С тех пор как у меня родился младший, я ненавижу ночи будней и выходные - как назло в это время у сына обостряются все хвори. Он склонен к бронхитам и ларингтам, чуть простыл — сразу лающий кашель до рвоты и синюшный цвет лица. Днем можно сбегать к участковому педиатру, в выходные и ночью — только «скорая», только хардкор.
О том, что в севастопольской инфекционке можно просидеть в приемнике несколько часов, мне давно известно. Я уже привыкла. Со временем стала опытной мамой и катаюсь в больницу только в самых крайних случаях — в холодильнике давно лежит запас нужных лекарств, а в шкафчике — шприцы и небулайзер. Но я прекрасно понимаю эмоции молодых родителей, впервые сталкивающихся с реалиями севастопольской медицины: им хочется порвать всех — от медсестры до самого губернатора, лишь бы ребенку помогли.В редакцию «Примечаний» обратился молодой отец. На прошлой неделе его двухлетней дочери внезапно стало плохо. «К вечеру была вялая, потеряла сознание. Вызвали скорую, врачи приехали очень быстро, минут через пять», — рассказывает родитель. Сначала малышку повезли на детский комплекс, где ее осмотрели хирург и педиатр. Приняли решение, что у ребенка инфекция, и скорая повезла девочку в инфекционную больницу на Коммунистической.
Там родителей с дочерью посадили в очередь. В ожидании врача семья провела в больничном коридоре три часа. Все это время девочка капризничала и просилась домой, но медперсонал ничего не мог сделать:
в полумиллионном Севастополе на ночь остаются на дежурство всего два педиатра на весь город — один на «комплексе» и один в «инфекции». Больше ночных врачей нет, даже платных. Круглосуточные частные службы типа «Домашнего доктора» с 2014 года прекратили существование.
А пациентов много, особенно сейчас, зимой, в сезон гриппа и ОРВИ. Еще один пиковый период — лето, когда идут отравления. Сами медики отмечают, что среди пациентов много приезжих. Родители привозят детей с материка, им не подходит наш климат, и они начинают часто болеть.
«Мы просидели в очереди полтора часа, - продолжает рассказ отец. - Я не выдержал и стал звонить всем знакомым. Кто-то нашел телефон главврача. Я слышал из-за стекла, как в приемнике зазвонил телефон, звонил главврач, но медики ответили, что ничего не могут сделать — детей слишком много».
Два приемных бокса, один врач — молодая девушка, которая буквально разрывается между кабинетами. А ведь на ней еще отделения. Не дай бог кому-то из детей в палате станет плохо, врачу придется бежать к нему, забыв про пациентов в приемной.
Детей до года и «острых» принимают вне очереди, остальных пытаются рассадить по разным помещениям, чтобы не допустить взаимного заражения. «На моих глазах одну женщину с четырехмесячным ребенком оставили сидеть в холодном, неотапливаемом коридоре. Я возмутился, и их куда-то увели», - рассказывает наш собеседник.
Через три часа ожидания дочь нашего читателя все же осмотрела врач. Она порекомендовала ребенку госпитализацию и немедленное назначение антибиотиков (заподозрила осложнения ОРВИ), но родители отказались. «У нас девочка очень беспокойная, она не сможет уснуть в общей палате на шесть человек, а платных индивидуальных палат в больнице нет - поясняет отец. - От приема антибиотиков без проб мы тоже отказались — у меня сильнейшая аллергия на препараты, которая могла передаться по наследству. К тому же анализов никто никаких у нее брал, сказали, все только утром. Мы уехали домой, а утром пошли к платному врачу»
Конечно история спорная: тот, кому жизненно необходима помощь врача, не будет думать о комфорте платной палаты и возмущаться долгим ожиданием в очереди. Но в чем-то этот мужчина прав:
если мы строим капитализм, при котором государственная медицина, испытывая перманентный кадровый и финансовый голод, не справляется с потоком пациентов, почему бы не организовать альтернативу?
Те же платные палаты или даже платные клиники могли бы решить вопрос, тем более, что три года назад они в Севастополе были — в большем количестве, чем сейчас. «Им что, деньги не нужны?» - возмущается раздосадованный отец.
