О возбуждении уголовного дела «Примечаниям» сообщила мать ребенка Татьяна Крылова. На следующий день после выхода публикации с подробностями смерти девочки и последующего расследования Крыловы получили письмо от медицинской страховой компании «Крыммедстрах», краткая суть которого: несвоевременное обследование могло повлечь ухудшение состояния здоровья ребенка. С помощью этого и других полученных от медиков заключений Татьяна и ее юристы составили заявление с просьбой возбудить уголовное дело по факту смерти Полины Крыловой и передали его в Следком Бахчисарайского района.
В понедельник, 19 марта, следователь Сергей Тыщенко вызвал признанную потерпевшей Татьяну на допрос. Разговор длился более трех часов. «Меня расспрашивали обо всех деталях и подробностях жизни Полины, начиная с того, что происходило в роддоме, - рассказывает Татьяна. - Во время допроса у меня было ощущение, что меня пытаются вывести на те ответы, которые нужны следствию».
«К примеру, следователь вытягивал из меня признание, что я сама не приняла меры, когда состояние ребенка ухудшилось. Я пояснила, что не была предупреждена о возможных проблемах со здоровьем дочери и целиком доверяла врачам», - говорит Татьяна.
«Потом он пытался заставить меня сказать, что я хотела наблюдаться только у своего участкового врача Люмановой, - продолжает Крылова. - Я ответила, что это неправда, мне просто никто не сказал, к кому я могу обращаться, пока Люманова в отпуске — меня не уведомили, кто ее заменяет».
Кроме того, по словам Татьяны, следователь отказался перечислить вопросы, которые он собирается задать экспертам в рамках экспертизы по уголовному делу. «Сказал, что вызовет меня потом и все расскажет», - передает подробности встречи Татьяна.
«Я стала спрашивать, включил ли он в этот перечень два важных для нас вопроса: «Можно ли было выявить у Полины заболевание во время обязательных профилактических осмотров, положенных в месячном возрасте?» и «Поддается ли лечению данное заболевание?». Следователь Тыщенко ушел от ответа, стал рассказывать мне, что в Бахчисарае нет нужного оборудования, нет специалистов. Но, позвольте, причем здесь Бахчисарай? Мы, как граждане страны, имеем право пройти лечение в любом городе страны. Местные врачи должны были нас просто обследовать», - рассказывает Крылова.
Однако следователь продолжал гнуть свою линию, продолжает Татьяна.
«Задавал кучу теоретических вопросов вроде «А мог ли повлиять отказ от прививок?», «А цитомегаловирус?» - возмущенно говорит мать умершего ребенка. - Я спросила, почему он не хочет подшить к делу заключение симферопольских инфекционистов, где черным по белому написано, что угрозы заражения ребенка цитомегаловирусом не было, потому что у меня давно к нему иммунитет. А он ответил: потом-потом».
«Получается, эксперты будут рассуждать об инфекции, которой у нас не было и быть не могло, а на главные вопросы — могли ли мы хотя бы попытаться вылечить нашу дочь — отвечать не будут. Только потому, что эти вопросы им [следствию и медикам] невыгодны», - в сердцах говорит Татьяна Крылова.
По словам потерпевшей, дело возбудили по статье 109, часть 2 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности». Срок давности по таким делам – два года.
«Следователь на все мои вопросы отвечает: «Потом». А когда потом, если мы только полгода ждали липовую экспертизу от ФОМС? И сейчас получим заключение без самых важных для нас вопросов. Я думаю, таким образом следователь попытается затянуть дело и спустить его на тормозах», - говорит Татьяна.
Следователь Следственного комитета Бахчисарайского района Сергей Тыщенко заявил «Примечаниям», что не озвучил Крыловой список вопросов, выносимых на экспертизу, лишь потому, что тот еще не сформирован.
«Экспертиза еще не назначена, - утверждает Тыщенко. - Как только я назначу экспертизу, я обязан буду ознакомить с ней Крылову. Она вправе внести свои замечания и заявления. После чего следствие будет их рассматривать и, если сочтет нужным, впишет эти вопросы, замечания и заявления — все строго в установленном законом порядке».
По словам Тыщенко, он согласовал с экспертами предварительный список вопросов: начиная от наблюдения Крыловой во время беременности до вызова «скорой помощи» в день смерти ребенка — эксперты должны будут оценить действия или бездействие медицинских работников.
«Права потерпевшей не нарушены, так как окончательный перечень вопросов еще не утвержден», - говорит следователь.
Напомним, 10 июня 2017 года в семье Крыловых родилась дочь Полина. Роды прошли в срок, ребенок по заключениям неонатологов был здоров. В роддоме Полине поставили диагноз «ГБН-конфликт» (под вопросом) и выявили легкую желтушность кожных покровов. Анализ крови на билирубин врачи при этом не брали, порекомендовав матери почаще выкладывать младенца на солнышко.
После выписки из роддома Полина Крылова была прикреплена к Соколиновской амбулатории Бахчисарайской ЦРБ под наблюдение врача общей практики Тамилы Люмановой. Однако медик, несмотря на рекомендации Минздрава, патронаж семьи на дому ни разу не осуществляла и направлений на положенные в месячном возрасте обследования — анализы, УЗИ брюшной полости, тазовых костей, нейросонографию и т. д. - не давала. Крыловы сами ходили к врачу на профилактические осмотры, при этом медик ни разу даже не намекнула, что Полине не помешало бы пройти обследования.
В конце августа 2017 года состояние девочки резко изменилось: кожные покровы пожелтели, моча и кал поменяли цвет. 31 августа вечером ребенок стал сильно плакать, извиваясь, кожа и даже десны ее побелели, дыхание стало учащенным. Мать вызвала «скорую помощь». Прибывшая на вызов фельдшер успокоила Татьяна, сказала, что это всего лишь кишечная колика, и отказалась забирать мать и ребенка в больницу. К утру 1 сентября 2018 года двухмесячная Полина скончалась.
По заключению патологоанатома девочка умерла от внутреннего кровотечения, вызванного разрывом верхней брыжеечной вены, к которому привел неуточненный цирроз печени. Откуда у Полины могло развиться такое сложное заболевание, родители не понимают до сих пор. Врачи выказывали несколько предположений, в частности, об инфекционной природе цирроза, но обследования матери и отца ребенка, а также консультация у ведущих инфекционистов Крыма эту версию опровергли.
По факту смерти девочки Следственный комитет Бахчисарайского района вел расследование, результатом которого стал отказ в возбуждении уголовного дела. Поводом для отказа стала выполненная с нарушениями и неточностями экспертиза крымского территориального фонда обязательного медицинского страхования. По версии экспертов ТФОМС, невыдача направлений на положенные всем младенцам месячного возраста обследования, а также отказ «скорой помощи» госпитализировать двухмесячную девочку в стационар, не были причиной ухудшения здоровья и последующей смерти ребенка.
Проще говоря: врач, не направивший новорожденную на обследования, игнорировавший жалобы родителей, и фельдшер, отказавшийся везти младенца в больницу, ни в чем не виноваты.
После такого циничного ответа Татьяна и Андрей Крыловы решили бороться. Совместно с московскими юристами, специализирующимися на защите прав пациентов, они намерены добиться справедливого расследования по факту смерти ребенка, а также сформировать гражданский иск к медицинским учреждениям, отвечавшим за здоровье и жизнь Полины.
