«Так как на этот момент у меня еще нет судебного запрета на использование и размещение информации по делу в публичной сети, я через своих адвокатов размещаю это сообщение, — написал Андрей Филонов у себя в Facebook. — Скорее всего, оно будет последним на долгое время — пока я нахожусь под стражей.
Суть предъявленных мне обвинений заключается в том, что в 2016 году я якобы давал незаконные поручения своему тогдашнему заместителю по земельным вопросам Челомбитко А.И. об изменении целевого назначения нескольких участков арендуемых земель ООО "Ривьера", — продолжает Филонов. — С целью занижения арендной платы и извлечения из этого личной выгоды. В обвинении также приведена сумма ущерба, якобы нанесенного этим действием нашему городскому бюджету этой самой разницей — 35,2 млн рублей. Считаю, что сама по себе сумма специально раздута таким образом, чтобы придать «масштабности и тяжести совершенного преступления».
Данное обвинение было сформировано в своей основе на даче показаний двух моих заместителей (одного бывшего и одного работающего, но стоящего в статусе «на выход»)!
У обоих этих людей есть личные мотивы - оплевать меня с целью смещения с должности мэра и нанесения мне репутационного ущерба.
Дело, возбужденное против меня, носит заказной характер и является проявлением наших "местечковых" политиканских интриг. Никаких инкриминируемых мне злоупотреблений и незаконных действий я не совершал. Свою правоту буду доказывать в суде», — пишет мэр Евпатории.
В четверг суд в Симферополе избрал Филонову в качестве меры пресечения содержание под стражей до конца мая. Все это время следствие будет собирать доказательства по его делу. Ранее, утром 4 апреля, мэра Евпатории задержала ФСБ у него в квартире. За несколько дней до этого у Филонова прошли обыски. Еще раньше Филонова пытались отправить в отставку из-за трудоустройства отца его гражданской жены в подвед мэрии. Еще раньше депутаты Госсовета Крыма ездили в Евпаторию изучать грязные места и другие компрометирующие Филонова обстоятельства.
Местные наблюдатели отмечают: подобного рода претензии можно предъявить практически любому мэру любого крымского города.
За неприятностями Филонова усматривают желание главы правительства Крыма Сергея Аксенова покончить с потенциально непослушным администратором, который достиг редких для Крыма высот в искусстве самопрезентации, и мог бы сделать карьеру вне зависимости от личных отношений с первым лицом республики.
«Кейс» Филонова напрашивается на сравнение с историями двух других крымских градоначальников, побывавших под стражей — бывшего мэра Феодосии Дмитрия Щепеткова и экс-мэра Ялты Андрея Ростенко.
Щепеткова, судебные разбирательства по делу которого длились три года, в начале февраля отправили на материк в места заключения. За превышение должностных полномочий и покушение на взятку в особо крупном размере ему присудили 8 лет колонии строгого режима и 42 млн рублей штрафа. Перед этим он рассказал «Примечаниям», что причиной своих злоключений считает необычайно ловкого феодосийского застройщика Романа Лукичева, которого во время процесса в первой инстанции адвокаты экс-мэра называли «провокатором ФСБ». По словам Щепеткова, за Лукичевым, на показаниях которого во многом строилось обвинение, стоит бизнес-партнер семьи Аксеновых, депутат Госсовета Крыма Сергей Бородкин.
Совсем иначе сложилась судьба экс-мэра Ялты Андрея Ростенко. После того как в мае московские силовики задержали Ростенко за отчуждение 26 соток земли у ялтинского санатория МВД РФ «Бекетово», глава Крыма Сергей Аксенов сразу заявил о его невиновности. Он активно комментировал ход расследования: мол, земля санатория окончательно не перешла в распоряжение Ялты — а значит, нет ни ущерба, ни преступления. Называл дело «бездарным» и «заказным». И даже позволял себе наскоки на неких генералов, которые якобы хотели построить на этой земле себе дачу у моря. В середине лета Ростенко тихо освободили, а потом точно так же тихо назначили советником Сергея Аксенова. Теперь экс-мэр Ялты заседает в Координационном штабе по ФЦП, в рамках которой Крым получает из Москвы сотни миллиардов рублей.
Почему Аксенов вступился за Ростенко и не стал вступаться за Щепеткова с Филоновым? Ранее, задаваясь этим вопросом по другому поводу, «Примечания» уже получили один из ответов, который просто гласит, что Ростенко — старый друг Аксенова по «лихим девяностым», that's why. И, кстати, в случае с Щепетковым можно сказать, что упоминавшийся им г-н Бородкин относится к той же генерации друзей Аксенова, что и Ростенко.
Но в деле Филонова «злого гения в малиновом пиджаке» пока не видно. Помимо официальных обвинений, проверить обоснованность которых оперативно невозможно, бросается в глаза лишь резкий контраст в манере поведения IronМэра (как любит называть себя Андрей Филонов) — и его коллег из других крымских городов. И этот контраст вполне мог оказаться наказуемым.
Потому что, каких бы дел в действительности ни натворил этот человек, можно с уверенностью сказать, что столь ярких политиков на полуострове нет ни на городском уровне, ни, пожалуй, на республиканском. Сравнить Филонова по яркости самопрезентации можно, разве что, с Наталье Поклонской — которая, как показал скандал вокруг креветочной фермы в Евпатории, тоже начала потихоньку отстраиваться от Сергея Аксенова и его брутального серпентария единомышленников. А такое не прощают. Если, конечно, в силах не простить.
Ведь внутренняя политика Крыма строится на «кадыровском» базовом постулате, гласящем, что субъектностью в республике может обладать лишь один человек. А члены свиты, какими бы личными талантами они ни обладали, должны играть короля, а не самих себя. Такие вот 50 оттенков серого.
