Андрей Димин из села Почтовое Бахчисарайского района в этом году закончил Севастопольский строительный колледж. Работал стропальщиком. Летом он поступил на заочное отделение в Академию строительства и архитектуры в Симферополе.
27 сентября у него был предпоследний день первой установочной сессии. После учебы в районе трех часов дня Андрей вернулся в Почтовое, позвонил маме и предупредил, что перед обедом зайдет к своей девушке Ксюше. Но через обещанные 20 минут домой не пришел. Через час матери позвонила заплаканная Ксюша: Андрея сбила машина.
«Когда Андрей шел домой, он позвонил Ксюше, — рассказала «Примечаниям» мать парня Ольга. — Во время разговора она услышала удар, потом Андрюша вскрикнул, а дальше только какие-то шорохи. Она перезвонила, но трубку никто не взял».
Девушка выбежала на улицу и увидела лежащего неподалеку Андрея.
Когда Ольга с мужем Евгением примчались на место ДТП, там уже стояла «скорая». Состояние Андрея было тяжелым, пульс еле прощупывался. Парню просто повезло: мимо проезжала семейная пара реаниматологов из Симферополя, которые еще до приезда скорой смогли оказать пострадавшему первую помощь и приостановить кровотечение. Сотрудники «скорой» сказали, что отвезут Андрея в Симферополь в 6-ю горбольницу.
Родители остались на месте происшествия. И лишь когда приехали гаишники Ольга увидела стоящую через дорогу разбитую «десятку».
«Водитель представился Валерием Мироновым, а потом зачем-то показал полицейским адвокатское удостоверение», — рассказывает Ольга. Она уверена, что именно «корочка» сыграла впоследствии главную роль: «Он дал понять, что он на «ты» с правоохранителями», — говорит женщина.
Мать вспоминает, что сотрудники ГИБДД зачем-то спрашивали у нее, не является ли ее пострадавший сын Андрей чиновником.
При Ольге Миронов говорил сотрудникам полиции, что ехал со скоростью 60 километров в час. Но женщина уверена, скорость была выше. «ДТП произошло на затяжном повороте, скорее всего, он просто не справился на скорости с управлением, его занесло на тротуар, где и шел Андрей, — поясняет она свои подозрения. — Удар был таким, что с сына слетели мокасины, а барсетка и кусок бампера авто валялись в 40 метрах от Андрюши».
«Сам Миронов сразу не остановился, — утверждает Ольга. — Он вернулся на место аварии спустя несколько минут.
Никого кроме Миронова сотрудники ГИБДД опрашивать не стали, машину на экспертизу не забирали. Когда я попросила, чтобы мне дали посмотреть протокол, мне сказали: не положено».
Через 30 минут Ольге позвонил брат, дядя Андрея, который вызвался сопровождать машину скорой помощи, пока родители разбирались на месте ДТП. Он сообщил, что Андрея отказались везти в Симферополь, а доставили в Бахчисарайскую больницу. Вместо реанимационной палаты пострадавшего без сознания отправили в обычную. Наверное, врачи тоже выяснили, что он не чиновник.
«Услышав это, я сразу же поехала в больницу, а на месте аварии остался муж», — говорит Ольга.
По словам ее мужа, когда на место ДТП приехали следователи, то протокол, составленный по итогам беседы с Мироновым, гаишники решили сжечь на месте.
«У мужа был с собой обычный кнопочный телефон, поэтому он не смог заснять происходящее на видео, — поясняет мать Андрея. — На его возражения и требования не сжигать протокол, сотрудники сказали, что теперь делом занимается следователь, и в их протоколе нет никакой необходимости».
В Бахчисарае медики предупредили женщину, что ее сын может не пережить первую ночь. К счастью, обошлось: он стал реагировать на звуки и пытался открыть глаза. Однако у него была амнезия, он не помнил, что с ним произошло.
28 сентября женщина смогла добиться, чтобы ее сына перевезли в Севастополь. Для этого семье пришлось вызвать за свой счет коммерческий спецтранспорт для лежачих больных — больница перевозку бесплатно не предоставляет.
«Собрался консилиум, Андрея сразу же отправили в реанимацию», — говорит Ольга. По ее словам, в Бахчисарае Андрею назначили лишь одну капельницу.
Основной диагноз: политравма, ЗЧМТ, ушиб головного мозга, тупая травма грудной клетки и перелом 2,3,4 ребра слева, перелом поперечного отростка позвоночника Th1 слева, ушиб левого легкого, открытые многооскольчатые переломы костей левой голени, поверхностные раны лица, головы и шеи.
Из реанимации Андрея перевили в обычную палату только 1 октября. По сей день он находится в севастопольской больнице. После того как его выпишут, парню предстоит долгая реабилитация.
