«Я защищаю интересы Севастополя, а значит, и свои собственные»

Единоросы не захотели отвечать на вопросы блогера Александра Горного о выборах в Крыму и Севастополе. В поисках альтернатив партии власти на полуострове он адресовал их севастопольскому бизнесмену и общественнику Олегу Николаеву, который недавно вошел в федеральный список партии РОСТА.
Александр Горный
14.07.2016

— Олег, вам нравится название вашей партии?

— Да. Короткое, запоминающееся название, которое отражает в себе нашу программу. Ведь в основе программы партии — экономика роста, а соответственно, рост доходов населения, рост активного населения, неравнодушного к будущему своей семьи и страны в целом.

— Партия РОСТа это проект на эти выборы, партия, созданная под Бориса Титова, или это серьезный, системный, долгосрочный проект?

— В известном смысле все политические партии — это проекты. И вряд ли в начале каждого из них с уверенностью можно было сказать, какой это проект: под текущую политическую конъюнктуру или надолго. В итоге какие-то из них исчезают, какие-то становятся партией власти, потом их сменяют другие партии. А какие-то стряхивают с себя пыль, когда речь идет о выборах и нужно что-то обещать, чтобы, победив, еще пылиться четыре-пять лет. 

Вот посмотрите, например, на коммунистов. Когда-то они были партией власти, и до сих пор используют долгоиграющий политический бренд КПСС, хотя именно под их руководством развалился СССР. Теперь принято играть на ностальгических чувствах, однако от той идеологии ничего не осталось.

Я бы не стал участвовать в имитации, нам нужно двигаться вперед, поэтому нужен новый проект. Борис Титов давно планировал создать партию предпринимателей, – людей, которые создают те или иные вещи своим трудом, — аналогом которой во многом была «Деловая Россия». Организация, которая давно зарекомендовала себя как серьезный ресурс для предпринимателей. Пришло время оформляться в политическую партию.

— Вы вошли в федеральный список, где есть разные люди с разными точками зрения. У Ирины Хакамады свои взгляды на Крым, и это не единственный пример разногласий членов вашей партии с программными заявлениями. Что смогло объединить вас вместе?

— Я помню единственное заявление Хакамады, что Крым всегда нуждался в русской самоидентификации. Она, по-моему, это произнесла на прямой линии с президентом. Ни у одного члена партии нет разногласий в том, что Севастополь и Крым должны показать себя самостоятельными, самодостаточными субъектами РФ. Будем сильными — не останется ни одного человека в мире, кто бы ни признал наш выбор в 2014 году.

Прежде всего, людей в партии объединил Борис Титов. Я ему доверяю. Он постарался собрать вокруг себя людей дела, которые добились результатов своим трудом и талантом. Людей независимых и свободных, которые, конечно же, имеют свои собственные взгляды, а не выступают под копирку. У нас много молодежи в партии, а значит и бунтарский дух тоже присутствует.

— Крым административно поделен на две части: собственно Крым и Севастополь. Вам не кажется, что это неправильно? Крым — это Крым, и зачем такое деление, в том числе и по избирательным округам?

— Вот именно, что Крым — это Крым, а Севастополь — это Севастополь. Благодаря тому, что город был всегда обособленным, здесь особенно сильны русские традиции. Почему вы не говорите о том, что Крым нужно объединить под началом Севастополя, а наоборот? Вот прямо сейчас можно спросить у любого севастопольца о подобной идее. Ответ будет: мы против объединения. Мы разные, хотя никаких противоречий с Крымом у нас нет. И для Севастополя крайне важно иметь своих представителей в Москве.

— Вы были одним из инициаторов референдума о выборах губернатора в Севастополе. Вам отказали, сославшись на отсутствие местного закона. В чем на самом деле причина отказа?

— Причина отказа ожидаемая: якобы нет местной правовой базы. Но, скорее всего, это страх нынешнего губернатора перед севастопольцами, страх, что его никогда не переизберут. Ведь референдум — это не только решение о выборности главы города, это оценка работы Сергея Меняйло, в том числе. Я уверен, что решение местной избирательной комиссии вынесено под давлением исполнительной власти. 

— Есть ли шанс, что вам удастся получить положительное решение этого вопроса? Ведь по законам РФ это возможно, и в ряде регионов уже есть такой опыт, когда губернатор идет получать доверие граждан напрямую.

— Мы уже обратились в Центральную избирательную комиссию, осталось подождать немного. Перед тем, как обращаться с жалобой, мы изучили практику: нам не удалось найти ни одного случая отказа от проведения референдума под предлогом отсутствия местного закона. Конституция РФ и закон 67-ФЗ прямо говорят об основных гарантиях и праве граждан РФ на участие в референдуме.

