Запах смерти

Гора Гасфорта. Тысячи людей собираются у разрушенного советского завода, чтобы в огнях надписи «индустриализация всей стране» узнать, чем же пахнет наш патриотизм.

Концертная программа начинается с просьбы группы «Ария» встать с колен, и куплета из народной песни о казаке, что в советское время была переделана в историю об умирающем за Родину танкисте.

Затем на сцену выходит Александр Залдостанов по прозвищу Хирург и говорит, что мир живет в ожидании конца, потому что будущее превращается в окаменевшие склепы и испепеленного мертвеца.

Иллюстрируется данный тезис вратами ада, черепом и Статуей Свободы.

Для наглядности из глаз Статуи Свободы исходят лучи смерти.

Впрочем, как символ спасения от Танатоса, во лбу Хирурга блестит советская звезда.

После апокалиптичной речи зрителю показывают, как черепа, под руководством магов-чернокнижников, пожирают грядущих потомков. У черепов, разумеется, вместо глаз изображены значки доллара.

Далее с небес спускается черный ворон Смерти, и Хирург говорит, что именно в такое античеловечество и встраивают Россию. Россия, по его словам, мычит и сопротивляется.

В итоге под предсмертные крики детей из Новороссии Россию уводят на бойню — разумеется, метафорически, поскольку иллюстрируется данный тезис лишь лицом Хирурга с дорогими часами крупным планом.

Символическая смерть России органично переходит в патриотическую песню. Глеб Корнилов в шортиках и тельняшке поет о том, как только что умершая страна помогает отстоять обстрелянный аэропорт Донецка.

И пока ты пытаешься понять, насколько тема песни согласуется с официальной версией РФ о событиях 2014 года в аэропорту Донецка, на сцену выкатывается военная техника. Военнослужащие стреляют в воздух.

Снова появляется Хирург. Он говорит, что великие свершения России создаются героями, которые погибают без грандиозных целей, из-за чего империя гибнет.

Как символ этой гибели на сцене появляются бледные женщины-монголы.

Вторая империя еще дальше оттолкнулась от Запада, продолжает историческую справку Хирург, заявляя, что эта самая империя «перенесла Москву в третий Рим».

И пока зритель пытается найти логические связи данного высказывания, на сцене появляется «прародитель второй империи» — Пересвет. Разумеется, вместе со своей статуей.

Далее Хирург вспоминает Ивана Грозного и потешные полки Петра I, что плавно перетекает в песни о Севастополе, гибнущих за Родину людях и рождающуюся из всего этого Третью империю.

На этом заканчивается первая половина концерта. Зрителя, наконец, перестают водить за нос, поскольку теперь можно спокойно говорить исключительно о Советском Союзе.

Сталина публике представляют как главного отделителя России от Европы.

Шоумены жонглируют факелами на колесах по типу беговой дорожки для хомячков. Конструкция оформлена серпом, молотом и советской звездой. Очевидно, все это вместе символизирует непрерывный труд советского рабочего.

Спустя еще минут двадцать на сцену выезжает торт-пирамида из пионеров с мотоциклистами. Разумеется, под звуки советских труб.

Вокруг торта гордо шествует пионер-отряд с вожатой.

Сам торт, разумеется, выезжает на тракторе, как символе советского трудового народа.

А потом появляется огромная статуя.

В очередной раз выходит Хирург. Он говорит, что это была иллюстрация старой империи, а в новую мы обязательно втянем Донбасс. «Встаем над миром пятою империей и салютуем бывшим четырем», — завершает свой гордый монолог Хирург под звуки гимна СССР.

Пионеры заканчивают петь. Салют гаснет. Хирург обращает к радостно задравшей головы толпе прощальное напутствие о том, что Пятой империи суждено спасти человечество, и тот, кто смотрит в глубину, тому икона русская горит, спасая Запад от распада.

Играет последняя песня. Толпа ликует.

Концерт окончен, и микрофон последний раз произносит: «спасибо тебе, человек-Россия — Саша Хирург!»

Так прошло на этот раз ежегодное патриотическое шоу под Севастополем. Какой из увиденного можно сделать вывод?

Можно было бы найти ошибки в стихотворениях. Посмеяться над тем, что «человек-Россия» не умеет произносить заранее выученный текст. Обсудить маразматичность Статуи Свободы и значков доллара в глазах. Поругать за спекуляцию на донбасских детях, чья реальная судьба в действительности мало кому у нас в стране интересна. 

Но ведь дело не в этом.

Дело в том, что патриотизм версии Проханова-Залдостанова пахнет тленом. Мертвыми солдатами, автоматными выстрелами, тлеющими героями, испепеленными мертвецами, усопшим будущим, страхом агонии, поднимаемым из могилы советским прошлым, бегством от чьих-то ценностей. В чем состоят сегодня ценности наши и чем современная РФ отличается от остального грешного мира — не уточняется. В итоге все это выглядит как чистая некрофилия. Русское поле Хирурга источает смерть.