В Крыму после открытия моста через Керченский пролив ожидают первый с украинских времен успешный туристический сезон. Чиновники прогнозируют до 6 млн туристов (в 2017 году, по официальным данным, на полуострове отдохнуло 5,2 млн человек). Однако помимо Черного моря, крымских гор и знаменитых дворцов туристу будет предложено созерцать немыслимое число заборов. Поставленных, разумеется, ради его же, туриста, безопасности…
На автовокзале Ялты ограждения установлены в два ряда. Первый ряд — на подъезде к станции, второй — у самого перрона. Прибывающим предлагается тонкой струйкой проходить через серую калитку.
— Это в апреле еще поставили. Летом введут пропускной режим, — рассказывает мне охранник автовокзала Вячеслав. — То есть на автостанцию мы будем запускать только автобусы и маршрутки, имеющие лицензию, а на перрон пускать только пассажиров с билетами.
На вопрос, действительно ли нужны подобные меры и насколько они эффективны, охранник усмехается:
— Да если честно, мы и сами не знаем. С одной стороны — нужны: все-таки у нас тут диверсанты (украинские. — И. Ж.), сами понимаете. С другой стороны — что я сделаю-то против диверсанта? У меня пистолета нет… Тут хоть все заставь ограждениями.
.jpg)
Забор на автовокзале Ялты. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»
Крымские чиновники к установке ограждений на автовокзалах относятся серьезно. Директор автостанции «Евпатория» Виктор Попов на городском телевидении объяснял установку забора так:
«К большому сожалению, государство наше вынуждено противостоять терроризму. Одной из таких мер является регулирование прохода пассажиров в местах их массового скопления. Проще говоря, это обычный досмотр перед автобусом. Уважаемые пассажиры, не нужно пытаться зайти в автовокзал через шлагбаум, ломая или отгиная его, и тем более через забор. Поверьте, это сделано не для того, чтобы усложнить вашу жизнь, а только чтобы обеспечить целостность вашего здоровья и жизни».
Всего в Крыму к началу туристического сезона заборы установили на 15 автостанциях: в Симферополе (3 станции), в Алуште, в Ялте, в Феодосии, в Керчи, в Евпатории, в Армянске, в Красноперекопске, в Судаке, в поселках Первомайское, Кировское, Красногвардейское, а также в Советском.
Поставщиком заборов выступило московское ООО «Неотек-М». Оно поставило на полуостров 786 металлических секций и 800 столбов для ограждений. Цена контракта, заключенного с ГУП «Крымавтотранс», — 10 029 562 рубля 60 копеек.
.jpg)
Забор на автовокзале Ялты. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»
Еще один контракт касается появления на автовокзалах групп быстрого реагирования. Они должны будут досматривать пассажиров, багаж и транспортные средства на предмет наличия оружия и взрывчатых веществ. Группы будут сформированы петербургским ООО «АН-Секьюрити Транспортная безопасность». Компания получит за это 3,7 млн рублей.
Так что охранник ялтинского автовокзала Вячеслав либо вскоре вооружится спецсредствами, либо — поменяет работу.
Если необходимость заборов на автовокзалах — вопрос дискуссионный, то заборы на пляжах признают злом все. И все равно ставят. Так, в Симеизе у жителей отобрали пляж «Нарышкинские камни».
— В первый раз его закрыли еще весной 2015 года, — рассказывает жительница поселка Ирина Нечаева. — Сделало это руководство санатория «Симеиз». По их мнению, пляж принадлежит санаторию. Однако у нас есть документы, в которых четко написано, что пляж — муниципальный. Мы обратились к главе нашего территориального органа Дышлевому Игорю Ивановичу. И буквально сразу доступ на пляж был открыт.
Потом пляж закрывали еще несколько раз, но после обращений жителей Симеиза к чиновникам руководство санатория было вынуждено открывать проход.
О незаконности ограждения «Нарышкинских камней» говорил даже глава Крыма Сергей Аксенов. Но, несмотря на это, в конце марта 2018 года пляж для жителей закрыли вновь.
Ирина Нечаева и забор в Симеизе. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»
Ирина показывает мне благоустроенный пляж с мелкой галькой, куда жителям и гостям Симеиза, не остановившимся в санатории, проход воспрещен. Прямо по пирсу установлен высокий забор, с обратной стороны забора — валуны.
