На проходившем в СевГУ форуме «Севастополь как центр мягкой силы России в большом Средиземноморье» г-н Никонов выступил с докладом «Севастополь в системе координат «Русского мира». Тут-то и возникла вновь тема примирения красных и белых.
«Мы помним, что именно здесь произошел серьезный раскол Русского мира красных и белых, который сейчас преодолевается, и который надо преодолевать, - считает Никонов. - Севастополь сможет стать именно местом сборки Русского мира, разбросанного в результате революционных событий, событий гражданской войны, по всему миру.
И сейчас мы вступаем на путь примирения с потомками тех дворянских родов, которые были вынуждены покинуть нашу землю, и которые сейчас готовы работать на нашу страну. Сейчас время собирать камни».
Тема дворянства возникла у Никонова в контексте рассуждений о Русском мире не случайно. Внук сталинского наркома иностранных дел, выходивший на акцию «Бессмертного полка» с портретом деда, посвятил русскому дворянству часть своей монографии «Крушение России. 1917», само название которой вполне прозрачно указывает, на чьей он стороне. Впрочем, это логично: в начале 90-х Вячеслав Никонов входил в команду Горбачева, был помощником председателя КГБ СССР Бакатина и, как уверяет последний начальник Внешней разведки Союза Леонид Шебаршин, участвовал в переговорах с госсекретарем США Бейкером о разделе советского наследства.
Между тем, попытка примирить белых и красных с помощью памятника в Севастополе пока терпит фиаско: город остается преимущественно красным. Чтобы снизить общественный резонанс, местные власти заменили «примирение» на «единение России», но в Российском военно-историческом обществе настаивают именно на «примирении». Тем временем, против установки памятника выступили не только просоветски настроенные севастопольцы, но и духовные потомки белогвардейцев.
Ветераны ВМФ СССР на митинге против установки Памятника примирению, Севастополь, 4 августа 2017. Фото: Rusvesna
В связи с этим «Примечания» поинтересовались у Вячеслава Никонова, не рано ли ставить в городе такой памятник.
«Нет, не рано, самое время, - уверен политолог. - Мы начали эту работу достаточно давно и, я думаю, достаточно успешно. Все-таки еще и до того, как Севастополь опять частью России, мы возвращали на родину останки потомков, наших многих великих людей, которые вызывают большие споры – философа Ильина, Деникина. В рамках фонда «Русский мир» мы ведем большую работу в этом направлении. Действительно, революция, гражданская война разметала наш русский мир по самым разным странам. Есть диаспоры в Австралии, как раз потомков белой эмиграции, которые бежали на Дальний Восток, во Франции, во всех европейских странах. И я не вижу никаких причин, почему бы мы их не могли сейчас перестать разбрасывать камни, а начать их собирать».
«Я очень активно общаюсь с представителями многих славных дворянских родов, и с Рюриковичами, и другими, - сообщил «Примечаниям» г-н Никонов.
- Знаете, была страна единая, а потом ее разрушили, разломали, разбросали по всей земле, и конечно мы должны собираться. Сейчас за пределами России живет русскоязычных больше, чем в самой России. Или, во всяком случае, не меньше. Надо весь наш потенциал собирать. И уж точно не делиться на основании отношения к тому, что произошло сто лет назад».
Под постоянную выставку, посвященную Рюриковичам, РВИО в Севастополе получило кинотеатр "Украина"
Призывая сделать Севастополь местом нового объединения Русского мира, депутат и политолог цитирует слова Максимилиана Волошина, который в одном из своих стихотворений о борьбе красных и белых заканчивает словами «молюсь за тех и за других». «И те, и другие были русскими: у них был разный социальный статус, они по-разному видели будущее страны,
но гражданская война – это самое страшное что может быть, поэтому давно пора ее заканчивать», - рассуждает г-н Никонов.
Между тем, судьбу Максимилиана Волошина, который в годы Гражданской войны спасал у себя в Коктебеле сначала красных от белых, потом белых от красных, можно считать счастливым исключением: мало кто из его современников имел счастье сохранить собственность и умереть своей смертью. Поэтому слова Никонова о гражданской войне, которую пора заканчивать, вряд ли случайны - слишком много признаков, что этот торфяной пожар все еще тлеет под ногами.
Вопрос лишь в том, поможет ли его погасить навязчивая популяризация белых, которая началась в России после перестройки и не сбавляет оборотов. Ведь лишенные социальных перспектив массы понимают, что, покупая себе дворянские титулы, бенефициары передела собственности пытаются увековечить его итоги, а вместе с ними - итоги раздела СССР, о котором до сих пор сожалеют очень многие севастопольцы. В конечном счете, и установка доски Маннергейма в Питере, и будущий памятник «Примирения» – тоже об этом.
Как бы там ни было, тема дворянства все глубже проникает в севастопольскую повестку. И ни белых, ни красных при этом никто при этом особенно не спрашивает.
