительство Крыма уже объявило тендер для тех, кто мечтает «облагородить» Тихую и Лисью бухты. А на Меганоме будут строить пансионаты. Хотите застать их нетронутыми? Отправляйтесь в мае в Восточный Крым.
Екатерина Резникова , Катерина Резникова
22.05.2016

У тех, кто привык отдыхать лишь на ЮБК да в окрестностях Севастополя, при первой прогулке близ Кара-Дага и Эчки-Дага появляется ощущение, будто гуляешь не в двухстах километрах от дома, а в какой-то иной реальности.

Рельеф необычен: миллионы лет водные потоки неслись со склонов крымских гор к морю, выедая на почве причудливые рисунки оврагов и каньонов. Пологие склоны исчерчены рядами сосновых посадок, словно кто-то водил по ним гигантским циркулем. То тут, то там торчат из невысоких хребтов исполинские останцы известняковых и конгломератных скал. Буйные ветры и прохладные осадки веками создают из них причудливые скульптуры.

Пытливый человеческий мозг ищет в этих природных творениях черты, доступные человеческому разумению. В окрестностях Судака есть скалы, которым путешественники дали названия «Кошка», «Лягушка». Но у большинства здешних вершин и оврагов тюркские и греческие имена.

Чтобы прочувствовать всю прелесть пейзажей Восточного Крыма, просто проехать по трассе Алушта-Судак- Феодосия будет недостаточно. Сама по себе дорога очень живописна, она идет по долинам, взбираясь серпантинами на невысокие перевалы. Но ощутить объем и мощь, свободу и безбрежность существования можно только покорив Эчки-Даг, Таракташ или Ортасырт. С вершин вид открывается поистине захватывающий.

Съездить «на денек» в Восточный Крым не получится. На общественном транспорте в Щебетовку, Курортное или Дачное нужно добираться полдня. В другие — вроде Синекаменки или Поворотного — можно и вовсе доехать только на личном или заказном транспорте. Поэтому отправляясь в дорогу, вам необходимо либо захватить с собой палатку, либо позаботиться о ночлеге в одной из многочисленных местных прибрежных гостиниц.

Для тех, кто не мыслит существования без теплого душа и уютной постели, в окрестностях Судака есть немало однодневных маршрутов. Из Курортного можно сходить в Карадагских заповедник, пройтись вдоль Лисьей бухты и подняться Эчки-Даг. В одной из трех вершин Эчки-Дага етсь любопытная карстовая пещера Ухо Земли — объемный грот, который зияет в боковой части скалы Кокуш-Кая и виден издалека. С Эчки-Дага открывается вид на знаменитую Лисью бухту — рай отечественных неформалов и нудистов.

Из села Дачное можно подняться на Таракташский хребет, который одним боком смотрит прямо в тыл мысу Меганом — одному из таинственнейших и живописных мест во всем Крыму.

Скалистые, изъеденные эрозией обрывы и глинистые отвалы Меганома в мае кажутся ярко-рыжими — на контрасте с пышной зеленью цветущей степи.  Но уже к июню растительность выгорает. В окраске склонов преобладает фиолетовый и охра, а бирюзово-синее море становится теплым и невозмутимым. В воздухе поселяется пустынность и зной.

Лесистые склоны невысоких хребтов, словно складки бархатной ткани, сбегающей к морю,  всегда были чуть менее популярны у любителей походов, чем Большой Каньон, Чатыр-даг или Демерджи. Причина в том, что здесь очень мало воды. Опытные туристы знают не только все окрестные родники, но и могут рассказать об их годовом режиме работы: одни действуют только зимой и весной, другие могут напоить путника в самую жару.

И сейчас эти места первыми стали откликаться на снижающуюся антропогенную нагрузку. Некогда популярные тропы начинают зарастать. Идешь и по едва уловимым признакам понимаешь, что здесь ходили люди. Но вместо проторенной дороги тебя встречают жизнерадостные лютики и сочная зеленая трава.

