Долой Высоцкого, да здравствует Маннергейм

Наши реалии все больше напоминают театр абсурда. Пока в Питере чиновники с пафосом открывают барельеф Карлу Маннергейму, в Севастополе они требуют снести памятную доску Владимиру Высоцкому на стене Матросского клуба ЧФ. Причина — забота об историческом наследии. Но забота эта какая-то выборочная: безобразные шалманы на Приморском чиновники не замечают, а мастерски выполненный барельеф знаменитому барду мозолит им глаза. Может быть, потому, что, в отличие от торговцев, Высоцкий неплатежеспособен?
Надежда Исаева
08.02.2017

Барельеф на стене Матросского клуба (театр им. Лавренева на пл. Ушакова) появился 28 января, после завершения фестиваля «Владимир Высоцкий сквозь время… Крым, Севастополь». Его установили организаторы фестиваля во главе с Валентином Корниенко. Здесь, в Матросском клубе, поэт выступал дважды. Установили памятную доску не совсем законно — части документов не хватает. Организаторы почти три года добиваются разрешения на ее установку и в департаменте культуры, и в управлении охраны объектов культурного наследия, и в других инстанциях.

Теперь, если памятную доску не демонтируют до 1 марта, театру грозит штраф в 200 тысяч рублей.

Для сравнения, в Евпатории установка аналогичной мемориальной доски на фасаде исторически ценного здания заняла всего три месяца со всеми бюрократическими проволочками и получила поддержку властей. В Симферополе памятник поэту и барду установлен в 2014 году. «Это делается по любви от Владивостока до Калининграда, и в Крыму. Это делается не сверху, а снизу, потому что Высоцкого выбрал народ, признал народ. Это было при жизни, это остается сейчас», — рассказывает его сын Никита Высоцкий.

Поразительно, что именно те человеческие качества, которые критиковал в своем творчестве Высоцкий, сейчас являются движущей силой грядущего демонтажа его памятной доски.

А между тем, не разрушив, демонтировать барельеф нельзя, говорит автор мемориальной доски Константин Цихиев. «Беда в том, что доску придется разбить. Демонтажу она не подлежит», — пишет скульптор.

Здание Матросского клуба, в котором находится театр имени Лавренева, подведомственно Черноморскому флоту.

Военные не против установки доски на здании театра, если чиновники разрешат, говорит начальник пресс-службы ЧФ Вячеслав Трухачев. Будет ли Высоцкий демонтирован, он не знает. Но уже на второй день после появление доски в театр и ЧФ пришло предписание снять доску до 1 марта.

По словам Трухачева, вопрос о демонтаже поднял директор театра Сергей Мамайсур, которому грозит штраф. «Почему именно Высоцкому? В Матросском клубе кто только ни выступал. Но если решение будет принято, и она [памятная доска] будет согласована с департаментом [культуры], то пускай висит», — рассуждает Маймасур.

Он объяснил «Примечаниям», что если до 1 марта доску не снимут, то им придется платить 200 тысяч штрафа.

Мамайсур говорит, что предписание от Севнаследия (управление охраны объектов культурного наследия. — Ред.) пришло в ДИЗО минобороны, которому принадлежит здание театра. Дирекция театра попросила организаторов фестиваля снять барельеф, но они категорически отказались, и кто теперь будет ее снимать, Сергей Мамайсур не представляет. По его мнению, штраф должен налагаться на того, кто ее установил. 

По мнению директора театра, даже уплата штрафа доску не спасет — ее все равно снимут, если власти не решат оставить барельеф артиста.

В 2015 году организаторы обратились с письмом к командованию флота, владельцу здания — и получили положительный ответ на официальном бланке с подписью замкомандующего ЧФ Юрия Ореховского.

Началось хождение по кабинетам: Севнаследие, департамент архитектуры, Меняйло, Дубовик. Все обещали поддержать. Но 15 июня на архитектурно-художественном совете чиновники предложили  рассмотреть другие варианты. Началась паспортизация зданий города, и они сказали, что на стене Матросского клуба нельзя ничего размещать.

Паспорт у Матросского клуба появился только в конце 2016 года. И все бюрократические круги ада пришлось проходить заново. Дмитрий Овсянников переслал обращение инициаторов в департамент культуры — а тот снова направил их в архитектурно-художественный совет. Круг замкнулся.

Корниенко стучался во все двери, обращались к главе заксобрния Екатерине Алтабаевой, Алексею Чалому, встречались с замгубернатора Юрием Кривовым. Управление архитектуры и Севнаследие выезжали на место, и они, так же как Алтабаева и Кривов, предложили установить барельеф внутри здания. Но вот незадача — против установки памятной доски внутри здания высказались военные и архитектор со скульптором, выполнившие мемориальную доску артисту.

«Архитектор Григорянц и скульптор Цихиев сделали красивую доску, — рассказывает  Корниенко. — Мы подарили ее городу, оформите ее как положено. Вы посмотрите, весь город загажен рекламой. А Высоцкому места нет».

По его словам, пока в городе даже нет законов и правил для установки  мемориальных досок. По его мнению, получается двойная мораль — ржавым кондиционерам и рекламе можно висеть на историческом здании, а памятной доске — нет.

На днях Валентину звонил директор театра Сергей Маймасур: командование флота хочет, чтобы до утра барельефа не было. Военным проще убрать доску, чем снова быть втянутыми в скандал.

Но сами театралы снимать его не собираются. Севнаследие — тоже. Глава управления Олег Молодцов говорит, что это вопрос к собственнику здания, то есть к флоту и театру. По словам Молодцова, сам он не против Высоцкого, но когда активисты пришли согласовать доску, у них не было эскиза и рекомендации архитектурно-художественного совета. А теперь будет открыто административное расследование и решение примет суд, говорит он.

«Мы сохраняем культурное наследие, как оно есть. Ее [мемориальной доски] же не было 100 или 50 лет назад», — рассуждает Молодцов. На вопрос, почему же управление с подобным рвением не борется с убогими ларьками на Приморском, Молдцов утверждает, что борется. «Но в законе существует много лазеек и предприниматели более защищены, чем мемориальные доски», — признался он.

Бизнесмен и общественник Олег Николаев, который помогал поклонникам творчества Высоцкого помощь в проведении фестивалей и в создании барельефа, сам был инициатором придания центру Севастополю статуса исторического поселения.

«Но мы бились за этот статус, чтобы спасти город, а не для того, чтобы дойти до такого абсурда, — говорит он. — Понятно, что есть закон, но если вы такие принципиальные — снесите «голубые унитазы» на Хрусталке, верхушку «Диалога» и шалманы на Приморском, а потом уже маленькую доску».

Символично, что Высоцкого как при жизни гнали отовсюду, так и после смерти продолжают, отмечает общественник.

Глядя на эту ситуацию, вспоминаешь строки из стихотворения барда, которые как нельзя лучше ее описывают: «Я думаю — ученые наврали, прокол у них в теории, порез: развитие идет не по спирали, а вкривь и вкось, вразнос, наперерез».