— Вы заметны своей общественно-политической деятельностью в Севастополе. Но вот как предприниматель — что конкретно вы смогли сделать для бизнеса и в бизнесе?

— У меня в жизни были разные бизнес-проекты по масштабу и содержанию. Были времена, когда в компании, которой я управлял, трудились несколько тысяч человек. В конце восьмидесятых мы работали вдвоем с братом. В девяностых мы прошли несколько кризисов и потрясений. Сейчас все живо и работает, и почти не требует от меня личного внимания.

В Севастополе я смог сделать один из лучших ресторанов на полуострове, который стал туристической изюминкой города, продолжаю развивать еще несколько проектов в общественном питании и туризме. Мы создали очень интересный проект в области СМИ. Есть концепция авторского виноделия, которой мы с Пашей Швецом занимались для того, чтобы сюда пришел инвестор, сотни инвесторов. Наконец, я публично отстаиваю свое дело — противостою произволу губернатора. И, надеюсь, своим примером покажу, что бизнес способен отстаивать свои законные права в отношениях с властью.

— Вы родились, насколько я помню, в Краснодаре. С чего такая любовь к Крыму? Что вам мешало быть успешным на Родине?

— Родился в Краснодаре, жил в Москве и Санкт-Петербурге. И везде мне ничего не мешало и не мешает. 15 лет назад я влюбился в свою жену, она родилась в Севастополе, а потом влюбился и в сам город. Теперь я тоже считаю себя севастопольцем, особенно после событий 2014 года, когда вместе с другими жителями города приближал воссоединение с Россией. Любовь это чувство, которое не нуждается в объяснениях.

— В чем, на ваш взгляд, сейчас самая большая проблема Севастополя и Крыма?

— Пробуксовка в исполнении российских законов. И что интересно, в Крыму практически те же проблемы, что в Севастополе. Незаконная застройка, отсутствие координации органов власти. Просто Крым по сравнению с Севастополем больше, там много муниципальных образований, городов, и там сложнее всем управлять. Почему Севастополь до сих пор не стал оплотом закона на полуострове, не знаю. Для этого есть все предпосылки.

— А самая большая проблема крымского бизнеса?

— Ну, одно из другого вытекает. Про крымский бизнес мне сложнее рассуждать, есть плохие примеры, есть хорошие, но последнего мало, к сожалению. В Севастополе многие живут страхами, если не проходят через кабинет чиновников. До сих пор непонятно, как развитие территории видят в правительстве Севастополя. Бизнес хаотично что-то предпринимает, так как нет правил игры, стандартов. Беззаконие сверху провоцирует беззаконие в городской среде, наверно так.

— Я много борюсь с шалманами, незаконными постройками, это бич для Крыма. Но ведь это тоже бизнес, это предприниматели. Сносить шалманы — значит, бороться пусть и не с цивилизованным, но бизнесом. вам, чей основной предполагаемый электорат предприниматели, как быть с этим злободневным вопросом?

— Я тоже борюсь с незаконными стройками, но ведь это рабочие места. Просто застройщикам никто не говорит, где и как строить. 

Они привыкли при Украине шлепать свои дома, их никто не останавливал — наоборот, им помогали уничтожать историческую часть города, особо охраняемые природные территории. Теперь российское правительство Севастополя все это украинское беззаконие и «дерибан» одобряет. И закрывает глаза, может быть, открывая карман, на продолжение строительства. 

Да, я не согласен с тем, что экс-министр обороны Украины Павел Лебедев, и не он один, строит там, где пожелает. Что он, просто зайдя в кабинет к губернатору и получив его подпись, рубит пятисотлетние можжевельники, заливает бетоном хору Херсонеса. Но он так привык при Украине, ему никто не предлагал иных правил уже в России. Зачем ему прекращать делать то, что он успешно проворачивал годами, если ему никто не бьет по рукам и не говорит: подожди, давай придумаем комплексный проект, который принесет тебе денег, но не будет вредить городу?

Про шалманы — тоже вопрос. Но это обоюдная история: власти и предприниматели должны сесть за стол переговоров, обозначить, какими должны быть эти ларьки. Разработать проект с единым стилем и выставить на конкурс под долгосрочную аренду, лет на пятьдесят. Тогда и город изменится, и предприниматель будет уверен, что завтра его не уберут с улиц.

— Передвигаясь по Крыму, я видел плакаты ЛДПР, КПРФ. С «Единой Россией» отдельная история: десятки, сотни плакатов с изображением одного раскручиваемого в Думу кандидата. Но вас еще не видно. Когда начинать будете?

— Всему свое время. У нас нет таких ресурсов, как у парламентских партий, которым выделяют средства из бюджета страны. Мы все делаем на свои деньги. Подождите, скоро появится агитационная продукция.