Фото: sevas.com
Нужны, очень нужны. И прежде всего самим врачам и медсестрам. Нас удалось поговорить работниками севастопольской инфекционки на условиях строгой анонимности. «Наш главврач, когда узнает, что кто-то жалуется, сразу принуждает писать заявление по собственному, - поделились с «Примечаниями» медики. - Многие уже уволились, другие — на грани».
Персонала в инфекционной больнице не хватает. Кто-то уходит сам, кого-то сокращают. В одном из детских отделений недавно сократили две ставки медсестер. Теперь ночью на все отделение остается одна медсестра, а занятых коек может быть и 10, и даже 30. Врач тоже один — на все отделения и приемник. Еще один дежурит по реанимации, но он не имеет права оставлять тяжелых больных.
«Ставки сокращают, причем всех — и врачей, и медсестер, и санитарок, - жалуются работники. - Один человек выполняет обязанности за двух-трех, а получает как один. Говорят, мы мало зарабатываем по ОМС.
Стимуляцию почти не платят — только основное, вроде выслуги. Зарплату платят невовремя, с задержками, частями. Могут дать треть, потом еще треть».
Медсестры получают 11-16 тысяч в месяц, врачи - от 20 до 30 тысяч. В основном медсестры вырабатывают больше одной ставки — набегают доплаты за тех, кто уходит в отпуск или на больничный.
Врачи увольняются, потому что тоже не справляются. Оставшиеся работают на полторы ставки — закрывать кадровые дыры просто некому. После полного рабочего дня на ночное дежурство остаются по необходимости, спасать детей ночью никто желанием не горит.«Дело даже не в деньгах, а в нагрузке, - объясняют медработники. - Много бумажной работы, много пациентов. У нас недавно отделения объединили, ставки сократили. Теперь на одного врача в два раза больше больных, а сами отделения находятся на разных концах больницы. Чтобы перейти, нужно выходить на улицу. Наши врачи приходят на работу каждый день включая субботу. Ночью оставаться не все могут, у них же тоже семьи есть».
В инфекционной больнице Севастополя так было всегда - и пять лет назад, и сейчас. В ночь оставалось максимум два врача, да и то редко. Но если в нищей украинской реальности такое положение дел было ожидаемым, то сейчас, наслушавшись обещаний горздрава, посетившие больницу пациенты впадают в шок.
Похоже, нам придется к этому привыкать. Система, в которой государственная медпомощь была положена всем быстро, качественно и бесплатно, давно канула в Лету. Новая — где быстро и качественно можно за деньги — в Севастополе и Крыму пока не появилась.
Немногочисленные платные клиники полуострова переполнены, запись в них — на несколько недель вперед. Персонал коммерческих клиник, вопреки ожиданиям, радушием не отличается: все те же хмурые лица и общение сквозь зубы, что и в государственной медицине. И их можно понять: наплыв пациентов большой, без работы не останутся.
На самом деле мы получили именно то, к чему стремились. Долгие годы нам рассказывали, что советская система доступного во всех смыслах здравоохранения давно себя изжила. То ли дело на Западе - красивые клиники, грамотные врачи, страховая медицина. Вот только реальная картина во всех странах разная. Мои знакомые, живущие в США, рассказывают, что в большом госпитале ждать приема хирурга можно и 16 часов — если не умираешь и не истекаешь кровью, твою разрезанную до кости руку осмотрят лишь, когда освободится «очень занятый врач». И ничего, все молчат, понимают: быстро и с улыбкой — это очень дорого.
Чтобы выжить, придется приспосабливаться. Недавно спросила у знакомого врача: «Как?» Есть два выхода, ответил он: познакомиться поближе с медицинскими чиновниками, главврачами и сотрудниками страховых, чтобы телефоны их всегда были под рукой, или завести «своего» терапевта, педиатра, хирурга, стоматолога, гинеколога. «Желательно такого, чтобы отвечал на звонки в любое время дня и ночи, и мог подъехать за небольшой ценник. Но это уж как прикормишь», — посоветовал врач.
