Автомобили на подъездах к Крымскому мосту собираются с ночи. К четырем утра — около 30 авто и десяток байкеров. Подъезжают бесконечной вереницей. Открытие назначено на 5.30.
— Чувак, я всю ночь не спал. Глаза закрою — и сразу мост вижу, представляю, как еду, — двое мужчин в черных куртках переговариваются, облокотившись на крышу «Лады». — Думал, первым буду. А тут вон!
Перед мужчинами — очередь из автомобилей.
— Костян, забей, — отшучивается его собеседник. — Первым все равно был Путин (смеются).
—Но мы-то с тобой два года ждали.
Наконец решаюсь подойти.
— А чего вы ждете от моста? — спрашиваю у Костяна. Он на секунду задумывается:
— Вопрос сложный. Мне лично от моста никакой выгоды нет. Но есть, знаешь… в душе что-то такое. Вот весь мир против нас, а мы взяли и мост построили. Гордость, что ли.
.jpg)
Байкер. Фото: Виталий Тимкив
У самого моста в это время собираются первые зеваки — собачники. Их немного — всего пять человек. Когда колонна с развевающимися флагами и беспрерывным гудением трогается к мосту, зеваки приветствуют ее, размахивая руками. Особо выделяется пожилая женщина с цветами и флагом России.
Людмила Гапшенко живет в микрорайоне Нижний Солнечный, прямо у моста.
— У меня хоть фамилия и заканчивается на «ко», но я всегда была за Россию! — перекрикивает Людмила своего пса Тузика.
— (продолжает) И мост для меня — это символ того, что Россия нас теперь никуда не отпустит. Я часто смотрю передачу «Время покажет». И там бывают украинские эксперты. И они сначала говорили, что никакого моста вообще не строится, потом — что он развалится. А сейчас говорят: «Ну ладно, вам пригодится, чтобы уйти». Нет! Никуда Россия отсюда не уйдет. Да, Тузик? Охраняй мост, Тузик, охраняй мост!
Фото: Виталий Тимкив
Попрощавшись с Людмилой, решаю сам проехаться по мосту. Найти попутчика нелегко: у кого-то нет свободных мест, кто-то предпочитает ехать в одиночестве. Зато такси отзывается моментально.
— Во! На мосту еще не был, — улыбается таксист Юрий. — Самому интересно, что построили.
У Юрия от моста ожидания вполне практичные.
— Наконец-то можно будет на Кубань за продуктами ездить. Там цены на 20–30% ниже, чем у нас.
— (продолжает) К дочке в Москву отправлюсь: раньше из-за переправы не ездил, а сейчас точно с женой соберемся. Для путешествий мост очень удобен: можно билеты покупать из аэропорта Анапы, а не из Симферополя: до Анапы здесь ближе, и дорога туда лучше. Но только вот говорят, что мост скоро платным сделают (такой слух действительно ходит. — И.Ж.). Это, конечно, будет обидно.
Когда мы заезжаем на мост, Юрий делится впечатлениями: «Пока асфальт идеальный. Понятно — первый день. Но вот когда большегрузы пойдут… А смотри, как стыки сделали (весь крымский мост разделен на секторы, между которыми имеются подвижные металлические стыки. — И.Ж.) — это потому что сейсмоопасная зона, землетрясения у нас здесь бывают. Если бы не было стыков и от землетрясения мост развалился — его весь бы пришлось переделывать. А так — только отдельные сектора».
Пока мы едем по мосту, отмечаю, что движение на нем к середине дня стабилизировалось: за 13 минут нашей поездки я насчитал уже не сотни, а несколько десятков едущих на встречу автомобилей.
Проехав по мосту, Юрий делает выводы: построили хорошо, смущает только, что отбойники вид на море закрывают.
Еще одна претензия таксиста к мосту — Керчь он задевает лишь по касательной.
— Мост на окраине города, а дорога от него выходит на трассу «Таврида» в 9 километрах от Керчи. Получается, что туристы снова будут объезжать нас стороной. Мы как были на отшибе, так и остались. А турист, не только для меня, — это работа, это деньги.
Сити-менеджер Керчи Сергей Бороздин с ходу отметает утверждение, что город остался «на отшибе», и даже называет это плюсом.
— Во-первых, туристам, которые захотят посетить Керчь, сделать это будет несложно. Развернуться на трассе и проехать пять километров на автомобиле в сторону города — ерунда. Во-вторых, к нам перестанут ездить большегрузы. Значит — сохраннее будут дороги, значит — мы сможем выделить больше денег на другие проекты. А работы, помимо дорог, у нас много: коммуникации, инфраструктура.
По мнению Бороздина, Керчь после открытия моста станет очень привлекательной для инвестиций.
— Крым — свободная экономическая зона. А мы теперь — первый город Крыма на пути в большую Россию. То есть можно регистрировать компании у нас, пользоваться налоговыми преференциями, налаживать здесь производство, а продукцию моментально поставлять на материк. Уже есть инвестор, предлагающий открыть здесь завод по производству мороженого, есть предложение открыть обувную фабрику, есть интерес со стороны химической промышленности.
— А что насчет туристов? — спрашиваю я.
Бороздин не теряется.
— Ожидаем двукратный рост. С 340 000 человек в год до 700 000. Мы понимаем, что Керчь для туриста — город на три дня. И разрабатываем соответствующие программы.
В пику сити-менеджеру выступает турагент Екатерина Булыгина.
— Вы говорите, химическая промышленность? Тогда какой туризм?! По правде говоря, Керчь и так сильно проигрывает Ялте или Алуште в плане привлекательности для туристов. Сервиса нет. Просто не приходится о нем говорить. Основные пляжи — за городом. А если добавить еще и химическую промышленность… Да, у нас туризм исторический. Это надо популяризировать. Керчь — самый древний город России. 26 веков! У нас античные города, у нас Аджимушкайские каменоломни, у нас гора Митридат. Но если мы хотим туризм не на два дня, если мы хотим удержать туриста у себя — нужны пляжи, нужна инфраструктура: дельфинарии, аквапарки — вот это. И, конечно, нужна экология.
Фото: Виталий Тимкив
Булыгина, как и таксист Юрий, переживает, что дорога с Крымского моста проходит Керчь по касательной.
— Когда вам глава администрации говорил, что развернуться на трассе и поехать на Керчь — не проблема, он, конечно, лукавил. Он сам переживает из-за этого: нас собирал, говорил, что нужно что-то сделать, чтобы привлекать туристов в таких условиях. На самом деле проблема серьезная. Мы потеряем, по моему мнению, половину потенциальных туристов. Потому что они будут рассуждать так при въезде в Крым: «Керчь? Посмотрим на обратном пути, трасса на Феодосию ведет — так и поедем». А на обратном пути люди будут торопиться домой и в Керчь снова не заедут. Я бы так и сделала.
Жители Керчи о Крымском мосте говорят мало. На мой вопрос, чего они ждут от моста, большинство отвечали общими фразами: «Это большой проект», «Хорошо, что построили». Два человека сказали, что ждут понижения цен на продукты: все-таки в скором времени, с 1 октября, их будут доставлять сюда наземным транспортом, а не на пароме, как это было последние два года. Похоже, керчане пока и сами не знают, чего ждать от моста. Может быть, потому, что остались на отшибе?
