- В РИА Новости появилась информация о «пилотном проекте создания системы природно-ориентированного туризма Большая севастопольская тропа»: об этом рассказали вы как глава Корпорации развития Севастополя. Расскажите, пожалуйста, в двух словах, что такое Корпорация развития Севастополя и чем она занимается?
- В двух словах, как задумывалось изначально, это инструмент по привлечению инвесторов и управлению инвестиционными проектами, драйвер развития региона. Но пока, к сожалению, мы работаем без полномочий, как прорабы, у которых нет специального допуска на объект. При этом нам удалось перевыполнить план по резидентам индустриального парка. Это пока все, чем мы можем гордиться в части взаимодействия с исполнительной властью региона.
Другие наши инициативы пока не находят отклика у губернатора Севастополя.
Так же и с Большой севастопольской тропой. Мы ей пока не управляем, но на федеральном уровне подняли вопрос о развитии природо-ориентированного туризма. Мы добились поручений правительства России, реализация которых позволит создать новую массовую индустрию: привлекать инвестиции, начиная от создания многочисленных туристических активностей до глобальных инфраструктурных проектов. Создание системы региональных и национальных троп может стать целой отраслью экономики, сравнимой по масштабу с нефтегазовым сектором. Это не только Севастополь, конечно, а вся Россия.
Мы изучили зарубежный опыт и, пожалуй, самый яркий из них в США, в которых природо-ориентированный туризм дает работу более 7 миллионам человек и имеет совокупный оборот свыше 800 млрд долларов.
Только налоги в местные бюджеты в 2016 году превысили 120 миллиардов долларов.
- Удалось ли вашей организации обнаружить новые драйвера развития для города и в чем они могли бы заключаться? В чем состоит отличие вашей концепции от других, имеющихся в распоряжении городской власти? Какую роль ваша организация будет играть в создании данного пилотного проекта?
- Я и часть моей нынешней команды, которую собрал Алексей Михайлович Чалый сразу после Русской Весны, принимали участие в создании первой стратегии развития Севастополя, которая и легла в основу принятой в 2017 году стратегии до 2030-го года. К моему сожалению, там уже нет тех амбициозных планов, к которым мы стремились четыре года назад. Но на сегодня это единственный вектор развития, одобренный обеими ветвями власти в Севастополе.
Даже принятая стратегия открывает для Корпорации большой фронт работ. Это привлечение резидентов на спецтерритории для приоритетных направлений стратегии: индустриальный парк, агропарк, медицинский парк и так далее. Для реализации этих планов крайне необходимо принять законы, например, о критериях, позволяющих Корпорации предоставлять земли в том же индустриальном парке инвесторам, которые будут открывать в Севастополе новые производства и логистические центры. Сейчас этот документ готовят ко второму чтению в Законодательном собрании.
Особенно важно наконец-то принять Генплан Севастополя. Нужно провести инвентаризацию и оцифровку всей городской земли, что позволит сформировать прозрачные предложения инвесторам. Сейчас у нас бизнес узнает о какой-то перспективной площадке только, когда объявлен аукцион. Изучения спроса на эти земли никто не проводит. Мы, к сожалению, пока находимся в стадии диалога с правительством о том, как усовершенствовать эти процессы.
В ближайшее время Корпорация представит свое видение того, как должен развиваться Севастополь.
- В январе 2018 года в урочище Ласпи было создано ООПТ. Станет ли Ласпи частью Большой Севастопольской тропы? Что вы можете сказать об истории с территорией горы Гасфорта, можно ли рассчитывать на возникновение ООПТ и в этом парке?
- Частично маршрут тропы проходит через ООПТ «Ласпи», созданное усилиями общественности и прямым поручением президента. К сожалению, многое не удалось спасти, слишком долго принимались решения, и быстро шла застройка. Сейчас главное, чтобы на БСТ не стало так, как произошло в Ласпи. Я имею в виду, как уникальное и заповедное урочище застраивали при Украине и последние четыре года в составе РФ. Наша инициатива по тропам, вошедшая в поручения правительства РФ как раз об этом, чтобы был четкий регламент, что можно возводить на маршрутах, а чего делать категорически нельзя.
Про Гасфорта вопрос открытый. Никто пока не берет на себя ответственность за то, что будет там дальше: водохранилище, спортивный парк или все останется, как есть, неизвестно.
- В Севастополе активную гражданскую позицию, в том числе по природоохранным и туристическим проблемам, занимают многие депутаты заксобрания, кто-то называет их «группой Чалого». Каковы взаимоотношения заксобрания и вашей корпорации?
- Взаимоотношения рабочие. Иногда даже немного спорим. Например, по пресловутому закону о критериях. Депутаты уверены, что этим документом воспользуются застройщики, деятельность которых пока слабо регулируется. Это связано с тем, что четкие и понятные для разных сторон, общественных интересов и застройщиков, правила игры для них никто не задает. А Корпорации этот закон необходим, чтобы распаковать инвестиционные кейсы, по индустриальному парку в том числе.
Надеюсь, депутаты учтут свои замечания и потребности города в этом законе, и проголосуют «за».
- У них общая с вами повестка или вы действуете параллельно?
- У нас общая повестка в интересах города. Я, как и некоторые депутаты из команды Чалого, являюсь членом штаба ОНФ. У нас много общего для выработки согласованных позиций, на различных площадках.
- Какой может быть еще платформа для объединения, нужна ли такая платформа?
- Севастополь – лучшая платформа для объединения всех конструктивных сил нашей страны. Именно такой мы видели миссию города в 2014 году. Здесь можно создавать многообразные пилотные площадки. Например, на сегодняшний день доля малого и среднего предпринимательства в ВВП у нас в России 19.9 %, что является крайне низким показателем по сравнению со странами, где доля МСП составляет в США — 94 %, Китай — 40 %, ЕС в среднем 60 — 70%. Очевидно, что необходимы новые подходы и новая модель поддержки и развития МСП в России.
В нашем регионе сегодня нет крупного бизнеса, а, значит, имеется уникальная конкурентная среда. Здесь получится «чистый» результат, который в последствие будет внедрен в новую модель поддержки и взаимодействия власти с малым и средним бизнесом.
И таких экспериментов можно проводить достаточно, чтобы Севастополь, превратился в полигон для всего нового.
- Многие в России видят в Севастополе место, привлекательное своей активной общественной жизнью, большою ролью общественных организаций, местного народного представительства в лице заксобрания. На ваш взгляд, что первично, а что вторично в этом феномене – революционный энтузиазм, готовность законодательной власти вступать в конфликт с исполнительной или же особое отношение федеральной власти к городу?
- Власть в Севастополе действительно находится под контролем общественности и депутатов. Все чаще это приводит к конфликтам, которые мы наблюдаем в публичном пространстве. Пожалуй, что это самый активный регион России в этом смысле. Вот только конфликты не приводят к результату, война разрушает. Необходимо сформулировать ясную цель, которая объединит все силы вокруг развития, как в свое время все объединились во время Русской весны. Нам необходима амбициозная повестка, в процессе реализации которой, я уверен, что все разногласия войдут в конструктивное русло.
