В Балаклаве с незапамятных времен, еще когда она была секретной базой подводного флота, вполне себе спокойно стояли ялики и катера рыбаков и жителей. После распада СССР и вывода отсюда военных этот "малый флот" стал едва ли не основным средством доставки отдыхающих на балаклавские пляжи и морских прогулок. И следующие двадцать пять лет был такой же достопримечательностью Балаклавы, как флот гондольеров в Венеции.
Капитаны катеров и шлюпок - в основном пенсионеры, исправно платили налоги городу Севастополю и Украине и занимались своим привычным делом - возили людей. Не сказать, что это был брак по любви. Украина лишь выкачивала деньги из Крыма, не вкладывая в него ни гривны. Но и не лезла в дела аборигенов, как обычная колониальная администрация. А потом Крым вернулся в Россию. И началось!
Сначала Севастополь два года лихорадили разборки вчерашних союзников по Крымской весне Чалого и Меняйло, а потом начался большой передел собственности. На все лакомые куски крымской недвижимости, земли и промышленности, как на тушу павшего вепря, стали слетаться всякого рода инвесторы и покупатели. А там где приватизировать было нечего, там начали просто выжимать из народа налоги и подати.
Для балаклавских капитанов это выразилось в целой чреде регистраций и перерегистраций, в результате которых они оказались числящимися за департаментом охоты и рыболовства. И новые руководители взялись за капитанов со всем рвением, загоняя их чище чем стая борзых зайца. Арендная плата за швартовку и цена патента поползли вверх как температура у тифозного больного. И вот теперь, посреди курортного сезона, было обьявлено очередное повышение, а чтобы было ясно и доходчиво - доступ к личным плавсредствам капитанам перекрыли некие чоповцы. До тех пор пока те не примут новые условия. Хитро!
Вот только чиновниками от охоты и рыбалки как-то вдруг оказались совсем забыты простые люди. Те самые отдыхающие, которые со всех концов России съехались в Балаклаву на такой ныне не дешевый отдых. Те самые патриоты Крыма, выбравшие столь рекламируемый отдых в России. Для них арестованные катера и ялы были главным средством доставки на пляжи и с пляжей.
А, надо сказать, что большинство их расположено далеко за городом и добраться туда, кроме как морем невозможно. И, после ареста причала, сотни несчастных туристов оказались буквально запреты на раскаленных пляжах, мгновенно превратившихся в ловушки! Женщины, дети, старики буквально жарились под солнцем в ожидании, когда появится хоть кто-то, кто их отсюда заберёт. Самые отчаявшиеся полезли в горы, пытаясь добраться до города пешком за пять семь километров!
И это не красивый образ! Я сам оказался в роли такого заложника, напряженно вглядывающегося в пустоту моря в надежде , что хоть кто-то приплывет и спасет меня из этой печки! Две бессонные ночи из-за обозженной спины и рук я посвящаю губернатору Севастополя! И таких как я были сотни!
В это время в самой Балаклаве сотни отдыхающих метались по набережной пытаясь уплыть, хоть куда-нибудь. Но тщетно! Картина, если честно сказать, апокалиптическая! Только чудом дело не дошло до гражданского неповиновения. А это в Крыму было бы очень на руку украинским соседям, которые неустают искать следы недовольства российской юрисдикцией полуострова.
Нет, я все понимаю, наведение порядка это важно, но люди почему должны страдать? Те самые, о которых так должна заботится власть. И вот тут очень хочется спросить господина Овсянникова, он реальный губернатор Севастополя, или временщик, халиф на час, для которого народ лишь ступени карьерной лестницы? Для Крыма такие временщеки хуже атомной войны!