Понимая, что протокол сожгли неспроста, Ольга позвонила следователю. Тот заверил, что занимается делом, но спустя три недели никаких результатов не было.
«Следовать объяснил, что пока никаких движений по делу нет, так как не допрошен пострадавший, а устроивший ДТП Миронов тоже молчит», — говорит Ольга. Что значит это самое «молчит», следователь матери не пояснил.
По словам матери, к Андрею уже вернулась память и он готов давать показания. Он говорит, что машина сбила его, когда он шел по тротуару. Но следователь Михаил Василюк к нему в больницу так и не приехал.
Опасаясь, что дело закроют, Ольга написала заявление в Бахчисарайскую прокуратуру. Там ответили, что дело на контроле. Ольга не поверила и написала еще одно обращение — в прокуратуру Республики Крым.
Молчание правоохранителей мать настораживает. Она решила начать собственное расследование, нашла свидетелей аварии. Оказалось, следствие на них пока не выходило. Зато самой Ольге стала понятна картина случившегося 27 сентября.
«Водители машин, которые ехали сразу за Мироновым, сказали, что они ехали со скоростью 70-75 километров в час, - делится подробностями женщина. — Они рассказали, что услышали удар, визг тормозов, а потом увидели столб пыли и моего сына: туловище лежало на дороге, а голова на бордюре тротуара». К сожалению, видео ДТП нет: в машине, ехавшей за Мироновым, регистратора не было.
Ольга, школьная учительница биологии, как могла, помогала следствию: передала контакты свидетелей майору Василюку, запросила в больнице справку с диагнозом Андрея и привезла ее в Следком.
Но 3 ноября Ольге пришло постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления. Хотя экспертизы по делу обещают все же провести.
Следователь Василюк комментировать «Примечаниям» подробности инцидента отказался, сославшись на запреты руководства.
Виновник ДТП адвокат Миронов, услышав, что его беспокоят представители СМИ, пообещал перезвонить через час. Но ответного звонка не последовало, и на вызовы корреспондента «Примечаний» адвокат отвечать перестал.
За 6 недель, минувших с момента аварии, Миронов трижды звонил родному брату Андрея Николаю, спрашивал, как пострадавший себя чувствует, предлагал обращаться «если что».
«Когда пришел ответ из прокуратуры, Миронов снова объявился, — рассказал «Примечаниям» Николай. — Он прислал смс-ку. Текст странный. Мы думаем, он и не собирается Андрею помогать, просто перестраховывается.
На самом деле неотвеченный звонок был только один раз. Я был занят, и не мог взять трубку. После этого Миронов вообще перестал нам звонить».
Ольга боится, что ее сыну никто не поможет, а Миронов избежит наказания за наезд на пешехода только потому, что у него «есть "корочка" и он на "ты" с правоохранителями».
Чисто по-человечески Валерий хотя бы раз мог бы проведать Андрея, сетует Ольга. Но, видимо, понятия о человечности у адвоката и учителя биологии разные.
Юрист Александр Рудь, специализирующийся на ДТП, считает, что в отказе в возбуждении уголовного дела нет ничего противозаконного, и тем более коррупционного.
«Это формальный отказ, — пояснил «Примечаниям» Александр Рудь. — Когда парень выйдет из больницы будет проведена судебно-медицинская экспертиза, тогда и возбудят уголовное дело».
При этом до окончания следствия пострадавшая сторона может обратиться в страховую компанию автомобилиста и получить компенсацию за полученные увечья.
«Наезды на пешеходов — это вид ДТП, когда страховые начинают выплаты, не дожидаясь окончания расследования, — поясняет адвокат. — Это связано с тем, что принцип компенсации вреда независимо от вины заложен в Гражданском кодексе».
Александр отмечает, что в дальнейшем события по делу Андрея могут развиваться по двум сценариям.
Первый – водителя могут признать невиновным. Возможно, наезду на пешехода предшествовал ряд обстоятельств: колесо оторвало, не справился с управлением, сердце прихватило.
Но ответственность все равно наступит и без вины. У потерпевшего есть право обратиться в суд и взыскать с водителя моральный и материальный ущерб.
Чтобы доказать затраты, пострадавшей стороне нужно будет собрать ряд документов и чеков.
Второй вариант — водитель виноват. При таком исходе он понесет уголовную ответственность, а пострадавшая сторона так же сможет обратиться в суд за компенсацией.
«Потерпевший имеет право получить компенсацию затрат на лечение и за вред, причиненный здоровью, со страховой компании. А с виновника взыскать компенсацию морального вреда. Для этого необходимо будет составить исковое заявление», — заключил Александр Рудь.