— «Единая Россия» обладает колосальным административным ресурсом. Не знаю как в Севастополе, но в Крыму это точно. Я уже вижу, как беззастенчиво его используют. Как противостоять этому безобразию? Ну, вот так, конкретно и без общих слов?

— Необходимо делать свое дело, без оглядки на административный или еще какой-либо ресурс. Неукоснительно соблюдать законы РФ и требовать этого от других, невзирая на чины. Это единственный рецепт. 

А использование административного ресурса может вызвать обратную реакцию, мы это наблюдали неоднократно в других регионах РФ. К сожалению, ничем хорошим это не заканчивалось. По мере возникновения проблем будем их решать.

— Как вы себя позиционируете, с какими лозунгами пойдете к севастопольцам, крымчанам? Я спрашиваю вас и за весь Крым, так как вы человек из федерального списка и мне интересна позиция партии.

— В Севастополе я буду добиваться реализации Концепции развития города, которую мы готовили в 2014 году — ее поддержали большинство горожан на выборах в заксобрание. За два года из этой программы правительство ничего не выполнило. Исполнительная власть упустила много времени, но все еще можно наверстать, просто нужно брать повестку развития на себя. В этой концепции есть все для того, чтобы появились новые производства, рабочие места, инвестиции. Если через мандат в Госдуме добиться реализации этих идей, горожане будут жить в комфортном Севастополе. Если добиться этого на уровне региона, потом можно проецировать на другие субъекты федерации. Позиция партии — поддержать любую программу, которая способствует усилению региона в экономическом смысле.

— В Крыму осталось очень много перекрасившихся жуликов еще с украинских времен, они рванули во власть и засели под флагом «Единой России» очень крепко. Почему их не сажают, почему их не отстраняют от власти? Как вы предлагаете решать этот вопрос?

— Я не прокурор, чтобы кого-то сажать. Они, как вы говорите, засели, потому что им позволили крымчане. А вот, например, заксобрание Севастополя нам удалось в 2014 году обновить почти на 90 процентов. Те, кто шли в команде Алексея Чалого, никогда в заксобрании не работали. Получилось, что мы практически реализовали полную смену старой власти в парламенте. Привели пусть не профессиональных политиков, но в большинстве своем – патриотов города. 

Да, спустя какое-то время часть этого костяка отвалилась, позарившись на «печеньки» от исполнительной власти. 9 человек перешло на сторону губернатора, и у Чалого осталось всего 12 союзников. В настоящий момент им удается удерживать ситуацию в Севастополе от волюнтаристских решений правительства города.

— Деньги есть или денег нет? Что скажет партия РОСТА? Какие пряники вы готовы обещать своим потенциальным избирателям?

— Деньги будут, если мы будем работать. На уровне страны, города или своего предприятия. Мы готовы обещать всем людям труда, которые готовы добиваться результатов, рабочие места и занятость. 

— Путин открыл Турцию для туризма и не только. Это наверняка сильно ударит по крымской туристической отрасли. Ваша личная позиция и позиция партии по этому вопросу?

— По крымской туристической отрасли может ударить только сама крымская туристическая отрасль. Уровень сервиса пока не дотягивает. Общее отношение к туристу нужно менять. Мы для него, а не он для нас. Пока все очень грустно в этом смысле. Позиция партии за свободную честную конкуренцию, которая приведет крымскую отрасль к лучшим стандартам. 

— С какой программой-минимум вы лично идете на выборы, и что будете делать, если пройдете в Госдуму?

— Моя программа минимум — заставить местную власть работать, чтобы Севастополь развивался, а не превращался в захолустье со статусом города федерального значения на шее у государства. Этого мы добиваемся помимо выборов в Госдуму, создавая социальные активности и влияя на процессы в городе через общественные движения. 

Я два года работал рука об руку со сторонниками Алексея Чалого в законодательном собрании Севастополя и продолжаю работать вне зависимости от выборов. Мандат депутата Госдумы для меня – инструмент для того, чтобы добиться результата, который ждут севастопольцы от местной власти.

— Вы готовы с избирателями заключить избирательный контракт, что если вы идете в разрез с пунктами вашей предвыборной программы, то вы готовы сложить мандат?

— Я никогда не бросаю начатое, и всегда довожу дело до результата. Избирательный контракт — это доверие севастопольцев, которое нельзя испытывать. В разрез с интересами города я не пойду, потому что тут живет моя семья, и тут будут жить семьи моих детей. 

— Если вы пройдете в Думу, то в каком профильном комитете вы видите точку приложения своих сил, опыта?

— Скорее всего, в Комитете по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству. Это ресурс для того, чтобы Концепция развития Севастополя была реализована с учетом лучших российских и мировых практик. Возможно, понадобятся нормативные документы федерального уровня, чтобы закрепить эту концепцию как обязательный индикатор оценки работы региональной власти.