— Загорать на них невозможно. Захода в море нет. Но нам предложено отдыхать здесь, — говорит Ирина.
В секретариате санатория «Симеиз» «Новой газете» объяснили, что забор в скором времени опять уберут. На вопрос, зачем санаторий на протяжении многих лет упорно ограждает пляж, — отвечать отказались.
Сам главный врач санатория Михаил Кобицкий в интервью крымскому телевидению объяснял постоянные попытки огородить «Нарышкинские камни» требованиями безопасности.
«Каждый месяц у нас проходят проверки: антитеррор, прокуратура, МЧС, ФСБ, Роспотребнадзор. И все время нам дают предписания о том, чтобы территория была непроходимой».
Зачем для безопасности санатория огораживать муниципальный пляж — вопрос, видимо, риторический.
Тем, кто поедет из Ялты в Севастополь, на полпути встретится высокий, не менее 4 метров, коричневый металлический забор. Ехать вдоль него придется около двух минут. Он полностью закроет вид на море.
Но две минуты без моря потерпеть можно. А вот жители расположенного рядом с забором поселка Олива живут без него уже третий год.
— В декабре 2015-го собрался на рыбалку, ставриду половить, — рассказывает местный житель Валерий Шах. — А меня человек в камуфляже разворачивает, мол, закрытая территория.
Олива — поселок особенный. Здесь с советских времен расположены правительственные дачи. Они занимают всю первую линию у моря. Поэтому местные могут (точнее, могли) ходить к морю лишь через санаторий «Таврия», который в былые времена принадлежал украинскому олигарху Коломойскому.
Борис Сулимов у забора одной из правительственных дач в Оливе. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»
— С приходом России «Таврию» отдали ФСБ, а спецслужба придала ему статус воинской части, — рассказывает житель Оливы Борис Сулимов. — Это значит — режимный объект, посторонним вход воспрещен.
С 2015 года оливчане ездили на море в соседние поселки Форос и Парковое: добирались кто как мог — на общественном и личном транспорте. На лето-2018 администрация Ялты пообещала выделить для жителей поселка автобус, который будет возить их на море 4 раза в день.
О возведенном ФСБ заборе в Оливе говорят с явным неудовольствием.
— Смысла в нем никакого нет, — считает Борис Сулимов. — Если это делается ради того, чтобы скрыть санаторий от посторонних глаз, то смею разочаровать: можно от трассы подняться немножко в гору и все увидеть.
Забор ФСБ в Оливе. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»
Помимо проблем с доступом к морю у оливчан возникли и проблемы имущественного характера. Им не разрешают оформить по российскому законодательству земельные участки, которые они при Украине использовали как огороды. Причина — письмо Управления делами президента в администрацию Ялты с просьбой «не осуществлять действия по заключению договоров социального и коммерческого найма, передаче физическим и юридическим лицам в постоянное пользование, аренду и иное пользование земельных участков, расположенных в п. Олива».
Проблема заборов в Крыму существует с украинских времен; c переходом полуострова к России заборов меньше не стало, но устанавливать их начали по другому принципу, свидетельствует крымский общественник Александр Талипов. Александр в 2014—2015 годах участвовал в движении «Чистый берег. Крым», которое боролось с незаконными ограждениями.
— При Украине и в первое время при России закрытыми в основном были так называемые «частные пляжи», переданные муниципалитетами, например, «под благоустройство». На самом деле на них велась коммерческая деятельность. В то же время было много санаторных пляжей, пляжей пансионатов, которые были открыты. Сейчас с «частных пляжей» заборы удалось убрать, но на пляжах пансионатов — напротив, заборы появились. Это преподносится как антитеррористическая мера. У нас ведь обычно от терактов заборы спасают, — иронизирует Александр. — И это делается, несмотря на то, что законодательные акты — тот же Водный кодекс РФ (ст. 6) — гарантируют безусловное право граждан на доступ к береговой полосе. Борются сейчас с заборами единственным методом: люди составляют коллективные обращения к чиновникам. В основном им отвечают, что «забор установлен в целях безопасности». Однако иногда — как было в том же Симеизе — жалобы доходят до первых лиц республики, и ограждения убирают.
