В Севастополе снова создается режим благоприятного строительного климата для бизнес-структур экс-министра обороны Украины Павла Лебедева. В то время, как экс-губернатор Сергей Меняйло чаще стеснялся очевидных связей с беглым военачальником, Дмитрий Овсянников открыто намекает, что все незаконно построенное до России и при его предшественнике нужно узаконить и принять как должное. Возражений по этому поводу в депутатском корпусе не возникает.
Севастопольские СМИ неоднократно писали, что близкие к Лебедеву строительные фирмы незаконно возводят многоквартирные дома на земле под индивидуальное строительство. А на само место застройки вместе с журналистами выезжала тогда еще вице-спикер заксобрания Севастополя Екатерина Алатабаева. Она показывала проект генерального плана города 2005 года. Тогда побережье двух бухт — Казачья и Соленая — считались охранной территорией, поскольку тут расположены памятники культурно-исторического значения. Но вместо разрешенного индивидуально строительства, тут развернулось незаконное четырехэтажное. «Я говорила, что здесь (рядом) были погребены мощи Святого Климента Римского. И здесь, тем более, земли особо охраняемые», — говорила Алтабаева.Эксперты, знакомые с ситуацией в районе бухты Казачей, били тревогу и опасались, что появление большого количества новоселов в многоквартирниках приведет к окончательному разрушению остатков древних построек. А постоянный поток людей и машин в растущий микрорайон будет оказывать чрезмерную нагрузку на легкоуязвимый археологический ландшафт и окончательно разрушит сохранившиеся в районе Казачки развалины Херсонеса.
С момента этих заявлений прошло два года, а в правительстве сменился руководитель, действия которого почти не отличаются от предыдущего главы, но уже не вызывают такой озабоченности и неприятия депутатского корпуса. Очевидно, ожидаемым итогом этого соглашательства и любезностей по отношению к новому правительству стало то, что на заксобрание подчиненные Овсянникова просто перестали реагировать, как на силу, защищавшую город при Меняйло.
Так пять дней назад на сайте департамента архитектуры появилось сообщение о проведении градостроительных слушаний. Основной вопрос — изменение вида разрешенного использования земельных участков в Казачьей бухте (улица Рубежная) «для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных построек и сооружений на приусадебном участке» на вид разрешенного использования «среднеэтажная жилая застройка».После 15 мая, когда пройдут слушанья, жители самостроев с апартаментами в Казачьей бухте, которые жаловались «Примечаниям», смогут спать спокойно. Раньше они сомневались, правильно ли поступили, отдав деньги Лебедеву на покупку квадратных метров в незаконных домах. «Он — уважаемый человек, все двери в городе ногой открывает. Мы надеялись, что он все за нас порешает», — острожно оценивали они шансы экс-министра обороны Украины найти подход к новому правительству и добиться ввода самостроев в эксплуатацию.
Теперь гарантом их инвестиций выступают сразу два уважаемых человека — Лебедев и Овсянников.
Получается, что в Севастополе можно начать строить даже на клумбе площади Лазарева или рядом с памятником Нахимову: где бы ты не выгнал коробку — ее все равно рано или поздно узаконят в правительстве Дмитрия Овсянникова. Ведь свободной земли в городе все равно нет.
Градостроительные слушанья по Казачей бухте 15 мая общественники считают переломным моментом — с этого дня в Севастополе может начаться ввод в эксплуатацию откровенных самостроев, от которых открещивалась даже Украина. Мотивы врио губернатора можно понять: дома ведь уже построены и во многих живут люди.
Но, руководствуясь подобными мотивами, можно закрыть глаза на абсолютно любое нарушение закона: машина ведь уже угнана, и на ней все равно кто-то ездит; украденные деньги из бюджета все равно потрачены, на них куплена дача, где живет милое семейство; лес ведь все равно вырублен – не оставлять же пеньки, пусть его кто-нибудь застроит.
Глядя на это, сотни тысяч севастопольцев решат, что могут себе позволить ровно то же. Но они - не Лебедев. Если все, что у них есть, это 10 соток, они в случае малейших сомнений чиновников не узаконят свой приусадебный участок с домом никогда.
