Сегодня на конференции учителей Севастополя глава местного департамента образования Михаил Родиков объявил, что зарплаты учителям в школах города повышаться больше не будут.
Оказывается, средняя зарплата в Севастополе сегодня составляет 24 тысячи рублей, а педагоги, по его данным, получают 26-27 тысяч. Среди учителей раздались смешки: по их словам, средний учитель в школе получает 20 тысяч. Но никто Родикову не возразил.
Врачи в Севастополе тоже получают мало – так мало, что в поликлиниках не хватает половины персонала. Тяжелое положение в местной медицине признают все, недавно здесь сменили главу горздрава. Однако выяснилось, что новый начальник департамента Антон Бахлыков, работая шефом фонда ОМС в Перми, проводил политику жесткой экономии: финансирование скорой помощи упало на 40%, зарплаты дипломированных врачей — в 1,5 раза. Жители края даже обращались с письмом к президенту Путину с просьбой навести порядок в системе здравоохранения региона.
Но связано ли происходящее с личностями Родикова и Бахлыкова? Или они лишь выполняют федеральный курс на экономию в социальной сфере?
В последние годы труд в России неуклонно дешевеет. И дело не в снижающейся покупательной способности, на которую влияет и кризис, и санкции, и курс доллара. Уменьшаются реальные зарплаты.
Эффективные менеджеры придумывают все новые схемы, при которых людям приходится работать больше, а получать при этом меньше. Так, оклады врачей и учителей в денежном выражении время от времени растут. Но сама структура заработной платы постоянно меняется.
Если раньше работникам медицины и образования начислялись существенные стимулирующие, то сейчас законом четко оговорена доля базового оклада в структуре оплаты труда — не менее 60%. В цифрах все хорошо, оклады повысились на тысячу-полторы, а суммы, выдаваемые на руки, — упали.
У социальных работников все еще хуже. Еще недавно они работали по той же схеме — оклад плюс стимулирующие. Теперь, чтобы заработать, им нужно выполнить целый набор социальных услуг, каждая из которых стоит копейки.
Можно лишь предполагать, насколько быстро все эти реформы приведут к краху социальной сферы. Тотальное обнищание образованных слоев населения приводит не только к общей маргинализации, но и ставит под угрозу саму возможность функционирования социальных институтов.
Из образования, медицины бегут самые гибкие, мобильные и квалифицированные кадры, которые могут найти себя в частном бизнесе или устроиться на других поприщах. В системе остаются лишь те, кому больше некуда идти. И эта виктимность влияет на качество их работы. В итоге богатые поедут лечиться за рубежом, а бедных вообще никто не будет ни учить, ни лечить.
Подобные процессы наблюдаются и в бизнесе. Расценки на труд во многих сферах если не падают, то по крайней мере не растут. Российские дальнобойщики жалуются: тарифы на грузоперевозки в последние пять лет не поднимались, а цены на бензин выросли почти в два раза. Да еще и внедрили систему «Платон». Таксисты констатируют: расценки крупных операторов, собирающих заказы, не окупают даже минимальные издержки. На строительном рынке гастарбайтеры демпингуют, роняя стоимость работ ниже плинтуса.
При этом пиарщики от экономики бравурно рапортуют о росте показателей. Чего стоит массовая имитация выполнения «майских указов» президента: чиновники с гордостью называют цифры, забывая, что за ними стоит адский труд людей, работающих на полторы-две ставки.
В ближайшее время эта тенденция не изменится. И виноват не кризис: психология социал-дарвинизма отравила наше общество сверху донизу. Мы всерьез думаем, что наши личные успехи зависят только от нас. Тех, кто застрял ниже на социальной лестнице, мы обвиняем в тупости и лени.
«Пахать надо», — говорят начальники всех уровней. И вся страна — от президента до клерка средней руки, пашет. Достижение социалистов — восьмичасовой рабочий день — давно забыто. Для мелких чиновников, получающих 15-20 тысяч рублей жалования, уже давно стало нормой работать по 12 часов, а по выходным брать отчеты на дом.
Пахота стала нормой. Люди тянут лямку, перестав замечать, что надрываются за копейки без каких-либо перспектив.
Те, кто в этих условиях умудряются выбраться наверх, с остервенением начинают топить коллег по цеху. Главврачи нещадно эксплуатируют подчиненных медиков, директора школ — рядовых учителей, чиновники первого эшелона — стоящих ниже по карьерной лестнице. Точно по Марксу: война всех против всех. С чем мы останемся, когда перегрызем друг друга?