Майский лес цветет. Распустились пионы, ландыши, разнообразные крымские орхидеи-ятрышники. Застыли на каменистых склонах едва успевшие осыпаться свечки адониса. Низкорослые дубы, покрытые уже распустившимися бежево-розовыми почками, нежно почесывают дымчато-бирюзовый небосвод, повинуясь едва уловимому прохладному майскому ветру. Нежные листья молодых кленов полупрозрачны. Благоухает боярышник. Пышным цветом откликнулись на вешнее тепло груши.

Утомленный бесконечными подъемами и спусками — а рельеф здесь напоминает стиральную доску — удивляешься попадающимся на лесных проплешинах татарским чаирам. Подумать только, кто-то каждый день ходил эти горы, чтобы ухаживать за садами. Ежедневно много часов в дороге, тяжелейший труд, на который откликалась плодородием крымская земля. А как еще вырастить плодовое дерево под изнуряющим летним солнцем? Только в горах, где можно урвать хоть глоточек влаги.

Поднимаешься на локальную вершинку, оглядываешь окрестности. Карадаг и Меганом закрыты от взора окрестными скалами, а тот чудесный кусочек рельефа, доступный обозрению, кажется совершенно девственным и нетронутым. И только паутина дорог да растущие по долинам виноградники свидетельствует о том, что человек тут гостит довольно часто.

С этой точки легко представить себя первооткрывателем этих земель — никаких усилий не нужно. Просто смотришь, а фантазия отдыхает.

Но вот забираешься еще чуть выше, и открываются взору окрестные села или одинокие домики современных нуворишей. И мимолетное впечатление исчезает без следа.

Многие села в Восточном Крыму горожанину кажутся отрезанными от цивилизации. Ну как здесь вообще можно жить? Покосившиеся дома середины прошлого века, сады с признаками запущенности, разбитые дороги... Сюда либо совсем не ходит автобус, либо появляется здесь лишь два раза в неделю.

Местные уже привыкли, относятся к происходящему философски. На вопрос «Как можно уехать в Симферополь?» могут ответить: «Автобус по вторникам и пятницам. Останавливается там-то. Сегодня вторник, поспешите, будет через час». Легко сказать! Ведь впереди еще 7 километров, которые приходится преодолевать бегом.

И, тем не менее, в этих забытых уголках можно встретить не только ветхих старух да ободранных псов. В селах живут татарские семьи, а на окрестных полях мирно пасутся бычки и свиньи. Огороды тоже не выглядят заброшенными. Но больше всего поражают дети на улицах. Застиранная, ношенная не в первом поколении одежда, стоптанная обувь и чумазые, но открытые лица — все это вызывает щемящую ностальгию по собственному, почти беспризорному детству девяностых. Как разительно все это отличается от реальности городских детей, окруженных гаджетами и родительской опекой.

Зато местные, знающие о транспортных проблемах, невероятно отзывчивы. Они могут подкинуть вас на старой копейке без фар, подвезти на шикарном «Мерседесе», бортовом грузовике или даже школьном автобусе. На облезлых дверях местного сельпо, по обыкновению закрытого после обеда, красуется реклама натяжных потолков и дизайнерских штор. И не зря, ведь селяне живут по-разному: меж давно небеленых лачуг с рассохшимися рамами вдруг может материализоваться, словно из ниоткуда, добротный трехэтажный дом с хорошим фасадом и трехметровым забором. Или вот такой вот сельский ФАП, который, похоже, пока функционирует.

Восточный Крым не знает суеты. Здесь все размеренно и неторопливо: и загогулины серпантина, и мерное чередование подъемов и спусков. Шаг за шагом, хребтик за хребтиком вьется тропа. И за каждым поворотом открывается что-то новое, неуловимое, мечтательное. Глядя на эти замятые складки рельефа, начинаешь верить, что и время может быть субъективным. И оно сжимается и разжимается, вот так же мнется по воле нашего сознания. И именно в этих местах оно может превратиться в вечность. Пусть ненадолго — всего лишь до заката.

Как добраться: Из Севастополя на рейсовом автобусе до Судака или Феодосии. Там на пригородных рейсах в одно из многочисленных сел: Дачное, Курортное, Щебетовка, Сонечная долина, Веселое — в каждом из них начинается какой-нибудь живописный однодневный маршрут.