Чтобы владеть недвижимостью на Южном берегу Крыма, нужны всего три условия. Надо быть: первое – богатым, второе – здоровым, третье – вы или ваш представитель должны постоянно присутствовать на объекте и защищать его от притязаний, не надеясь на неприкосновенность частной собственности. Если хотя бы одно из этих условий отсутствует, эта собственность рано или поздно уплывет в руки рейдеров.
Одна из таких историй случилась с Натальей Волосяновой, дочерью первого послевоенного директора Алупкинского дворца-музея.
.jpg)
Наталья Волосянова
Наталья Волосянова, инвалид второй группы, постоянно проживала в Алупке, когда ей досталась по акту дарения от родственника квартира №3 в Ялте на улице Дражинского в доме номер 29. Дом этот находится в самом сердце города, в том месте, откуда начиналась Ялта, когда ещё не была городом. Выше улицы — парк на Поликуровском холме, а внизу — всего в нескольких десятках метров — самый большой в Ялте Массандровский пляж.
Так как центрального отопления в доме нет, то к каждой квартире полагалось по два сарая — дровяной и угольный, стоящих на общей придомовой территории. Межевания общего участка при этом не проводилось — приватизации при Украине подлежали только сами квартиры. Но в плане, выданном БТИ, хозпостройки тоже значились.
В 2011 году женщина приехала в свою квартиру, чтобы навести порядок, и обнаружила, что ее придомовой участок частично захвачен: сосед из квартиры № 9, некто гр. Какамурадов в 2009 году снёс её сараи. Наталья обратилась в суд, требуя наказать соседа за самоуправство, но дело было закрыто по причине смерти ответчика.
За год до этого, в августе 2010, когда Наталья жила еще в Алупке, к ней приехала другая соседка из квартиры номер 5 — Наталья Мухаева. Она попросила Волосянову подписать документ о том, что та не возражает против перевода нежилого помещения Мухаевой в жильё. Каково же было удивление Натальи, когда спустя три года она узнала, что бывшее нежилое, а теперь жилое помещение Мухаевой стоит аккурат на месте сарая Волосяновой. Характерная деталь: на заявлении, подписанном Волосяновой по просьбе Мухаевой, стоят печать и подпись начальника РЭО-3 Ф.А. Фесака, который не присутствовал при подписании документа, и, следовательно, не имел права его заверять.
Волосянова обратилась в БТИ с просьбой не выводить незаконное строение в отдельный адрес. Ей ответили, что строение в отдельный адрес выведено не будет, о чём гр. Мухаева поставлена в известность. Тем не менее в 2010 году Мухаева зарегистрировала строение, возведённое на месте сарая соседки. Волосянова поясняет: «Данное разрешение выдано Мухаевой с нарушением законодательства Украины, а именно: в своём заявлении на регистрацию строения «лит. Д» она прилагает госакт пользования земельным участком, но на самом деле такой акт Мухаевой не выдавался, что подтверждается ответом Комитета по земельным ресурсам Ялты от 07.02.10 за №626».
В 2014 году Наталья Волосянова подала заявление в прокуратуру с требованием признать незаконной регистрацию строения Мухаевой. Прокуратура провела проверку и направила протест в адрес главы администрации Ялты Ростенко. Однако тот протест отклонил, и прокуратура города подала иск в суд с требованием отменить незаконную регистрацию. Но на втором судебном заседании прокуратура неожиданно отказалась от иска – по формальным причинам. Но суд не прошёл даром для Натальи Волосяновой. При ознакомлении с делом выяснилось, что в материалах находятся копии двух паспортов (имеются в редакции) Натальи Мухаевой: украинского и российского. В первом указан адрес дом 29, кв. 5, а во втором, выданном в 2015 году, — ул. Дражинского, 29, лит. Д.
Налицо сразу два фокуса: во-первых, жилых адресов с литерами в Ялте нет, таким образом обозначаются сараи или навесы. А во-вторых, сама по себе интересна история, каким образом адрес проживания в российском паспорте не совпадает с адресом в украинском, на основании которого и был выдан российский.
Также при дальнейших судебных разбирательствах выяснилось, что у Мухаевой имеется целых два правоустанавливающих документа (выданных в один день): на адрес ул. Дражинского, д. 29, кв. 5 и на адрес ул. Дражинского, д. 29. То есть второй документ закрепляет за Мухаевой право владения всем семиквартирным домом 29. Интересно, что оба документа фигурировали в суде в виде копий, а ходатайства Волосяновой о предоставлении оригиналов судьями Карпачёвой и Кулешовой были отклонены.
Суды длились более трёх лет, последняя апелляция подтвердила решение Ялты в пользу Мухаевой, а кассационная инстанция жалобу Волосяновой отклонила. И всё это время Мухаева спокойно и, надо полагать, с немалой выгодой для себя пользовалась вновь приобретённой недвижимостью, превратив домик в «нумера» с видом на Массандровский пляж.
В поисках правды и справедливости Волосянова обратилась к депутату Госдумы Андрею Козенко. Наталья задала вопрос депутату, каким волшебным образом гражданка Мухаева владеет жилым домом, который выстроен на соседской территории и который, по мнению БТИ, не имел права получить отдельный почтовый адрес.
Козенко переадресовал вопрос в прокуратуру Крыма, но надзорное ведомство нарушений в несовпадении адресов не обнаружило.
Наталья еще надеется на чудо. Она плохо ходит, но практически каждый день на своих едва гнущихся ногах совершает привычную прогулку по маршруту: суд — прокуратура — приёмная «Единой России». Идиллический мир, к которому она привыкла — уютная квартирка, палисадник и сарайчик для хранения скарба — разрушен. Ее более ушлые и деятельные соседи посчитали, что больной и нищей Наталье этот кусок рая ни к чему. Ведь рай — он для здоровых и богатых.