— Вы человек компромиссов или вы готовы идти на конфликт?

— Ни то, ни другое. Я защищаю интересы Севастополя, а значит, и свои собственные, в рамках правого поля Российской Федерации.

— Вы считаете правильным, что людям не разрешают выходить на митинги? Процедура согласования сложна и не всегда дадут разрешение.

— Я считаю неправильным, что людей доводят до того, что они готовы выйти на митинг. В прошлом году наше общественное движение «Служу Севастополю» помогло направить в конструктивное русло настроение людей выйти на площадь Нахимова против губернатора города. Мы организовали сбор подписей и за 10 дней 22,5 тысячи севастопольцев обратились к президенту с просьбой разобраться в причинах сложной социально-экономической ситуации в городе. По итогам рассмотрения обращения Кремль обязал крымское полпредство создать межведомственную комиссию, которая подтвердила обоснованность претензий севастопольцев. Правительству города было выписано полторы сотни замечаний. Какие-то выполнены, какие-то в процессе выполнения. Так что митинг — не единственный инструмент решения проблем.

— Как влиять на власти? Что делать, если диалог чиновники просто игнорируют?

— Конкретными действиями. Сбором подписей, например, мы добились того, что на Севастополь обратили внимание. Посмотрите, уголовные дела на окружение губернатора – лучшее тому подтверждение. Еще принятие важных для города законов, на которые ранее губернатор накладывал вето.

— У Вас есть своя команда?

— У меня достаточно сторонников, есть на кого положиться.

— Когда я узнал про размер зарплаты депутатов нынешней Думы, не говорю уже про льготы и привилегии, я сам захотел срочно идти в депутаты. Ну, вот реально, неплохая кормушка. Что делать с таким соцпакетом? Готовы вы выступить с инициативой его уменьшения минимум в два раза?

— Знаете, я уже давно трачу часть своих доходов на общественные проекты. Я не думал, какая в Госдуме зарплата. Почти тридцать лет я работаю сам на себя и плачу зарплату и себе, и своим сотрудникам. Я независим от власти и могу выступить с любой инициативой, которую поддержит большинство.

— Крым — это военная база или место для туризма?

— Почему вы считаете, что военная база не может быть местом для туризма, или город не может объединять в себе базу, туризм, производство и сельское хозяйство? Севастополь должен развиваться гармонично, во всех направлениях. 

В основе нашей концепции лежит идея о том, что город не сможет развиваться без профицитного бюджета. Сегодня, когда Севастополь буквально сидит на шее у федерального бюджета, – две трети городской казны это субсидии и субвенции из центра, - мы не можем думать ни о каком развитии. Поэтому в пятилетней перспективе здесь должны были появиться предприятия, туристический кластер и другие стимуляторы самодостаточной городской экономики. Севастополь должен стать городом, комфортным для жизни, безопасным, чистым, с многокилометровыми набережными, парками и разумной градостроительной политикой.

— В соцсети я прочитал, что вы отдыхали на средиземноморском курорте. Почему не в Крыму?

— В Севастополе я живу, и это лучший город на Земле. А вообще мы любим путешествовать и побывали вместе с семьей не только на греческих островах, но и практически на всех континентах земного шара, кроме Америки. Кстати, фото, которые я выложил в соцсети, были сделаны на греческой свадьбе наших друзей, которая проходила на острове Лефкада, на родине жениха. Ребята, между прочим, познакомились в нашем ресторане «Остров» в Севастополе. Путешествия помогают мне видеть разнообразие различных культур и жизненных укладов, я стараюсь все лучшее из этого привносить и прививать в Севастополе.

— Кто должен быть губернатором Севастополя — военный или гражданский?

— Губернатором должен быть человек, который любит Севастополь и относится к нему как к собственному дому. Человек честный и искренне желающий сделать из города образец для подражания других губернаторов. Чтобы к нам приезжали люди из Италии, Франции, Сингапура и не стыдно было бы им смотреть в глаза. Чтобы они восхищались нашим городом и губернатором, который им управляет. А военный он или гражданский, на мой взгляд, не важно.

— Что для вас патриотизм?

— Когда ты относишься к своей Родине, как к собственным родителям. Когда ты не мыслишь себе жизни в другом государстве и связываешь судьбу своих детей и внуков с Россией. Когда ты переживаешь моменты радости и горести вместе со своим народом, когда ты не бежишь от проблем, а делаешь все для того чтобы их решить.

— За что вам лично стыдно?

— За мусор на улицах наших городов и за зарплату учителей в 8 тысяч рублей. За то, что Севастополь за эти два года так и не смог начать развиваться.

— Вам есть чем гордиться?

— Я горжусь, что живу в Севастополе, городе, действительно достойным поклонения.