От авоськи до клатча. Эволюция моды Севастополя

СССР выиграл войну, но проиграл страну, население которой вдруг увидело на Западе тот самый рай, который обещала построить, но так и не построила советская элита. Это был совершенно материальный рай без какой-либо метафизики, и его вполне можно было измерить количеством колбас, бытовых приборов и, конечно же, одежды в свободной продаже. Неудивительно, что общество разделилось.

С одной стороны, подражание Западу осуждалось. Человек был «механизмом в устройстве государства», поэтому о самовыражении тогда не могло быть и речи: приветствовалось максимальное соответствие стандартам. Слиться с массой, одеваясь, как все — по такому принципу работали государственные фабрики, такое мировоззрение укоренилось во многих головах

С другой стороны, запреты и давление неизбежно приводили к появлению перекупщиков, челноков, спекулянтов, и массовых толкучек, особенно в портовых городах. На таких барахолках за «боны» и «марки» продавалась в основном зарубежная продукция, новая и подержанная. Цены здесь были выше в десятки раз, чем на фабричную одежду в государственных универмагах. Ярче всего это иллюстрирует фильм «Служебный роман», где секретарша Верочка то новые сапоги где-то урвет «импортные», то «Мальборо» поймает с барского плеча нового зама, который «подмазывается».

Все то же самое происходило и в Севастополе, с той лишь разницей, что здесь «модников» было немного больше, чем в других уголках Союза, рассказывают старожилы. Вернее модниц.

«Здесь всегда было много моряков, много военных, — рассказала «Примечаниям» жительница Севастополя Регина Александровна, 74 года. — Поэтому девушки старались: кто-то по барахолкам искал что-то хорошее, но большинство шило платья самостоятельно, в каждом доме, каждой квартире была швейная машинка. У нас тогда не только одежда была в дефиците, но и импортные журналы с выкройками, которые мы покупали у спекулянтов из под полы. Такие журналы ходили по домам, дворам, девчонки затирали их до дыр. Когда говорят, что советская мода возвращается, имеют в виду то, что мы шили по импортным выкройкам. И сами этого не понимают».

Советские модники сами попали в сырьевую ловушку и затащили туда всю современную Россию: ткани ведь тоже были в дефиците. Вспомните, из чего шилась одежда при Советах? Ситец, сатин, лен, шифон, крепдешин. Последние два вида — шелк. Естественно, это был натуральный и дорогостоящий материал, синтетики не было. Несложно догадаться, что сочетание дефицита и огромного спроса на шелковые ткани привело к массовому производству искусственного шелка.

До конца 70-х в Союзе не было даже полиэтиленовых пакетов — использовались бумажные. Наряду с жевательной резинкой — целлофановые пакеты в СССР являлись символом приобщения к загранице. Теперь эта заграница всем силами пытается отказаться от полиэтилена и вернуться к бумаге. Даже авоськи стали модным аксессуаром.

Но если с шелком свою роль сыграл дефицит, то другие искусственные ткани у нас появились именно благодаря моде и подражанию Западу. Так натуральный драп, который фабрики использовали для пошива верхней одежды, модники предпочитали заменять искусственным кримпленом и болоньей.

Время идет, дефицита уже нет, и особо выделяться из серой массы не надо, потому что масса не серая. И подражание идет уже не Западу, а моде мегаполисов и глянцевым образам.

Севастополь уже не мешковатый, но гораздо более советский, чем два других федеральных города. С этим согласится любой, кто хоть раз был в современной Москве и Санкт-Петербурге.

Есть и те, кто донашивает все то же, что покупалось при СССР, потому что, как ни крути, советские вещи переживут нас всех. Привычка по 10 лет носить одни и те же ботинки, кстати — тоже причина однотипного имиджа.

Среди старшего поколения есть любители ярких тонов, элегантных одеяний. Но их мало. По большей части к красоте стремится молодежь, у которой теперь есть Интернет и глянец, а жизнь тесно связана с фотосессиями. И  люди среднего возраста, которым хорошо выглядеть необходимо по работе или для успешной личной жизни.

Еще одна причина «менее модного» Севастополя, чем Москвы и Питера, — отсутствие широкого выбора магазинов доступного сегмента. К нам не заходят H&M, New Yorker, Zara, к нам вряд ли придут бридж-брендовые Massimo Dutti, Tommy Hilfiger. Периодически у нас все-таки появляются бюджетные магазины, например, Colin’s, но стоит он гораздо дороже, чем в Питере. Поэтому иногда миссия хорошо одеться в Севастополе так же сложна, как и в СССР.

Молодежь может покопаться на стоках и секонд-хендах, люди постарше предпочтут это время потратить на насущные заботы, поэтому им проще «оторвать шмотку» на рынке. В итоге наряд собирательного севастопольца получается почти таким же однотипным, как полвека назад. Просто стандарт сменился с фабричного на рыночный.